Судебная практика по банкротству – /

Содержание

Судебная практика по делам о банкротстве физических лиц: отказ, ипотека, особенности

Судебная практика по банкротству юрлиц демонстрирует ежегодный рост численности подобных дел. При этом спорных моментов в делах о признании несостоятельности остается немало.

Судебная практика на текущий момент: особенности и проблемы

Институт банкротства физических лиц действует относительно недавно. Судебная практика по данному вопросу формируется достаточно активно, и численность дел регулярно растет. Большой вклад вносят разъяснения Верховного суда по практике применения норм 127-ФЗ.

Комментарии и постановления Верховного суда позволили сформулировать ряд важных выводов, которые не были установлены законом и выступают предметом споров, вызывают неоднозначную трактовку судьями и порождают противоречивые решения.

Так, согласно пп. 10, 11 Постановления №45 должнику вменяется в обязанность объявить о своем банкротстве в случаях:

Если вы хотите узнать, как решить именно Вашу проблему, обращайтесь через форму онлайн-консультанта или звоните по телефонам:

  1. Задолженность превысила 500 тыс. р.
  2. Выплата по одному из кредитных обязательств делает невозможным исполнение обязательств перед другими кредиторами
    .

Но многие граждане восприняли это положение весьма буквально и посчитали, что они не смогут объявить себя банкротом, пока сумма задолженности не достигнет 500 тыс. р. На самом деле указанная величина является условной и разъясняет только те ситуации, когда должник обязан заявить о своей несостоятельности. Тогда как практически процедура банкротства может быть инициирована должником независимо от суммы задолженности. Для этого предъявляются доказательства финансовой несостоятельности гражданина (исполнительные документы, сведения о превышении суммы долга над стоимостью имущества и пр.).

Финансовые организации и уполномоченные инстанции могут инициировать процедуру признания гражданина банкротом только в случае, если сумма долга превысит 500 тыс. р., а просрочка – 3 месяца. Согласно пояснениям судов, кредиторы не могут инициировать процедуру банкротства поручителя, даже если его долг подтвержден документально. Но поручитель заявить о своем банкротстве вправе.

Основными проблемными моментами в процедуре банкротства являются:

  1. Допускается ли банкротство физлиц, у которых отсутствует имущество.
  2. Какие основания дают суду право на отказ в списании проблемной задолженности.
  3. Особенности банкротства граждан с открытой ипотекой и правового статуса залогового кредитора.
  4. Как подлежит реализовывать имущество, которое находится в совместной собственности супругов.
  5. Как проходит процедура банкротства в отношении обоих супругов.
  6. Какая недвижимость подлежит реализации при наличии в собственности должника нескольких квартир.
  7. Когда вводится ограничительная мера по запрету на выезд за границу
    .

Верховным судом были вынесены такие рекомендации для судов в делах о банкротстве:

  1. При превышении стоимости имущества должника относительно размера долгов перед кредиторами это не препятствует признанию физлица банкротом.
  2. Если должнику установили запрет на пересечение границы, то суд должен учесть, позволит ли эта мера ускорить выполнение требований кредиторов или введение запрета необязательно.
  3. Отсутствие имущества у должника не служит основанием для отказа в банкротстве. Но должник должен доказать свою способность погасить судебные издержки и выплатить вознаграждение управляющему.
  4. Если должник не проживает на единственной жилплощади в собственности, это не позволяет ее изымать и реализовывать.
  5. Дела супругов-банкротов допускается объединить в одно
    .
  6. Если кредитор-залогодержатель не включит свои требования в реестр (в частности, речь идет о кредиторе по ипотеке), то он утрачивает залоговый статус, и его требования будут погашены на общих основаниях.

В то же время по некоторым вопросам однозначных рекомендаций для судов от Верховного суда пока не поступало.

Отказ в банкротстве физического лица

Суд может отказать должнику в признании банкротом как на этапе подачи заявления, так и в ходе самой процедуры.

Если вы хотите узнать, как решить именно Вашу проблему, обращайтесь через форму онлайн-консультанта или звоните по телефонам:

Несмотря на то что суды нередко занимают сторону должников и весьма лояльны к ним, в судебной практике есть и случаи отказов в банкротстве. Они могут быть связаны с невыполнением законодательных требований:

  1. Отсутствие документов, которые бы подтвердили наличие задолженности.
  2. Отсутствие выплаты вознаграждения финансовому управляющему.
  3. Неподтверждение должником готовности оплатить судебные расходы.
  4. Отсутствие необходимых сведений в заявлении на банкротстве (в частности, СРО, из членов которой предстоит выбрать управляющего).

Примером подобного дела может выступать дело №А53-35204/2018 от 2018 года, которое рассматривалось в Ростове-на-Дону. Суд отказался принимать заявление от потенциального банкрота, так как им не были предоставлены документы, подтверждающие:

  1. Финансовую состоятельность для оплаты судебных расходов.
  2. Внесение денег на судебный депозит для выплаты вознаграждения управляющему.

