Идеи предпринимательства в западной европе: 3.5. Идеи предпринимательства в западной европе

Содержание

основные тенденции – тема научной статьи по экономике и бизнесу читайте бесплатно текст научно-исследовательской работы в электронной библиотеке КиберЛенинка

Раздел 2. «Издательский бизнес: проблемы и перспективы»

Развитие теории предпринимательства: основные тенденции

А.Ф. Коган,

доцент кафедры издательского дела и книговедения

В экономической науке теории предпринимательства отражали критические или позитивные, или прагматические подходы к самому факту существования предпринимательства в общественно-экономической жизни. Критики предпринимательства рассматривали его как отрицательное явление или неизбежное зло, т. к. предпринимательская деятельность выходила за рамки господствующей идеологии, этических установок, норм нравственности. Основным субъектом предпринимательства в критическом направлении было государство. Положительное направление видело в частном предпринимательстве залог политической и экономической свободы общества и в настоящее время является господствующим. Прагматические концепции сосредотачивались на практических выводах и рекомендациях.

Понимание и осмысление сущности такой социально-экономической категории, как предпринимательство всегда основывалось на социально-экономических реалиях. Главными факторами, влиявшими на выводы исследователей, были уровень развития производительных сил и производственных отношений, господствующая форма собственности, степень влияния государства на экономику, специфика экономических отношений между хозяйствующими субъектами.

От глубокой древности до нас дошли глиняные таблички, являвшиеся документами первичного учета, договорами купли-продажи, соглашениями о кредите, законами, касавшихся прав собственности. В них отразились не только хозяйственная практика далекого прошлого, но и определенные идейные установки, религиозные воззрения.

Наиболее ранние труды, которые затрагивали проблемы предпринимательства, дошли до нас из Древней Греции. Одним из пер-

35

вых прагматически подошел к предпринимательству Ксенофонт (444456 до н. э.), который в своем диалоге «Домострой» («домашнее хозяйство» или на языке автора oiconomia, отсюда название современной науки «экономика») рассмотрел рациональное частное рабовладельческое хозяйство. Ксенофонт обратил внимание на такую цель предпринимательской деятельности, как повышение стоимости имущества: цена земли возрастает, если за ней ухаживать. Такой подход неявно подразумевал отношение к земельной собственности как к капиталу.

Традиция теоретического осмысления экономической практики также впервые появилась в античной Греции. Платон (428 или 427348 или 347 до н. э.) относился к предпринимательству критически и осуждал его. В идеальном государстве Платона, призванном контролировать всех граждан, жажда стяжания, почитание серебра и золота нарушали его спокойствие и порядок. Последователи платоновской этики и сегодня рассматривают частный бизнес и предпринимательство как «неизбежное зло» и солидаризируются с его основной идеей: государство должно обеспечить своих граждан всем необходимым.

Для ученика Платона Аристотеля (384-322 до н. э.) идеалом было полунатуральное семейное рабовладельческое хозяйство. От ведения домашнего хозяйства он отличал умение наживать состояние, неограниченное стремление к наживе и накоплению денег Аристотель осуждал. Наиболее выгодным он считал торговлю, но критиковал финансовое предпринимательство, имевшую в ту эпоху форму ростовщичества. Аристотель одним из первых указал такую предпринимательскую стратегию, как установление монополии и привел красноречивые примеры.

Экономическим взглядам писателей и философов Древнего Рима (Варрона, Цицерона, Сенеки и др.) присущ сугубо прагматический характер, главным объектом их размышлений были рациональные способы ведения хозяйства. Большое внимание они уделяли собственности, которой отводилось решающее место в хозяйственной жизни. Собственность мыслилась, прежде всего, как правовое понятие и прецеденты, связанные с ней при совершении актов купли/продажи, послужили для разработки римского права. В свою очередь, римское право и его понятия (собственность, договор, сделка и т. д.) стало основой современного хозяйственного права в большинстве развитых стран, в том числе, России. Юристы Древнего Рима окончательно сформировали понятие естественногоправа (jus naturale) как комплекса неотъемлемых прав, обусловленных природой человека и независящих от обстоятельств1. Почти через две тысячи лет философы и экономисты

1 Истоки понятия естественного права можно найти у мыслителей Древней Греции.

36

Западной Европы используют принципы естественного права для защиты свободы предпринимательской деятельности. Древние римляне обогатили современную рыночную лексику. Бога торговли они называли Меркурий, купцов — «меркаторами». Отсюда ведут происхождение современные предпринимательские термины «маркет», «маркетинг», «мерчендайзинг».

Древняя Греция (прежде всего, Афины) и Древний Рим были обществами развитой демократии, которые обеспечивали определенную свободу и защиту предпринимательской деятельности. Противоположное отношение к ней было во многих государствах Древнего Востока с характерной для них практически абсолютной монархической властью. Проблем с естественным правом не было, мыслителей занимали проблемы эффективности хозяйственной деятельности монарха. Один из первых экономических трактатов древности «Артхашастра» (буквально, «трактат о выгоде») был создан в IV в. до н. э. в Индии и содержал советы мудреца царю: как добиться увеличения царской казны. Царь обладает абсолютной властью над подданными, творит суд и расправу и в трактате регламентируется кастовая и сословная структура общества, описывается налоговая система, наказания за неуплату налогов, обязанности чиновников по их сбору. «Люди… сделали Ману, сына Ви-васвана, царем и определили шестую долю зерна и десятую долю товаров и золота как его долю»2 (раздел 9, гл. 13).

Мыслители Древнего Китая ориентировались на учение Конфуция (551-479 до н. э.), задавшего на многие века нормы поведения, основанные на почитании старейшин и подчинении государю, которому вменялась одна обязанность: управлять и воспитывать народ. В древнем экономическом трактате «Гуаньцзы» (IV-MI в. до н. э.) расписаны обязанности всех групп общества: крестьяне готовят орудия для полевых работ, пашут, сеют и убирают урожай, князья ведут бойцов и т. д. Большое внимание уделяется государственному хозяйству. Детально регламентируется деятельность: «каждая женщина для работы должна иметь одну иглу, один нож». Вместе с тем в трактате раскрывается рыночный механизм. «Рынок является регулятором всех вещей. Поэтому если все вещи дешевы, то не будет излишних прибылей»3. Мыслители Древнего Китая понимали работу рыночного механизма, описали способы его регулирования, например, посредством государственных закупок и продаж.

Можно подвести главный итог: в Индии, Китае, Египте и других древних царствах с сильной царской властью основной задачей яв-

2 Артхашастра или наука политики / пер. с санскрита. М. : Издательство АН СССР, 1959. С. 32.

3 Бартенев С.А. История экономических учений. М. : Юристь, 2001. С. 32.

37

лялось повышение эффективности государственного управления. Предпринимательская деятельность частных лиц не была в центре внимания.