Помимо прочего, у должника отсутствовало имущество для погашения задолженности.

Также суд вынес отказ по делу № А40-264328/2018 «Ф» от 2018 года. В этом случае должник подал заявление без приложения большинства документов, которые обязательны по нормам 127-ФЗ. Это служит подтверждением, что подача заявления о своей финансовой несостоятельности требует существенной подготовки и проработки.

Отказать в банкротстве суд может не только самим должникам, но и его кредиторам и уполномоченным органам. Например, ФНС в деле № А58-10384/2018 отказали в приеме заявления, так как инстанция не приложила комплект документов и не внесла вознаграждение управляющему.

А вот отсутствие имущества в собственности не является поводом для отказа в приеме заявления и прохождении процедуры. Для примера рассмотрим дело №А13-16684/2015 от 2016 года. В нем гражданка указала размер своих ежемесячных доходов и остаток по счету в 92 р. Суд принял решение, что реструктуризация невозможна и перешел к этапу реализации. Движимое и недвижимое имущество у гражданки отсутствовало, но суд признал ее банкротом и списал все долги без фактической реализации и их погашения. Это лишний раз подтверждает, что отсутствие имущества – не причина для отказа от банкротства.

По определению ВС №305-ЭС16–15411 от 2016 года суд может отменить процедуру признания финансовой несостоятельности при наличии признаков злоупотребления права на банкротство. Речь идет о ситуациях, когда должник злоупотребляет своим правом на банкротство или стремится уклониться от долга. Иначе говоря, речь ведется о фиктивном и преднамеренном банкротстве.

Так, по результатам банкротства суд может принять решение о неосвобождении гражданина от долгов. Примерами таких прецедентов являются:

  1. По постановлению Московского АС от 2017 года №Ф05-5018/2017 за должником сохранили обязательства поручительства
    , так как на момент их оформления он не обладал нужным доходом и не мог исполнить свои обязательства перед банком в полной мере.
  2. По постановлению Северо-Западного АС от 2017 года № Ф07-1599/2017 задолженность сохранили за банкротом, который при подаче заявления указал ложные сведения о подписанных сделках за последние 3 года.
  3. По постановлению Северо-Западного АС от 2017 года №Ф07-3110/2017 за гражданином сохранили обязательства по налоговой задолженности, так как она сформировалась из-за указания недостоверных данных по декларации.
  4. По постановлению Уральского АС от 2016 года № Ф09-8211/16 не было применено правило об освобождении от обязательств, так как должник уклонялся от исполнения запросов суда и управляющего.
  5. В деле №А45-24580/2015 от 2015 года суд отказал в освобождении от долгов банкрота
    . Дело в том, что за три года он получил кредиты в банках на сумму более 600 тыс. р. Ежемесячные платежи по ним составляли 23,6 тыс. р., а зарплата должника – 17,8 тыс.р. Суд счел, что гражданин изначально взял на себя невыполнимые обязательства.

Судебная практика по ипотеке при банкротстве физлиц

Особенность банкротства ипотечных заемщиков состоит в том, что залоговое имущество подлежит изъятию и продаже, даже если речь идет о единственном жилье.

Практически все дела о банкротстве граждан заканчиваются изъятием ипотечной квартиры и ее реализации для погашения требований перед кредиторами. Но есть некоторые исключения, когда банки из-за своих ошибок лишались права требования в отношении залогового жилья.

Например, в деле А33-14963/2016 Сбербанк включил свои требования в реестр, но забыл указать на свой привилегированный статус залогодержателя

. Он неоднократно жаловался в суд на необходимость исправления его положения в реестре как залогодержателя. В результате дело завершилось отказом Сбербанку в требованиях, и он участвовал в процессе на общих основаниях без привилегированного статуса. Ипотечное жилье было признано единственным для должника и было исключено из конкурсной массы. В результате квартиру должник сохранил, а его долги списали.

В деле № А41-25058/2016 Сбербанк и вовсе пропустил сроки для включения в реестр. Квартира также сохранилась за банкротом, с которого списали все долги.

Но обычно банки не допускают подобных ситуаций и своевременно подают документы в суд. Статус залогодержателя позволяет им получить 80% от стоимости проданной недвижимости в залоге, тогда как остаток идет на погашение иных издержек.

Если квартира не является предметом залога, то ее невозможно изъять, если должник докажет, что это его единственное жилье. Это правило соблюдается беспрекословно.

Например, в деле №А81-4514/2015 суд постановил, что единственное жилье не подлежит реализации и продаже и должно быть исключено из конкурсной массы, тогда как управляющий пытался это опротестовать. Он ходатайствовал перед судом включить квартиру в конкурсную массу, так как должник там фактически не живет, а проживает с родителями. При этом суд отказал управляющему, сославшись на то, что квартира родителей не является его собственностью, а арендуется по договору социального найма у муниципалитета.

Ранее у заемщиков был шанс сохранить ипотеку и получить списание по другим долгам. Но, согласно разъяснениям последнего Постановления ВС №48, такой вариант стал крайне невыгоден банкам-залогодержателям, которые утрачивают права требования на залог. То есть по результатам прохождения должником процедуры они могут лишиться квартиры и выплат за нее.

Таким образом, судебная практика по банкротству физических лиц регулярно пополняется новыми делами и решениями. Постепенно процедура унифицируется и стандартизируется, что увеличивает ее популярность среди должников и снижает их опасения при подаче заявления. При вынесении решений в делах о банкротстве суды руководствуются не только нормами 127-ФЗ, но и Гражданско-процессуальным кодексом и разъяснениями от Верховного суда.

Дорогие читатели, информация в статье могла устареть. Если вы хотите узнать, как решить именно Вашу проблему, звоните по телефонам:

Или задайте вопрос юристу на сайте. Это быстро и бесплатно!

Автор статьи

Екатерина Алейникова

Юрист. Автор статей. Практика в сфере госзакупок, недвижимости, ДТП, споров со страховыми компаниями.

 

 

zakonguru.com

Судебная практика по банкротству физических лиц и граждан в Саратове

практикапрактика

Практика по делам о несостоятельности физических лиц нарабатывается не быстро, т.к. в среднем ведение процедуры банкротства физического лица длится от 6 месяцев до 1 года. В 2016 году были изменения в законе о несостоятельности, которые по некоторым нашим клиентам задержали процесс списания долга. Но несмотря на все это мы имеем в своем арсенале только положительные результаты и выигранные дела о банкротстве. Признали банкротами 100 % наших клиентов, по которым были сданы документы в суд г. Саратова.

Наработанная судебная практика дает юристам следующие преимущества:

  • Личное знакомство с каждым из судей, рассматривающих дела о несостоятельности;
  • Знание индивидуальных особенностей и порядка рассмотрения каждым судьей;
  • Пройденный этап ошибок, и решение данных проблем позволяет не наступать на “грабли”;
  • Проведение дел о несостоятельности физических лиц от начала до конца позволяет знать всевозможные подводные камни;
  • С помощью наработанного опыта можно максимально экономить время на сбор необходимых документов и на экономию денежных средств банкрота по оплате судебных расходов;
  • Разработан алгоритм действий на любую ситуацию должника;
  • Упрощен процесс взаимодействия юристов с финансовым управляющим в целях повышения эффективности.

Судебная практика по банкротству граждан в офисе юридической фирмы Саратова

Если Вы обращаетесь на консультацию в юридическую фирму по официальному списанию долгов, просите показать документы, подтверждающие опыт юристов Саратова все бумаги обязательно должны быть в виде копий судебных актов, заверенных Арбитражным судом печатью и подписью, таким образом Вы можете быть уверены, что данные документы не является подделкой или воровством чужих документов.

Судебная практика 2015-2019

Практику по банкротству физических лиц за 2016-2019 год Вы можете посмотреть на данной странице, увидеть краткое описание дела и ссылку на судебный акт по данному делу. Наша компания начала нарабатывать опыт с 2016 года, потому что мы приняли для себя решение не начинать банкротить своих клиентов с 2015 года, т.к. было необходимо посмотреть опыт других городов, чтобы не подставлять своих клиентов под неизвестные никому особенности банкротства физических лиц. Данный тактический ход позволил нашим юристам избежать множество ошибок, которые совершали первопроходцы 2015 года. Практика по выигранным банкротным делам наработанная нашими юристами и арбитражными управляющими ранее на банкротстве юридических лиц, позволила быстрее разобраться во всех вопросах банкротства граждан. По мере получения новых определений о завершении реализации имущества граждан в 2019 году мы будем выкладывать их на эту страницу.

netdolgoff.ru

Юристы прокомментировали обзор практики Верховного суда по делам о банкротстве

Представители юридического сообщества по просьбе редакции «Право.ru» проанализировали 40-страничный обзор судебной практики Верховного суда по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве. Несмотря на то, что обобщение ВС в основном касается участия налоговых органов в банкротных процедурах, оно также содержит важные разъяснения, направленные на упорядочивание практики по общим вопросам банкротства, отмечают юристы.

Новый обзор ВС поможет обеспечить единообразные подходы судов к разрешению разного рода споров, вытекающих из участия уполномоченных органов, – полагает Антон Помазан, старший юрист BGP Litigation. Нередко участникам судопроизводства в делах о банкротстве приходится сталкиваться с различным толкованием одних и тех же норм в разных регионах, что, конечно, не может положительным образом сказываться на единообразии судебной практики и предсказуемости правоприменения, подчеркивать эксперт.
 