Для концептуального восприятия предпринимательства в средневековой Западной Европе определяющее значение имело христианское учение. Евангельская притча, согласно которой «удобнее верблюду пройти сквозь угольное ушко, нежели богатому войти в Царство Божие» (Лука, гл. 18), оправдывала отрицательное отношение общества средневековой Европы к накоплению богатства вообще и к предпринимательству в частности и вполне соответствовала взглядам Платона. Особенно от отцов церкви доставалось ростовщичеству, тем более, что в Ветхом Завете можно было найти соответствующие обоснования. «Если серебро дашь в долг кому-нибудь из Моего народа, бедняку, [который] с тобой, не требуй от него уплаты, не налагай на него роста» (Ветхий Завет, Книга «Исход»). В Новом Завете, в Евангелии от Матфея, было сформулировано «золотое правило» христианской этики: «… все, что вы хотите, чтобы делали для вас люди, делайте для них и вы» (гл. 7, 12). На этом «золотом правиле» этики основывалась критика ростовщичества.

С другой стороны, в Евангелии от Матфея (гл. 25) приводится притча Христа о хозяине, который отправляясь в дальние края, позвал трех своих рабов и дал одному 5 талантов серебра, другому -2 таланта, третьему — 1 талант (примерно 25 кг серебра). Двое первых пустили серебро в оборот и с прибылью в 100% вернули их хозяину, третий — «зарыл свой талант в землю» (отсюда соответствующая поговорка). Хозяин двух первых похвалил, а «негодного раба» велел бросить «во тьму внешнюю». В Евангелии смысл притчи расшифровывается, как запрет хранить в тайне учение Христа, но можно сделать и другой вывод: деньги это капитал, способный приносить прибыль и должны работать.

Отрицательное отношение к предпринимательству в Европе опиралось также на авторитетное мнение блаженного Августина (354-430) о превосходстве нематериальной души над телом и пренебрежении благами и соблазнами материального мира ради спасения души. В раннее европейское средневековье догматы Августина оправдывали отношение к прибыли, ростовщическому проценту и т. п. как к греху. Более терпимую позицию занял Фома Аквинский (ок. 1226-1274), сформулировавший ряд условий, при соблюдении которых получение умеренной прибыли можно было считать оправданным, а цену считать «справедливой». Правда, по мнению Фомы Аквинского, слова апостола Павла «Если кто не хочет трудиться, тот и не ешь» не распространялись на богатых людей, которые и без труда обладают всем необходимым.

Основной задачей церкви и государства в средневековой Европе считалась защита веры. Положение личности в обществе было определено с рождения принадлежностью к определенному сословию,

38

социальная мобильность практически отсутствовала. Купцы, ростовщики, ремесленники, работавшие на заказ, имели более низкий социальный статус, чем феодальные и духовные сословия. Частное предпринимательство конечно существовало, но рассматривалось прежде всего как объект налогообложения, источник кредитов и займов.

Развитие городского ремесла, городских вольностей, появление ярмарок, рост и расширение спроса, зарождение университетской системы образования в определенной степени содействовали ослаблению критического отношения общества к предпринимательству, но в целом до XVI в. факты хозяйственной жизни не получали должной научно-философской оценки. Однако в средневековой Европе появились первые банки, объединения купцов в гильдии. Большое значение имело появление в середине XV в. книгопечатания. Книгопечатание носило чисто предпринимательский характер, хотя по своей организационной форме оно долго имело все признаки ремесленной организации.

Потребности практики учета вызвали не только зарождение бухгалтерского учета, но и появление в числе первых печатных книг труда итальянского математика Луки Пачоли (1445-1517) «Трактат о счетах и записях», входившего в его книгу «Сумма арифметики, геометрии, учения о пропорциях и отношениях». Труд Пачоли содержал учение о двойной бухгалтерской записи, системе счетов, главной книге. Пачоли ввел в систему учета не только текущие операции (это было еще в глубокой древности), но и капитала (собственного и заемного), определил понятие «дебета» и «кредита», необходимость составления баланса активов и пассивов. Уже более 500 лет труд Пачоли является основой всей современной практики учета результатов предпринимательской деятельности.

В XVI в. в Европе в эпоху Реформации начался пересмотр отношения к предпринимательству. Основой морали предпринимательства в протестантской этике стала честность и трудолюбие, верность предпринимателя своим обязательствам. Лидеров реформационного движения М. Лютера (1483-1546) и Ж. Кальвина (1509-1564) вопросы экономики мало интересовали, их учения полностью находились в русле христианской мысли. Но в их проповедях содержалось скрытое оправдание предпринимательской деятельности. Согласно Ж. Кальвину, спасение предопределено Господом вполне определенным душам и не зависит от их действий во время земной жизни, поэтому успех в делах является признаком «благоволения» Господа и человек своей скромной жизнью и молитвами должен подтверждать это, т.е. кальвинисты относились к предпринимательству прагматически и провозгласили предпринимательскую деятельность «служением Господу». Зародилась «кальвинистская этика», сочетавшая предпринимательство со скромностью и бережливостью и ставшая идеологическим фундаментом опе-

39

режающего капиталистического развития Англии и Голландии в XVII— XVIII вв. Образчиком кальвинистской этики стали труды Б. Франклина (1706-1790), провозгласившего лозунг, ставшим предпринимательским кредо: «Время — деньги». Франклин имел в виду то, что время следует посвящать зарабатыванию денег честным трудом и укреплению своего имиджа в глазах кредиторов как честного, трудолюбивого и бережливого хозяина, а не бессмысленно тратить его на развлечения и другие занятия, не приносящие прибыль. Постоянное расширение производства приобретает характер морального и религиозного долга прославления Бога повседневным трудом во славу Его.

В XVII в. возникла идеология либерализма, изначально бывшая протестом против господства религии и прикрепления человека к определенному сословию. Статус личности должен достигаться только собственными усилиями, все должны иметь равные возможности. Большое значение для идеологического обоснования предпринимательства имели труды английских мыслителей Т. Гоббса (1588-1679) и Дж. Локка (1632-1704), которые провозгласили примат частной собственности и отделили от нее государственную собственность, обосновали свободу принятия решений в условиях риска, констатировали свободу выбора потребителя. Сторонник монархии Гоббс в своем трактате «Левиафан» (1651) ввел понятие личного интереса. Все люди равны от рождения и правительство необходимо формировать с согласия народа, правительство обязано защищать людей. Локк в «Письме о веротерпимости» (1689) назвал права человека на жизнь, свободу и собственность естественными правами. Для предпринимательства имело особое значение утверждение Локка о том, что налоги должны вводиться только с согласия граждан.

Идеи либерализма объективно сочетались с идеями рационального (разумного) поведения предпринимателей, содержавшегося в трудах Р. Декарта (1590-1640) и Б. Спинозы (1632-1677). Адам Смит (1723-1790) подчеркнул, что продавая нам хлеб «Мы ждем наш обед не потому, что надеемся на щедрость мясника, пивовара или булочника, а потому, что они действуют в собственных интересах… булочник не оказывает нам благодеяние, а преследует собственный интерес»4. Философия рационализма была выражена в предложенном Дж.С. Миллем (1806-1873) понятии «экономического человека» (homo economicus), под которым он понимал стремление индивидуума получить максимальный результат при минимальных затратах в условиях ограниченности возможностей и ресурсов. В XX в. Дж.М. Кейнс (1883-1946) и его последователи расширили понимание homo economicus, включив в него,

4 Цит по: Мэнкью Н.Г. Принципы Экономикс / пер. с англ. СПб. : Питер Ком, 1999. С. 88.