«Несмотря на то, что обзор в некоторой своей части закрепил уже сложившиеся в судебной практике подходы судов к разрешению спорных вопросов с участием уполномоченных органов, тем не менее его принятие ликвидировало большой объем противоречий в применении норм законодательства о банкротстве, особенно это касается погашения требований путем принятия отступного, инициирования процедуры банкротства юрлица на основании задолженности по страховым взносам без судебного акта, праве уполномоченных органов предъявлять в делах о банкротстве требования, вытекающие из госконтрактов, квалификации задолженности в качестве текущей или реестровой, порядка применения ст. 313 ГК», – отмечает юрист.

Требования по госконтрактам в делах о банкротстве

В судебной практике возник вопрос о праве федеральных органов исполнительной власти (их территориальных подразделений) на предъявление в делах о банкротстве требований, вытекающих из госконтрактов, в рамках которых такие органы выступали заказчиками, отмечает ВС. Разрешая данные требования, в том числе если госзаказчиком подано заявление о признании должника банкротом, нужно учитывать, что при заключении контрактов на закупку товаров (работ, услуг) для госнужд заказчики действуют от имени и по поручению публично-правового образования. Поэтому вытекающие из таких контрактов денежные обязательства относятся к требованиям того же образования.

Согласно закону о банкротстве, требования РФ по денежным обязательствам представляются в банкротном деле федеральным органом исполнительной власти, который отнесен к уполномоченным органам, – ФНС. Для надлежащей реализации этих полномочий госорганы исполнительной власти уведомляют уполномоченный орган о наличии задолженности по денежным обязательствам и предоставляют ему заверенные копии документов, необходимых для подачи заявления о признании должника банкротом. Если заявление (требование) по денежным обязательствам РФ в деле о банкротстве подал другой госорган исполнительной власти, суд извещает уполномоченный орган о времени и месте судебного заседания в порядке, установленном АПК. Если уполномоченный орган не одобрил предъявление заявления (требования), суд должен оставить его без рассмотрения (п. 5 обзора).

Комментарии экспертов:

«Ранее встречалась практика, когда суды поступали с такими требованиями более жестко и отказывали в их удовлетворении, – говорит Олег Пермяков, старший юрист практики по разрешению споров Goltsblat BLP. – По нашему мнению такое толкование более мягкое, однако в целом сильно сковывает инициативу госорганов как самостоятельных участников гражданских правоотношений».

На практике данное положение об участии ФНС в деле о банкротстве как представителя РФ по денежным обязательствам, возникшим из госконтрактов, показало свою формальность и неэффективность, отмечает Марина Морозова, адвокат юргруппы «Яковлев и Партнеры». Налоговый орган порой не в курсе деталей и обстоятельств, при которых заключался и исполнялся контракт, в то время как это может иметь существенное значение для рассмотрения спора, поясняет она. «В деле о банкротстве № А69-16/2013 активную позицию по требованию ФНС о включении в реестр требований кредиторов занимал сам госорган, являющийся стороной контракта, – Росжелдор, его представители участвовали во всех инстанциях и активно отстаивали требование о включении в реестр, в то время как представители налогового органа занимали пассивную позицию наблюдателя», – приводит пример Морозова.

Когда административный штраф – текущее требование?

Акционерное общество в лице конкурсного управляющего оспорило в арбитраже постановление судебного пристава о возбуждении исполнительного производства в связи с привлечением должника к административной ответственности и назначением ему штрафа. Заявитель настаивал, что банкротство компании исключает возможность принудительного исполнения требования об уплате штрафа. Суд первой инстанции установил, что организация совершила правонарушение уже после возбуждения дела о банкротстве. В связи с этим суд пришел к выводу, что требование об уплате штрафа является текущим, и отказал в удовлетворении иска. Апелляция, с выводами которой согласился суд округа, отменила это решение. Она указала, что в законе о банкротстве нет положений, которые делят требования об уплате публично-правовых штрафов на текущие требования и те, что подлежат включению в реестр требований кредиторов. Значит, эти требования, независимо от момента совершения правонарушения и привлечения должника к ответственности, учитываются в реестре, а их принудительное исполнение (вне дела о банкротства) не допускается, решили суды.

Однако экономколлегия ВС отменила акты апелляционного и окружного судов и засилила решение первой инстанции. К числу обязательных платежей, помимо прочего, относятся административные штрафы, подчеркнул ВС. А, согласно ст. 5 закона о банкротстве, текущими платежами являются, в частности, обязательные платежи, возникшие после принятия заявления о признании должника банкротом. Таким образом, в данном случае требование пристава является текущим и подлежит удовлетворению вне очереди за счет конкурсной массы преимущественно перед кредиторами, требования которых возникли до принятия такого заявления, решил ВС (п. 7 обзора).

Комментарий эксперта:

Выводы судебной коллегии по экономспорам о том, что штрафы, вынесенные после возбуждения дела о банкротстве, относятся к текущим платежам, вступают в прямое противоречие с разъяснениями в пункте 30 постановления Пленума ВАС от 22 июня 2006 года № 25 «О некоторых вопросах, связанных с квалификацией и установлением требований по обязательным платежам, а также санкциям за публичные правонарушения в деле о банкротстве», отмечает адвокат «Яковлев и Партнеры» Марина Морозова. В этом пункте постановления разъясняется, что в силу п. 3 ст. 137 закона о банкротстве требования о взыскании штрафов за налоговые (административные) правонарушения учитываются отдельно в реестре требований кредиторов в составе требований кредиторов третьей очереди и удовлетворяются после погашения этих требований в отношении основной суммы задолженности и причитающихся процентов. «В этой связи противоположные выводы судебной коллегии, относящие штрафы к текущим платежам, создали правовую неопределенность в данном вопросе», – считает Морозова.

Добросовестный менеджер в понимании ВС

После завершения расчетов с кредиторами в процедуре конкурсного производства уполномоченный орган обратился в арбитраж с заявлением о привлечении экс-руководителя должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам. Заявитель указал, что по состоянию на 1 сентября 2015 года должник отвечал признакам недостаточности имущества из-за задолженности по оплате обязательных платежей, которая превышала размер активов должника. Ответчик признал наличие таких признаков, но добавил, что не был обязан обращаться в суд с заявлением должника о собственном банкротстве, так как вопрос о наличии налоговой недоимки не был очевидным. Более того, должник оспаривал решение ИФНС о ее взыскании. Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили иск уполномоченного органа, указав, что по закону о банкротстве признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер. 

Суд округа отменил оба акта и направил спор на пересмотр. Он согласился с объективным характером указанных признаков, но указал, что обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает, «когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный менеджер должен был узнать о действительном возникновении признаков недостаточности имущества должника», в том числе по причине просрочки уплаты обязательных платежей (абз. 6 п. 1 ст. 9 закона о банкротстве). При этом довод ответчика о том, что вопрос о правомерности требований ИФНС об уплате недоимки не являлся очевидным, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении налогового законодательства, не получил какой-либо правовой оценки со стороны первой и апелляционной инстанций, указал суд округа. В другом деле уполномоченный орган заявил аналогичное требование, которое суды трех инстанций удовлетворили. Так, суды сочли, что директор должника должен был знать о наличии вмененной недоимки, поскольку отслеживание информации о состоянии расчетов с бюджетом по налогам входит в круг его обязанностей (п. 26 обзора).

Комментарии экспертов:

ВС конкретизировал критерии привлечения руководителя к субсидиарной ответственности в случае, если последний своевременно не обратился в суд при наличии признаков неплатежеспособности юрлица, находящегося под его руководством, говорит адвокат Алексей Михальчик. В частности, суд согласился с выводами нижестоящих инстанций о том, что в случае, если даже руководителю и было известно о наличии требований налогового органа, удовлетворение которых привело бы к несостоятельности его компании, то оспаривание им таких требований в установленном порядке позволяет избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности за несвоевременные действия по банкротству. 

На первый взгляд этот пункт обзора посвящен достаточно узкому вопросу – привлечению гендиректора к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности подать заявление должника о банкротстве, отмечает Роман Суслов, юрист адвокатского бюро КИАП. «Поведение директора будет оцениваться судом в контексте стандартов управленческой практики и обычаев делового оборота на соответствие критериям добросовестности и разумности, – продолжает эксперт. – Суд подчеркнул, что добросовестный директор обязан отслеживать признаки неплатежеспособности в отношении своего юрлица и контролировать объем просрочки уплаты обязательных платежей». Однако обозначенные критерии добросовестности могут потенциально использоваться судами при разрешении иных споров, в том числе налогового и корпоративного характера, добавляет Суслов.

Очередность обязательных и страховых платежей

«Порядок определения очередности погашения обязательных платежей и страховых взносов неоднократно менялся за последнее время, – напоминает Александр Вязовик, партнер, руководитель направления по банкротству юрфирмы VEGAS LEX. – В связи с этим интерес представляет п. 9 обзора, согласно которому начисленные должнику пени и штрафы за неперечисление в бюджет НДФЛ, удержанного при выплате доходов до возбуждения дела о банкротстве, учитываются отдельно в составе платежей третьей очереди». Такой подход обусловлен тем, что финансовые санкции за собственное нарушение должника как налогового агента подлежат учету исходя из общих правил об очередности удовлетворения обязательных платежей, добавляет Вязовик.

«Также в п. 14 обзора ВС определил новый порядок определения очередности погашения страховых платежей, – отмечает он. – Теперь, в отличие от ранее действовавшего подхода, требования об уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, не являющиеся текущими, в соответствии с абз. 3 п. 4 ст. 134 закона о банкротстве относятся ко второй очереди. Такая позиция ВС вызывает вопросы у советника, Saveliev, Batanov & Partners Радика Лотфуллина. «Непонятно, что изменилось в действующем законодательстве для того, чтобы нужно было отменить абз. 3 п. 41.1 постановления Пленума ВАС от 23 июля 2009 года № 60, который относил страховые взносы в третью очередь, и включить эти обязательные платежи в одну очередь с зарплатой. Полагаю, что это чисто политическое решение», – говорит Лотфуллин.