40

наряду с эгоистическим стремлением к наживе, моральные критерии, когда людям приходится выбирать альтернативные способы использования ограниченных экономических ресурсов в условиях неполноты информации.

Для многих стран Европы период XVII—XVIM вв. характерен государственным предпринимательством в форме меркантилизма, представлявшего первую в истории систему экономических доктрин. Главным субъектом предпринимательской деятельности в меркантилизме была государственная власть, которая была обязана защищать свой рынок от внешних конкурентов (протекционизм), накапливать золото, вести колониальную политику, основывать государственные мануфактуры, сдавать на откуп налоги и другие сборы. Основным источником прибыли считалась торговля. В эпоху меркантилизма «предпринимателем» («entrepreneur») во Франции называли человека, заключившего с государством контракт на выполнение определенных работ, откуп налогов, поставок. Он брал всю полноту финансовой ответственности за выполнение условий контракта, но если ему удавалось уложиться в меньшую сумму, то разницу присваивал себе. Именно в этом смысле использовал слово entrepreneuer французский меркантилист Антуан Монкретьен (1575-1621), который также ввел в научный оборот термин «политическая экономика».

Первым термин «предприниматель» в понимании, близком к современной трактовке, использовал в своем «Эссе о природе торговли вообще» французский финансист и банкир ирландского происхождения Р. Кантильон (1680-1734?). Кантильон выделил три группы экономических агентов: землевладельцев (капиталистов), предпринимателей, наемных работников. Он впервые подчеркнул значительную роль предпринимателя в экономике и ввел в оборот экономической науки сам термин «предприниматель», подчеркивающий возможность получения прибыли при определенной ситуации на рынке. Предприниматель, по Кантильону, это торговец-посредник, реагирующий на расхождение между спросом и предложением и покупающий по известной цене, а продающий по неизвестной, т. е. рискующий. Особенность деятельности предпринимателя состоит в ее рисковом характере. Остальные две группы агентов пассивны.

Кантильон был близок к меркантилизму, но суждение о земле как главном источнике богатства сближает его с школой физиократов, возникшей в XVI11 в. во Франции. Основным источником дохода страны физиократы считали землю, которую они рассматривали как единственный фактор производства. Впервые проанализировав понятие капитала, т.е. имущества, приносящего прибыль, они считали производительным только капитал, вложенный в землю. В рамках темы статьи важно, что физиократы, исходя из понятия естественного права и

41

полемизируя с меркантилистами, были убеждены, что только предоставление полной свободы действию естественных законов способно осуществить общее благо, подразумевая при этом невмешательство государственной власти в экономические отношения. Именно физиократы обосновали главный лозунг свободы экономической деятельности «laissez faire laissez passer — свободно действовать, свободно возить»5.

Французский экономист и политик физиократ А. Р.Ж. Тюрго (1727-1781) внес уточнение в схему Кантильона, в которой было не ясно участие капитала и владельца капитала. Согласно Тюрго, владелец капитала может отдать деньги в ссуду (стать капиталистом), купить землю (стать землевладельцем и отдавать землю в аренду) или закупить товар для продажи и тем самым стать предпринимателем. Предпринимателей и наемных работников Тюрго отнес к «бесплодному» классу.

Отец «классической экономики» Адам Смит (1723-1790) рассматривал экономику как саморегулирующийся механизм. Классическими стали размышления Смита о роли конкуренции и «невидимой руке рынка», направляющей предпринимателей к «всеобщему благу». Творческой созидательной стороне предпринимательства он не уделил внимания, предполагая, что механизм конкуренции действует автоматически. Смит подчеркнул значение специализации и разделения труда в производстве и связь между изобретениями в машиностроении с наукой.

Смит как физиократы отождествлял предпринимателя с собственником капитала. Термин «предприниматель» он не использовал, заменяя его либо словом «негоциант» (торговый предприниматель), либо «фабрикант» (промышленный предприниматель). В целом к их деятельности он относился отрицательно и подчеркивал, что если интересы рабочих и землевладельцев почти всегда совпадают с интересами страны, то интересы негоциантов и фабрикантов никогда целиком с ними не сходятся. «Наши купцы и владельцы мануфактур сильно жалуются на вредные результаты высокой заработной платы, повышающей цены и потому уменьшающей сбыт их товаров внутри страны и за границей. Они ничего не говорят о вредных последствиях высоких прибылей. Они хранят молчание относительно губительных результатов своих собственных барышей, жалуясь лишь на то, что выгодно для других людей»6.

В первой половине XIX в. феномен предпринимательства не часто был предметом дискуссий среди экономистов. Как отмечал

5 Впервые прозвучал в 1680 г. как ответ французского купца М. Ле Жанд-ра на вопрос всемогущего министра финансов Франции и меркантилиста Ж.Б. Кольбера: чем он может помочь купечеству (негоциантам). В ответ прозвучало: «Laissez-nous faire — Дайте нам самим действовать» / Journal oeconomique — janvier 1751. Статья сторонника свободы торговли министра Рене Вуае маркиза д’Аржансона. В 50-х гг. XVIII в. эту фразу в виде laissez faire laissez passer популяризировал интендант коммерции Винсент де Гурне.

6 Классика экономической мысли. М. : Эксмо-Пресс, 2000. С. 161-162.

42

М. Блаут, «Рикардо, а вслед за ним буквально все прочие ведущие экономисты английской классической школы считали процессы производства и капиталовложений более менее автоматическими, не требующими принятия важных решений, оценок риска и всякого рода предвидений»7.

Тем не менее в рамках классической экономики большой вклад в теорию предпринимательства внесли Ж. Б. Сэй (1767-1832), Дж. С. Милль (1806-1873), Г. К.Э. фон Мангольдт (1824-1868).

Француз Сэй был последователем А. Смита и увидел в предпринимателе отличного от капиталиста участника экономического процесса, подчеркнул его ключевую роль в развитии экономики: предприниматель обеспечивает перераспределение основных факторов производства (земля, труд, капитал) между различными отраслями экономики. Сэй подчеркнул активную, творческую роль предпринимателя в экономике и вывел исследование проблем предпринимательства на макроэкономический уровень, когда сформулировал экономический закон, ставший парадигмой предпринимательской деятельности: предложение порождает спрос. Следует отметить, что именно с него начинается традиция научного исследования предпринимательства. Сэй ошибочно считал, что он первый ввел в научный оборот термин — «антрепренер» (предприниматель): «Антрепренер перебрасывает экономические ресурсы из сферы малой продуктивности в сферу большой продуктивности и пожинает плоды». Отталкиваясь от идей Тюрго, Сэй определил предпринимателя как «посредника между капиталом и трудом», разделив тем самым роль предпринимателя и капиталиста. Следовательно, предприниматель может вкладывать деньги в фирму, но при этом не быть капиталистом как у А. Смита. Предприниматель обеспечивает наиболее выгодное использование ресурсов, переводя их из менее выгодных секторов экономики в более выгодные. Неопределенность и риск перерастают в этом случае в явную проблему. Сэй также подчеркнул значение предпринимателя как лидера: предприниматель объединяет людей в единый организм, при этом он не обязательно должен быть профессионалом в определенной области.