Доказательства в деле о банкротстве

Обращает на себя и п. 13 обзора, согласно которому материалы, полученные в ходе мероприятий налогового контроля, могут быть использованы в качестве доказательств в деле о банкротстве, продолжает Александр Вязовик из VEGAS LEX. «Данный пункт дает уполномоченному органу больше возможности влиять на включение того или иного кредитора в реестр требований. При использовании в рамках рассмотрения требования кредитора материалов налоговой проверки суду и сторонам необходимо будет убедиться в том, что на акт налоговой проверки не направлены возражения, а также что решение, вынесенное на основании акта налоговой проверки, не обжаловано налогоплательщиком во внесудебном или судебном порядке. В противном случае определение суда об отказе во включении в реестр требований кредиторов может быть вынесено неправомерно.

«Расширены права ФНС или, вернее сказать, окончательно закреплена возможность ссылаться на материалы налоговых проверок (как самого должника, так и иных лиц) при возражениях на поступившие требования сомнительных кредиторов, – добавляет Олег Пермяков из Goltsblat BLP. – Разъяснение фактически легализует очень мощный процессуальный инструмент (например, проверки проводятся с привлечением правоохранительных органов, ФНС имеет неограниченный доступ к банковской, бухгалтерской и иной информации) и, безусловно, отвечает правам и самого уполномоченного органа, и других добросовестных кредиторов».

Смена арбитражного управляющего

Положения п. 24 обзора предоставляют кредиторам при смене арбитражного управляющего возможность реализовать свое право по выбору СРО или кандидатуры управляющего в условиях ограниченного времени, подчеркивает Александр Вязовик. В установленный законом 10-дневный срок проведение собрания кредиторов не всегда возможно по объективным обстоятельствам: освобожденный (отстраненный) управляющий отказался провести собрание, и лицу, желающему созвать собрание, требуется дополнительное время для уведомления всех кредиторов и прочее. Ранее в таких ситуациях суды часто назначали управляющего, предложенного СРО, в которой состоит предыдущий управляющий. «Верховный суд абсолютного правильно указал, что при отстранении/освобождении арбитражного управляющего истечение 10-дневного срока для представления собранием кредиторов кандидатуры нового арбитражного управляющего не лишает кредиторов права созвать такое собрание и представить эту кандидатуру суду», – говорит Радик Лотфуллин из Saveliev, Batanov & Partners. 

Вязовик отмечает также разъяснения, связанные с правом пересмотреть предложенную первым заявителем кандидатуру арбитражного управляющего при переходе статуса заявителя к другому лицу (п. 27 обзора). «Заинтересованные лица нередко применяют положения ст. 313 ГК, чтобы «перехватить» инициативу при введении первой процедуры банкротства, – говорит он. – Они оплачивают задолженность кредитора-заявителя. Кроме того, эта задолженность может быть получена ими в результате цессии. Впоследствии такие лица заменяют предлагаемую кандидатуру арбитражного управляющего». ВС же указывает, что право на предоставление кандидатуры арбитражного управляющего не может перейти ко второму заявителю в указанных ситуациях, акцентирует внимание Вязовик. «Таким образом, ограничение в последующем выборе кандидатуры направлено на избежание злоупотребления правом со стороны лиц, желающих вступить в дело о банкротстве на стадии введения процедуры наблюдения, с единственной целью установления доминирующего положения в ходе процедур банкротства путем указания кандидатуры подконтрольного арбитражного управляющего», – подытоживает партнер VEGAS LEX.

ВС продолжает последовательно проводить тенденцию к расширению перечня требований, по которым возможно возбудить процедуру банкротства без их предварительного просуживания в общеисковом порядке, отмечает юрист компании «Хренов и партнеры» Сергей Морозов. Теперь к таким требованиям относятся не только требования кредитных организаций и задолженности по уплате налогов, но и требования по уплате должником различных страховых взносов. Во-вторых, продолжает эксперт, большое внимание в обзоре уделяется решению вопроса о разграничении текущих и реестровых обязательных платежей: в частности, ВС предложил определять момент их возникновения (а именно от него, по общему правилу, зависит отнесение требования к текущему или реестровому) с момента окончания отчетного периода. В-третьих, важным, по мнению Морозова, является разъяснение, касающееся применения в деле о банкротстве сроков на принудительное взыскание. «В  налоговом праве указанный срок, по сути, является аналогом исковой давности в частном праве, – говорит юрист. – А поскольку истечение сроков давности является основанием для отказа во включении требования в реестр кредиторов, ВС посчитал, что и истечение срока на принудительное взыскание также исключает включение его в реестр кредиторов должника».

 

pravo.ru

Судебная практика по процедуре банкротства

Дела о банкротстве юридических лиц, по статистике Судебного департамента при Верховном суде РФ, занимают значительную нишу. С начала года арбитражные суды первых инстаций уже рассмотрели более ста таких дел, а многие прошлогодние процессы продолжились в арбитражных апелляционных судах, арбитражных судах округов и дошли до Верховного суда. В свежем обзоре судебной практике вы найдете позицию судей по некоторым из них.

1. Арест залогового имущества организации-банкрота не дает преимущества кредитору

Верховный суд РФ пришел к выводу, что арест имущества не дает преимуществ залогового кредитора организации, которая его инициировала. Залогодержатель должен быть включен в реестр на общих основаниях.

Суть спора

Арбитражный суд принял обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество коммерческой организации по заявлению ее кредитора-залогодержателя. После в отношении этой организации была открыта процедура наблюдения, и кредитор обратился в арбитражный суд с заявлением о включении его требования, обеспеченного залогом, в реестр. Суд первой инстанции, далее апелляция и кассация, пришли к выводу, что требования обоснованы, поскольку залог возник со дня вступления в законную силу решения о взыскании задолженности. При этом никаких событий, предусматривающих прекращение залога, не произошло. В силу статьи 334 Гражданского кодекса РФ арбитры признали за организацией статус залогового кредитора. Однако другим кредиторам должника это не понравилось и они обратились в Верховный суд.

Решение суда

Судьи Верховного суда РФ в определении от 27.02.2017 N 301-ЭС16-16279 по делу N А11-9381/2015 заняли позицию, прямо противоположную мнению коллег, и отменили акты нижестоящих инстанций. Верховный суд напомнил, что введение запрета на распоряжение имуществом не означает возникновения полноценного залога. Кроме того, арест не дает преимуществ залогового кредитора. Позиция суда основана на том, что запрет на распоряжение имуществом не порождает таких залоговых свойств, которые позволяют кредитору получить приоритет при удовлетворении его требований в процедурах банкротства.

В тексте определения, в частности, сказано:

Федеральный закон о банкротстве исключает возможность удовлетворения реестровых требований, подтвержденных судебными решениями, в индивидуальном порядке и не содержит предписаний о привилегированном положении лица, в пользу которого наложен арест. Наоборот, правоотношения, связанные с банкротством, основаны на принципе равенства кредиторов, требования которых относятся к одной категории выплат (пункт 4 статьи 134 Закона о банкротстве), что, в свою очередь, не допускает введение судом, рассматривающим дело о несостоятельности, различного режима удовлетворения одной и той же выплаты в зависимости от формальных (процедурных) критериев, не связанных с ее материальной правовой природой (в зависимости от того, как будет разрешено ходатайство о наложении ареста). Поэтому запрет на распоряжение имуществом не порождает таких залоговых свойств, которые позволяют кредитору получить приоритет при удовлетворении его требований в процедурах банкротства.

2. Аффилированных с должником кредиторов не включат в реестр

Верховный суд РФ указал, что в банкротных делах кредитор должен доказывать отсутствие общности интересов с должником не только через юридическую, но и через фактическую аффилированность. При наличии такой аффилированности ему могут отказать во включении требований в реестр.

Суть спора

Банк обратился в рамках дела о банкротстве индивидуального предпринимателя в арбитражный суд с заявлением о включении его требования в реестр. Суд первой инстанции определением, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции и окружного суда, удовлетворил заявленные требования. Однако банк, являющийся конкурсным кредитором ИП-должника, обратился в Верховный Суд с кассационной жалобой, в которой просил обжалуемые судебные акты отменить и в удовлетворении заявленных требований отказать. По мнению кредитора, у банка были с должником внутригрупповые отношения, которые не учли арбитры.

Решение суда

Верховный суд в определении от 26 мая 2017 г. N 306-ЭС16-20056(6) согласился с такими выводами. Арбитры указали, что суды низших инстанций не исследовали внутригрупповые отношения между кредитором и должником, а также иными лицами. В то время как эти отношения свидетельствовали о наличии общих экономических интересов. Ведь на протяжении рассмотрения настоящего обособленного спора заявитель приводил доводы, свидетельствующие о том, что все участники спорных арендных отношений — предприниматель-должник, собственники помещений и все цессионарии (в том числе банк-кредитор) — принадлежат к одной группе компаний «Диамант», которую контролирует супруг ИП-должника, как конечный бенефициар.

Суд напомнил, что по смыслу пункта 1 статьи 19 ФЗ о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством. Все лица, у которых обнаружены признаки аффилированности, должны раскрыть экономические мотивы своего поведения в рамках сделки. Если в таком поведении будут выявлены признаки злоупотребления правом:

  • фиктивность сделки,
  • отсутствие экономической нужды в ее совершении как со стороны должника, так и со стороны кредитора,

то это является достаточным основанием для отказа во включении требований кредитора в реестр. Поэтому ВС РФ отправил дело на новое рассмотрение, для изучения этих обстоятельств.