Английский экономист Дж. Милль в 1848 г. в своем популярном труде «Принципы политической экономики» рассматривал предпринимателя как человека, который берет на себя не только риск, но и управление (менеджмент) бизнесом. Милль раскрыл различие между предпринимателем и акционерами, инвестировавшими свои средства в бизнес: акционеры также рискуют, но не участвуют в организации и повседневном управлении бизнесом. Тем не менее для Милля предприниматель оставался владельцем капитала. Милль считал, что прибыль

7 БлаугМ. Экономическая мысль в ретроспективе. М. : Дело ЛТД, 1994. С. 426.

43

должна включать три части: награда за воздержание (должна равняться ссудному проценту, т. к. капитал можно было бы обратить на кредиты), «возмещение за риск и вознаграждение за труд и искусство, необходимое для осуществления контроля за производством». В полемике по вопросам свободы торговли Милль фактически реанимировал и часто использовал лозунг laissez faire laissez passe.r

Концепция Милля о предпринимательском риске оказалась наиболее плодотворной. Немецкий экономист Мангольдт выдвинул теорию предпринимательского дохода (Unternehmergewinn), под которым он фактически понимал прибыль, остающуюся после вычитания из дохода за вычетом погашения кредитов, процента на капитал и вознаграждения за личный труд предпринимателя. При этом главными факторами, определяющими прибыль, являются предпринимательские способности и риск.

В XIX в. со стороны идеологов феодального строя, защитников ремесла была развернута критика предпринимательской деятельности, нарушавшей патриархальные устои общества. На другие «изъяны» предпринимательства указал Карл Маркс, который обнаружил в предпринимателе эксплуататора, стремящегося присвоить прибавочную стоимость, т. е. стоимость времени, затраченного рабочим сверх времени, необходимого для обеспечения его существования. Маркс подчеркнул хищническую преступную роль капитала, неустранимый антагонизм между трудом и капиталом. Творческого созидательного начала в предпринимательской деятельности К. Маркс не обнаружил и вместе с Ф. Энгельсом заложил научные основы критики предпринимательства слева. В «Манифесте Коммунистической партии» (1848) К. Маркс и Ф. Энгельс подчеркнули значение постоянного технического прогресса для капиталистической экономики.

«Буржуазия не может существовать, не вызывая постоянно переворотов в орудиях производства, не революционизируя, следовательно, производственных отношений, а стало быть, и всей совокупности общественных отношений»8.

Маркс и Энгельс предсказали неизбежность краха свободного предпринимательства. В начале следующего века последователи Маркса и Энгельса, пришедшие к власти в России, осуществили их основную идею об экспроприации средств производства и возложили созидательную функцию по построению «светлого будущего» на бюрократическую государственную машину. Частная предпринимательская деятельность рассматривалась в СССР и во многих других странах «социалистического лагеря» как уголовное преступление, идеалом граж-

8 К. Маркс и Ф. Энгельс. Манифест Коммунистической партии. Соч. Т. 4. С. 427.

44

данина стал не экономически активный, а экономически пассивный человека, соответствующими были пропаганда, психологические установки и общественное мнение.

Особое понимание феномена предпринимательства сложилось в Германии. В начале XIX в. возникла «историческая школа экономики», приверженцы которой подчеркивали оригинальный национальный характер экономики отдельных стран. Работы представителей этой школы заложили социологический подход к проблеме предпринимательства. В своем труде «Капитализм» В. Зомбарт (1863-1941) рассматривал капитализм (под которым он понимал конкретный «бизнес», а не социально-экономическую категорию) как результат действия отдельных индивидуумов-предпринимателей, обладавших талантом, настойчивостью, осторожностью и неутомимостью. Зомбарт, одним из первых создавший психологический портрет предпринимателя, утверждал, что дух предпринимательства это одна из составляющих частей капиталистического духа, наряду с мещанством и бюрократией. Предприниматель по Зомбарту это «завоеватель», «организатор» и «торговец», для него характерно стремление к риску, богатство идей, духовная свобода, воля и настойчивость. М. Вебер (1864-1920) в своей работе «Протестантская этика и дух капитализма» связал исторические успехи предпринимателей Голландии, Англии, США, Германии с духом протестантской (точнее, кальвинистской) этики. Вебер особо подчеркнул морально-этические особенности предпринимательского поведения, которые он назвал «духом капитализма». По мнению Вебера, радикальное отличие капитализма от предшествующих («традиционных») обществ состоит не в технике, а отношении человека к труду. Если в христианской этике труд рассматривался как наказание за первородный грех, то предприниматель «живет чтобы работать», а не «работает чтобы жить». Купеческое кредо средневековых купцов «Не обманешь — не продашь» сменилось на кредо «Честность — лучшая политика».

В 1870-х гг. в экономической науке стала доминировать неоклассическая школа экономики (маржинализм). Основной задачей экономики стало исследование взаимоотношений между различными экономическими агентами. Один из основателей этого направления английский экономист А. Маршалл (1842-1924) на основе законов спроса и предложения сформулировал понятие равновесной цены. Предприниматель стал необходимым элементом модели Маршалла. В своем знаменитом труде «Принципы экономикс» он добавил к трем факторам экономики Сэя четвертый фактор — предпринимательские способности, как координирующий фактор трех остальных факторов. Предприниматель организует производство новых товаров или улучшает «план производства старых товаров». При этом предприниматель должен быть квалифицированным специалистом в этой области, иметь

45

лидерские качества. Маршалл особенно подчеркнул, что предприниматель должен уметь предвидеть изменения спроса и предложения, но он идет на риск, т. к. действует в условиях неполной информации о рынке. Маршалл и его школа стали рассматривать предпринимательскую деятельность, не обязательно связанную с владением капитала. Как и Милль Маршалл полагал, что предпринимательские способности встречаются крайне редко. Однако проявление этих способностей зависит от конкретной экономической ситуации.

Предпринимательский фактор не мог быть учтен в модели Сэя явно, т. к. прибавочный продукт без остатка распределялся между тремя другими факторами. В результате величина предпринимательской прибыли становилась равной нулю. Но для предпринимателя прибыль является главным экономическим мотивом и в реальности он ее получает. Еще раньше появления неоклассической теории решение проблемы предложил немецкий экономист И. Тюнен (1783-1850). Тюнен рассматривал предпринимательский доход как плату за риск: «… не существует такой страховой компании, которая застрахует от любого вида риска, связанного с бизнесом. Всегда часть риска должен брать на себя предприниматель»9. Прибыль это остаток, получаемый вычитанием из валовой прибыли процента на инвестированный капитал, платы за управление и страхового взноса. Предпринимательский риск непредсказуем. Отталкиваясь от специфики предпринимателя как носителя риска, Тюнен определил величину дохода-вознаграждения как разницу между общей прибылью, полученной от ведения хозяйственной деятельности, и суммой процента на инвестированный капитал (т. е. фактически платой капиталисту-собственнику за пользование его капиталом), страховки от потерь или убытков в результате такой деятельности, заработной платы управляющих.

В рамках неоклассической школы американский экономист Дж.Б. Кларк (1847-1938) предложил рассматривать в качестве четвертого фактора производства само «предпринимательство» как таковое. Кларк впервые связал прибыль предпринимателя, представленную как избыток над процентом (и рентой), с успешным внедрением в экономический процесс технологических, коммерческих или организационных инноваций.

В неоклассической модели понятие предпринимательства оставалось чем-то внешним и неподдающимся глубокому анализу. Исходной для нее стала теория общего экономического равновесия швейцарского экономиста Л. Вальраса (1834-1910), суть которой состояла в следующем: равновесие достигается тогда, когда предложение становится равным спросу и прибыль стремится к нулю10. В. Парето (1848-

9 Предпринимательство в конце XX века. М., 1992. С. 21-22.

46

1923) сформулировал принцип оптимального состояния экономики (оптимум Парето): состояние системы, при котором значение каждого частного показателя, характеризующего систему, не может быть улучшено без ухудшения других.

Экономическая действительность противоречила теории Парето, что требовало других подходов. Такие подходы были заложены представителями австрийской школы К. фон Менгером (1840-1921),

О. фон Бем-Баверком (1851-1914), Ф. фон Визером (1851-1926) и рядом других. Для австрийской школы был характерен учет роли личности в экономике, психологии поведения потребителей, значения структуры капитала, а также понимание ограниченности математических методов. Ученик Визера и Бем-Баверка австрийский экономист Й. Шумпетер (1883-1950) задался вопросом, что является причиной нарушения состояния равновесия по Вальрасу. Проанализировав экономическую историю развитых стран, Шумпетер пришел к выводу, что причины нарушения экономического равновесия находятся в самой экономике. Чтобы нарушить равновесие, каждый раз необходимы специфические действия, которые Шумпетер назвал инновациями, под которыми он подразумевал новые комбинации факторов производства.

Согласно теории Шумпетера («теории эффективной конкуренции»), динамику экономического развития обеспечивают предприниматели: они формируют инновационную среду, поэтому наряду с традиционными факторами производства (земля, труд, капитал) равноправным четвертым фактором выступает «инновация» — новшество в области товаров, технологии или управления. Предприниматель не стремится реализовать себя в традиционной экономике, его не удовлетворяет монотонный, рутинный бизнес, он не обязательно является собственником или капиталистом, предпринимателем может быть топ-менеджер, управляющий. Предприниматель это новатор.

В инновации Шумпетер увидел сущность предпринимательского процесса. Массовое появление «новых комбинаций» свидетельствует о начале подъема экономики. Шумпетер определил пять «новых комбинаций» факторов производства:

1. Использование новой техники, новых технологических процессов или нового рыночного обеспечения производства.

2. Изготовление нового продукта или известного продукта с новыми качествами.

3. Использование новых видов сырья или полуфабрикатов.

4. Изменения в организации производства и его материально-техническом обеспечении.

5. Проникновение на новый рынок сбыта.

10 На теорию предпринимательства Шумпетера оказали также влияние К. Маркс, М. Вебер, Ж. Б. Сэй и ряд других известных экономистов.

47

Пусть какая-то экономическая система находится в состоянии равновесия, т. е. спрос и предложение уравновешены, норма прибыли стремится к нулю. Предприниматель, стремясь к максимизации прибыли, внедряет инновацию и нарушает «привычный» кругооборот воспроизводства и осуществляет свои инновации, используя кредиты «старых» фирм и компаний. Новатор направляет инвестиции в новые сферы экономики, дающие ему конкурентные преимущества. Нарушая устойчивость экономического равновесия, предприниматель инициирует прогресс экономики. В свою очередь, успех предпринимателя, выражающийся в росте прибыли, привлекает других предпринимателей, кредиторы охотно дают им кредиты, в прибыльную сферу экономики вовлекаются новые участники. Однако чрезмерный рост количества новых участников сокращает количество пользователей, приходящихся на одного участника, прибыль отдельного участника падает. Устанавливается экономическое равновесие, которое нарушается только успешным внедрением новой предпринимательской идеи. Шумпетер заложил основы инновационной экономики.

В своей книге «Капитализм, социализм и демократия» Шумпетер плодотворно использовал понятие «созидательного разрушения» (нем. schopferische Zerstorung, англ. creative destruction), впервые введенное еще В. Зомбартом в его труде «Война и капитализм». Под «созидательным разрушением» Шумпетер понимал механизм очищения рынка от неэффективных предпринимателей. В процессе «созидательного разрушения» субъекты рынка с устаревшими технологиями, товарами и услугами вытесняются инновационными новаторскими фирмами: «фундаментальный импульс, который поддерживает двигатель капитализма в движении, исходит от новых потребителей, новых товаров, новых методов производства и транспортировки, от новых рынков, новых форм индустриальных организаций. Процесс созидательного разрушения является ключевым для капитализма».

Следует отметить, что Шумпетер исходил из мысли Маркса и Энгельса, высказанную в «Манифесте»: «Буржуазия не может существовать, не вызывая постоянно переворотов в орудиях производства …»11, использовав ее не для критики, а для защиты капитализма, выделения его наиболее сильные стороны, обусловленные предпринимательской деятельностью. Примерами творческих, созидательных разрушений может служить смена компьютерных технологий (от малоэффективных гигантских ламповых ЭВМ до современных гаджетов). Капитализм благодаря предпринимателям находится в постоянном изменении и развитии: предприниматели-новаторы стали той «невидимой рукой рынка», о которой говорил А. Смит.

11 См. вышеприведенную цитату.

48

Неоклассическая теория и австрийская школа формулировали закономерности поведения индивидуального экономического субъекта, в том числе, предпринимателя, т. е. на уровне микроэкономики. Роль предпринимательства в экономике государства в целом была раскрыта «отцом» макроэкономической теории Дж.М. Кейнсом. В своем «Трактате о денежной реформе» Кейнс, анализируя влияние, которое оказывают на положение населения сдвиги в уровне цен, выделил три социальные группы: рантье, функционирующих предпринимателей и работников, живущих на заработную плату.

В своем главном труде «Общая теория занятости, процента и денег» введя понятия совокупного спроса, совокупного предложения, совокупных издержек и совокупной занятости и рассматривая соотношения между ними, Кейнс установил, что совокупный спрос определяется соотношением между ожидаемыми доходами предпринимателей и объемом занятости, совокупное предложение — между совокупными издержками и совокупной занятостью. Точка пересечения («точка эффективного спроса») определяет объем занятости в масштабах всего общества. «…эффективный спрос представляет собой совокупный доход (или выручку), который предприниматели рассчитывают получить (включая суммы, которые они выплатят владельцам других факторов производства в качестве доходов) в соответствии с тем уровнем текущей занятости, который они решают предоставить»12. Однако поскольку в течение короткого периода функция предложения остается неизменной, занятость начинает зависеть от факторов спроса. Значение частных инвестиций как фактора эффективного спроса определило место предпринимателей в общей схеме Кейнса: предприниматель стал явным действующим фактором макроэкономики. Однако Кейнс подчеркнул также важность платежеспособного спроса населения, возникающего на основе его доходов и сбережений. При этом благоприятные последствия для активизации предпринимательской деятельности возможны только в случае понижения заработной платы, т. к. это уменьшает склонность к сбережению и, следовательно, увеличивает склонность к потреблению, что благотворно сказывается на расширении производства. Установление более низкой заработной платы сопровождается перераспределением массы наличных денег в пользу предпринимателей и к относительному переполнению каналов делового обращения, что равносильно избытку денег в обращении и влияет на снижение нормы процента. Правда он отметил, что это невозможно, если рынок сокращается.