3. Банк имеет права не дожидаться решения суда, чтобы начать процедуру банкротства должника по кредитам

Верховный суд указал, что банк может подавать заявление о банкротстве организации в отсутствие судебного решения только по требованиям, которые возникли в связи с наличием у него специального статуса кредитной организации. В частности, по кредитной задолженности или поручительству, в противном случае ему нужно применять обычную процедуру.

Суть спора

Банк обратился в арбитражный суд с заявлением о признании коммерческой организации несостоятельной (банкротом). Определением арбитражного суда заявление банка было признано обоснованным. Суд открыл в отношении организации-должника процедуру наблюдения и назначил временного управляющего. Требования банка арбитры включили в реестр требований кредиторов должника с удовлетворением в третью очередь. Однако организация с таким решением не согласилась, указав на отсутствие судебного решения, вступившего в силу, по имеющейся задолженности. Дело дошло до Верховного суда РФ.

Решение суда

Верховный суд РФ в определении от 27 марта 2017 г. N 305-ЭС16-18717 напомнил, что в силу пункта 2 статьи 7 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ право на обращение в арбитражный суд возникает у конкурсного кредитора — кредитной организации со дня возникновения у должника признаков банкротства. Таким образом, банки имеют право инициировать процедуру несостоятельности своего контрагента и без представления в суд вступившего в законную силу судебного решения по спору с должником.

При этом судьи отметили, что буквальное трактование данной нормы о возможность обращения с заявлением о признании должника банкротом без представления судебного акта только лишь в связи с наличием у заявителя статуса кредитной организации является нарушением принципа равенства. Ведь такое право наделяет банки ничем не обусловленными преференциями при инициировании ими процедур банкротства. В связи с этим судьи решили, что основным что критерием, допускающим возбуждение дела о банкротстве подобным упрощенным способом, выступает реализуемая кредитной организации деятельность по осуществлению банковских операций на основании специального разрешения (лицензии) Банка России, в силу Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 «О банках и банковской деятельности». То есть задолженность должна быть связана с кредитом. Поскольку в спорной ситуации речь шла о задолженности по договору подряда, ВС РФ решил что, банк должен обращаться в суд в общем порядке.

4. Поручители ИП-должника в реестр кредиторов не попадут

Верховный суд указал, что в случае погашения задолжности индивидуального предпринимателя-банкрота его родственниками, которые являлись поручителями, они не вправе расчитывать на включение в реест кредиторов на сумму погашенного долга, а только могут получить статус солидарных должников и компенсировать уплаченный долг сверх своей доли в общем порядке.

Суть спора

Индивидуальный предприниматель взял кредит под поручительство нескольких компаний, участником которых являлся он сам и его родственники. С исполнением обязательств по кредиту у ИП возникли сложности. Он не смог рассчитаться с долгом, однако его родственники погасили часть задолженности перед банком. Кредитная организация все равно обратилась в суд и начала процедуру банкротства ИП. Тогда родственники ИП со ссылкой на статью 313 ГК РФ обратились в суд с требованиями о включении в реестр на сумму погашенной задолженности.

Решение суда

Суды трех инстанций включили требования родственников ИП в реестр кредиторов.В аффилированности их с должником судьи ничего предрассудительного не увидели. Однако банк дошел до ВС РФ. Верховный суд в определении от 25 мая 2017 г. N 306-ЭС16-17647(8) с выводами коллег не согласился. Более того, судьи сочли действия должника, который вместо того, чтобы погашать долг самостоятельно, просил делать это своих родственников, злоупотреблением правом. Поэтому в силу статьи 10 ГК РФ в удовлетворении требований кредиторов-родственников должника Верховным судом было отказано. Судьи отметили, что они имеют право требовать от должника только ту часть, которая была погашена сверх доли их ответственности, как поручителей. В судебном акте, в частности, указано:

Предоставившие совместное обеспечение лица являются солидарными должниками по отношению к кредитору. При исполнении одним из таких солидарных должников обязательства перед кредитором к нему в порядке суброгации переходит требование к основному должнику (абзац четвертый статьи 387 Гражданского кодекса). Однако его отношения с другими выдавшими обеспечение членами группы по общему правилу регулируются положениями пункта 2 статьи 325 Гражданского кодекса о регрессе: он вправе предъявить регрессные требования к каждому из лиц, выдавших обеспечение, в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства, за вычетом доли, падающей на него само.

Дело было направлено на повторное рассмотрение в суд первой инстанции.

ppt.ru

Обзор практики по банкротству: май 2019 год

Эксперты анализируют, что нового появилось в праве в сфере банкротства и как меняется практика судов.