12 Дж.М. Кейнс. Общая теория занятости, процента и денег. М. : Гелиос АРВ, 1999. С. 56-57.

49

Во взаимоотношениях между предпринимателями и государством Кейнс особо отметил значение бюджетной политики государства, которая предполагает активное финансирование, кредитование частных предпринимателей из государственного бюджета. Кейнс называл такую политику «социализацией инвестиций».

С противоположных позиций выступали критики теории Кейнса представители австрийской школы неоклассической экономики, работавшие в США, Людвиг фон Мизес (1881-1973) и Фридрих Август фон Хайек (1899-1992). Они рассматривали предпринимательство в качестве одного из основных факторов экономики наряду с землей, трудом, капиталом, информацией и временем. Предпринимательство, как они подчеркивали, обеспечивает экономию времени за счет снижения трансакционных издержек. Разработанная Мизесом в его капитальном трактате «Человеческая деятельность» концепция homo agens (человек действующий) не требует от него строго определенной деятельности, «а предполагает курс действий, избранный человеком, чтобы «устранить беспокойство» и «повысить свое благосостояние». «Будучи более широким, чем понятие экономически рациональной деятельности, понятие человеческой деятельности не ограничивает анализ решения проблемой распределения ресурсов, поставленной сопоставлением недостаточных средств и многочисленных задач»13.

Идеи Мизеса развил его ученик Израэл М. Кирцнер, по мнению которого состояние неравновесия экономических систем заслуживает больше внимания, чем равновесные. В 1973 г. Кирцнер выпустил монографию «Конкуренция и предпринимательство» с альтернативной Шумпетеру концепцией, основанной на критике теории равновесных цен. Вслед за Мизесом он расширяет рамки предпринимательства. По Кирцнеру любая целенаправленная деятельность людей содержит в себе предпринимательское начало, обусловленное органически существующей неизбежностью неопределенностей будущих событий. Кирцнер отверг сложившуюся традицию и перенес внимание на неравновесное состояние. «Я буду утверждать, что направление главного течения микроэкономической мысли по некоторым причинам должно быть признано неудачным…»14.

Кирцнера не удовлетворила теория предпринимательства Шумпетера: « … шумпетеровский предприниматель и предприниматель, о котором идет речь в данной книге, могут во многих отношениях быть признаны одним и тем же индивидом. Но есть очень важный аспект, в котором трактовка Шумпетера отличается от моей. Предприниматель

13 Кирцнер И. Конкуренция и предпринимательство / пер. с англ. М. ЮНИТИ-ДАНА, 2001. С. 32.

14 Там же. С. 3.

50

Шумпетера действует, чтобы нарушить существующее положение равновесия. Предпринимательская деятельность разрывает непрерывный кругооборот. Предприниматель представляется инициирующим изменение и генерирующим новые возможности. Хотя каждый взрыв предпринимательских нововведений в конце концов приводит к новой ситуации равновесия, предприниматель подается скорее как сила, нарушающаяравновесие, чем уравновешивающая. Экономическое развитие, которое Шумпетер делает абсолютно зависимым от предпринимательства, является отличным от процесса движения в направлении состояния равновесия… Предприниматель, на мой взгляд, взаимно согласует диссонирующие элементы, ставшие следствием предшествующей рыночной неосведомленности»15. Однако Кирцнер согласен с главной идеей Шумпетера: инновационной природой предпринимательства.

Новаторская деятельность предпринимателя по Кирцнеру фактически сводится к арбитражным сделкам: предприниматель это тот человек, который покупает товар по низкой цене, а продает его в другом месте или в другое время по более дорогой. Предпринимателем является также и производитель, играющий на разнице цен ресурсов и продукции. Когда из-за конкуренции цены выравниваются возможность прибыльных и непредсказуемых сделок исчезает. Здесь следует отметить, и необходим, по нашему мнению, шумпетеровский предприниматель.

Отдельным направлением теории предпринимательства стало изучение рисков в деятельности предпринимателя. Идею Р. Кан-тильона о рисковой природе предпринимательской деятельности развил в середине XIX в. уже упоминавшийся немецкий экономист Тюнен, который связал предпринимательскую деятельность не только с предсказуемым (страхуемым) риском, но и с непредсказуемыми обстоятельствами.

Природа риска и его связь с неопределенностью и прибылью была раскрыта американским экономистом Ф.Х. Найтом (1885-1972), основателем Чикагской школы экономической теории. Найт развил идею Тюнена об исчисляемом и неисчисляемом риске. Если первый он так и назвал риском, то второй назвал неопределенностью. Найт предложил убедительную и ставшую общепринятой классификацию рисков. Прибыль предпринимателя по Найту является «остаточной», т. к. в его распоряжении остается прибыль за вычетом расходов на ресурсы. Расходы на ресурсы имеют авансовый характер и конечная рыночная цена продукта неизвестна — именно это определяет неопределенный непредсказуемый риск. По нашему мнению, это вполне применимо к книжному рынку, особенно если учесть, что и спрос на новую книгу также непредсказуем.

15 Там же. С. 12.

51

В последнюю четверть XX в. в экономически развитых странах в связи с повышением роли наукоемкого бизнеса произошел «предпринимательский бум», выразившийся в значительном росте малых предприятий. Технология предпринимательской деятельности во многом зависит от условий внедрения инноваций. Возможны два типа условий:

• стартап, когда предприятие начинается «с нуля». Финансируется в основном заемными средствами;

• внутрифирменное предпринимательство (интрапренерство — сокращение от intracorporate entrepreneuship). Термин предложен в 1979 г. в статье Гиффорда и Элизабет Пин-чотов16. Финансируется в основном за счет собственных средств фирмы.

Исследования предпринимательства переместились в практическую область, прежде всего в менеджмент. Большое значение получили работы «отца» современного научного менеджмента Питера Друкера (1909-2006) и Майкла Портера (р. 1947 г.), автора хрестоматийных работ по стратегическому планированию, показавших значение предпринимательского инновационного менеджмента для поддержки конкурентоспособности фирмы. Друкер в своем определении предпринимательства подчеркнул инновационные черты предпринимателей: «они создают что-то новое, они изменяют или преобразуют стоимость». В планировании и управлении бизнеса, в том числе и книжного, получил признание сформулированный им принцип SMART (аббревиатура от слов Specific, Measurable, Agreed, Realistic, Time-related), согласно которому цель бизнеса должна быть конкретной, измеримой, реалистичной и ограниченной сроками. Друкер стал одним из первых теоретиков логистики как системы управления технологическим процессом.

Портер в своей книге «Международная конкуренция», объясняя разную конкурентоспособность различных отраслей и подотраслей той или иной страны на мировом рынке, пришел к выводу: высокого уровня международной конкурентоспособности достигают в стране отрасли, где есть возможность применить в организации и управлении фирм те национальные особенности страны, которые повышают их конкурентоспособность. В Италии, стране с сильными семейными связями и огромным культурным наследием, это отрасли с преобладанием мелкого, нестандартного и требующего художественного вкуса производства. В Германии, с ее высокой дисциплиной и отличным инженерным образованием, это высокотехнологичные отрасли с иерархически организованными фирмами и высокой дисциплиной производства. В Японии высококонкурентоспособны те отрасли, где требуется высокая коо-

16 Pinchot, Gifford&Pinchot, Elizabeth (Fall 1978) Intra-Corporate Entrepreneurs Tarrytown School for Entrepreneurs.

52

перация между всеми работниками, т. е. отвечающие такой яркой черте японского национального характера, как сплоченность.

Проанализировав более сотни отраслей и подотраслей десяти развитых стран мира, Портер пришел к выводу, что преуспевшие в международной конкуренции фирмы использовали такие элементы хозяйственной стратегии, как инновации, непрерывное улучшение своей организации, совершенствование своих конкурентных преимуществ, а также глобальный подход к хозяйственной стратегии.

В 1987 г. Нобелевская премия по экономике была присуждена профессору Массачусетского технологического института Роберту Солоу за работы, в которых он показал, что решающим фактором экономического роста является не капитал, а технический прогресс.

Усиление значения мощных корпораций поставило новые проблемы перед предпринимательством. Известный американский экономист Дж. Гэлбрайт (1906-2008) выдвинул тезис о том, что в крупных корпорациях власть по существу принадлежит не владельцам (акционерам, предпринимателям), а топ-менеджерам, главной целью которых является не максимизация прибыли, а повышение уровня заработной платы и бонусных выплат. По убеждению Гэлбрайта, такая «анонимная власть» ведет к бюрократизации управления и отказу от рискованных проектов.

Соотношение власти предпринимателя и администратора проанализировал профессор Гарвардской школы бизнеса Говард Х. Стивенсон. В 1983 г. в статье «Взгляд на предпринимательство» он отметил: «Предпринимательство — это наука управлять, суть которой мы можем сформулировать следующим образом: погоня за возможностями без оглядки на ресурсы, которые в данный момент находятся у нас под контролем». Он же сформулировал основные отличия предпринимательского подхода к управлению от административного.

Необходимость гибкости управления предпринимательской деятельностью и в частности бизнесом отличают предпринимательское управление от рутинного административно-командного управления. Принципиальные отличия сведены в нижеследующую таблицу17.

Предприниматель Ключевые характеристики бизнеса Администратор

Исходит из оценки возможностей Стратегия Исходит из имеющихся ресурсов

Кратковременные Обязательства Долговременные, мало подвержены изменениям

17 Howard H. Stevenson. «Why enntrapreneurship has won!». URL:www.unm.edu/~asalazar/…/e_won.pdf.

53

Предприниматель Ключевые характеристики бизнеса Администратор

Многостадийное с минимальной корректировкой на каждой стадии Развитие Одностадийное, стремление к полному выполнению проекта

Эпизодическое привлечение необходимых ресурсов Управление ресурсами Владение или наем ресурсов

Упрощенная, множество неформальных связей Структура управления Жесткая иерархическая

Основана на оценке, ориентирована на команду Система поощрения Основана на ресурсах, индивидуальная, ориентирована на карьерный рост

Стивенсон также проанализировал роль предпринимательства в современном обществе В статье «Почему победило предпринимательство» (2000) он сравнил предпринимательство с «интеллектуальной луковицей»: «Вы ее чистите слой за слоем и когда доходите до сердцевины, обнаруживаете, что в ней ничего нет, но вы уже плачете». Стивенсон подчеркнул, что для предпринимателя наиболее ценными ресурсами в современных условиях являются интеллектуальный капитал, человеческий капитал и общественный капитал в виде инфраструктуры и социальных норм. Особенно важную роль в современных условиях играет малый бизнес, обойденный академической наукой, но давший такие примеры, как Силиконовая долина, Кремниевая аллея и ряд других, ставших предметом зависти всего мира. Стивенсон, используя опыт современного бизнеса, сформулировал несколько условий его успешности:

1. Предпринимательство процветает в том обществе, в котором ресурсы наиболее мобильны.

2. Предпринимательство более успешно в том обществе, члены которого реинвестируют прибыль в проекты других членов общества.

3. Предпринимательство процветает в том обществе, члены которого больше радуются успеху другого, чем осмеивают его.

4. Предпринимательство больше развивается в том обществе, в котором изменения воспринимаются больше положительно, чем отрицательно18.

18 Howard H. Stevenson. «Why enntrapreneurship has won!». URL:www.unm.edu/~asalazar/…/e_won.pdf -, свободный. Дата обращения: 8 августа 2012.

54

Изучение истории экономической мысли показывает, что в понимании сущности предпринимательской деятельности сформировались следующие концепции:

• Концепция риска. Виднейшие представители: Р. Кантильон, И. Тюнен, Ф. Найт.

• Концепция факторов производства получила свое обоснование в трудах Ж.Б. Сэя и А. Маршалла.

• Концепция инновационной природы предпринимательства: Б. Кларк, Й. Шумпетер.

• Концепция арбитражных сделок И. Кирцнера.

• Концепция инновационного менеджмента. П. Друкер, Б. Карлофф, Б. Санто.

• П. Друкер ввел понятие «предпринимательского» управления, сформулировал необходимость инициирующей роли бизнес-планирования.

• Практика современного предпринимательства нашла отражение в классическом анализе М. Портера, посвященном конкуренции.

• Культурно-социологический подход был предложен В. Зом-бартом и М. Вебером, особо выделявших внутреннюю потребность в труде.

• Соотношение менеджерского и предпринимательского подходов к управлению. Дж. Гэлбрайт, Г. Х. Стивенсон.

• Внутрифирменное предпринимательство. Г. Пинчот, И. Пинчот.

55

4. Опыт развития западного предпринимательства. История экономики: конспект лекций

4. Опыт развития западного предпринимательства

В 1970—1990-е гг. происходили и происходят значимые изменения в жизни общества. По мнению специалистов, эти изменения характеризуются тремя направлениями:

1) изменениями самой эпохи;

2) сдвигами, происходящими в экономической среде;

3) появлением новых социальных структур и новыми особенностями управления обществом связанные с ними.

В этот период нарастает мировой процесс интернационализации хозяйственной жизни, способствующей усилению специализации, международного разделения труда, ускорению экономического развития, повышению качества уровня жизни. Возникают новые потребности и методы их удовлетворения.

Одновременно этот процесс несет с собой и опасности большой нивелировки, усреднения жизненных принципов. Очень остро такие противоречия проявляются в области культуры.

Поэтому наравне с интернационализацией наш мир представляет национальные движения как в развивающихся, так и в развитых странах мира. В нашей же стране национальная проблема привела к окончательному краху «имперской» системы и не сегодняшний день угрожает единству России.

Предприятия, испытывающие воздействие растущей интернационализации, несут в себе и методы решения этих острых проблем. По опыту Запада, именно предприятия представляют собой основу развивающегося единого экономического пространства. В них человечество может найти эффективный способ решения многих глобальных вопросов современности.

Иным фактором кардинально меняющим общий облик мира и прежде всего экономическую среду, является научно-техническая революция (НТР).

Прорывы в технике и способах производства относятся к экономической истории человечества. В условиях современности они быстро ускоряются и вносят в экономику Запада качественные изменения. На сегодняшний момент совершается переход от промышленного общества, которое возникло в ходе переворотов XVIII–XIX века, к новому информационному типу общества. В связи с этим значительно меняются соотношения между производством продукта и знанием, роль различных фаз общественного воспроизводства, характер труда, структура производства, его управление и многое иное.

Примером явлений НТР, которые приводят к значимым модификациям социально-экономического фундамента современного общества на Западе, может быть интенсивный отток работников в сектор услуг из отраслей материального производства. Так, в Швеции, Великобритании, Нидерландах, Франции число работников сферы услуг в общей численности населения уже к концу 1980-х гг. превысило 60 %, в США – 72 %. Тенденция перехода в сферу обслуживания сохранялось в 90-е гг. и очевидно, будет продолжаться и в будущем. Например, в США ожидалось, что к 2000 г. доля работников в промышленной сфере экономики снизится до 11 %, а к 2030 г. – до 3 %. Во Франции в 2000 г. общее число самодеятельного населения будет приходиться на долю сферы услуг примерно 73 % работников.

Другим фактом, связанным с НТР, является усиление роли предприятий, которое способствует изменению их структуры, создает необходимость появление нового типа предпринимателя, которое ориентируется в современных потребностях общества, обладает новыми знаниями и отвечает требованиям, предъявляемым в настоящее время обществом к участникам экономического процесса.

Под влиянием происходящей в мире глобализации, а также сдвигов, порождаемых НТР, развивается социализация западного общества. Доля стоимости, производимой в хозяйстве, перераспределяется с помощью разных механизмов на потребности общества в целом или по отдельным категориям населения.

Эта тенденция хорошо видна на уровне предприятий. На сегодняшний день предприятию уже мало иметь только четко организованную финансовую, технологическую и инвестиционную политику. В современных условиях без социальной политики ни одно предприятие не может успешно существовать и функционировать. Опыт показывает, что отсутствие социальной политики пагубно сказывается на предприятии.

НТР открыла много новых возможностей для деловых начинаний, но одновременно с этим обостряется борьба конкурентов, изменяется культурная среда в связи с ростом уровня образования и подготовки кадров, появляются новые профессии, качественной эволюцией ценностей в современном обществе.

Основные изменения, которые происходят в западном движении предпринимательства под влиянием нижеперечисленных факторов.

1. Главным из многих изменений является своеобразный бум предпринимательства, продолжающийся уже несколько десятилетий. Нынешняя волна предпринимательства, в первую очередь, охватившая США, распространилась на Западную Европу, Японию и на прочие новые индустриальные страны. Это говорит о том, что в основе указанной тенденции лежат не только черты, присущие одной стране, а совокупность объективных факторов развития экономики цивилизованного общества.

Примером могут быть такие страны, как США, Италия, ФРГ, Франция и некоторые другие.

В США из 18 млн поставленных на учет предприятий всех типов (за исключением сельскохозяйственных) свыше 13 млн образовались в последние десятилетия. В США в течение последнего десятилетия каждый год возникало по 600 тыс. новых организаций, из которых примерно 2/3 реально осуществляли значимые операции.

Во Франции в 1952 г. число предприятий, действующих в строительстве, промышленности и общественных работах, равнялось 554,4 тыс., ачерез 20 лет оно увеличилось до 1461,1 тыс. Особенно быстрые темпы создания новых предприятий были в 1980-е гг.

Примерно такая же динамика была в последние годы и в Англии, Италии, ФРГ и в иных странах. Основным показателем увеличения предпринимательского движения является рост числа миллионеров.

Кпримеру, в 1990-е годы в США насчитывалось свыше 2 млн миллионеров.

2. 1970—1990-е гг. были временем стремительного роста и увеличению мощи крупных промыпшенных объединений, имеющих за рубежом дочерние предприятия.

В 1990-е гг. по данным ООН транснациональных корпораций (ТНК) было более 13 тыс. В настоящее время они играют важную роль в большинстве промышленных сфер производства. В начале 1990-х гг. на долю предприятий ТНК приходилось примерно половина стоимости ВНП Запада.

Они производят около 50 % товарного экспорта и 90 % экспорта капиталов стран Запада.

В 1980-е гг. ТНК продолжали расширять сферу деятельности, завоевывая все новые отрасли мировой экономики – страховые и банковские операции, прочие секторы кредитной системы, сферу услуг, туризм.

Крупные ТНК возникали не только на Западе и Японии, но и в таких странах, как Австралия, Канада, в Республике Корея и в прочих «новых индустриальных странах». Все эти страны стремительно образовывают сеть своих филиалов по всему миру (также и в России).

3. В начале 1980-х гг. получает развитие новая организационная структура, основание которой составляют промышленные банки и концерны. Растет объем капиталов, которые контролируются ведущими промышленно-финансовыми группами («руководящим ядром» сегодняшней экономики Запада).

4. Средние и мелкие предприятия, которые в прошлом часто в пользу идеологизированной схеме о преобладании монополий – объявлялись ликвидированными, в жизни показали устойчивость и живучесть. Вместо ожидаемого исчезновения малых фирм в результате роста ТНК на Западе и интеграционных процессов наблюдается громадный предпринимательский бум.

А ведь его основа представляет ренессанс мелкого и среднего предпринимательства.

Большинство средних и мелких фирм во всех западных странах являются единоличными владениями. Они находятся в собственности отдельных индивидуальных предпринимателей или их семей.

В США из 18 млн фирм 99 % являются формой малого бизнеса. По американской статистике, к нему принадлежат фирмы с общим числом рабочих до 500 человек, в том числе предприятия мелкого бизнеса с количеством работающих до 20 человек.

Используемые в различных странах критерии средних и мелких предприятий отличаются друг от друга. Например, в Англии мелкими являются фирмы с численностью менее 200 занятых, а в строительных фирмах – не более 25 занятых.

Существенным показателем значения среднего и мелкого семейного бизнеса является его роль в народном хозяйстве. Поэтому около 40 % ВНП США составляет доля малого бизнеса. В ФРГ, с числом действующих 2,1 млн мелких и средних фирм, на которые приходятся 2/3 ВВП, в них заняты 2/3 всех рабочих в хозяйстве страны. На 1 января 1987 г. по официальным данным во Франции на средних и мелких предприятиях трудились 52,4 % всех работающих в промышленности, 81,4 % занятых в сельском хозяйстве и строительстве, 78,2 % – в торговле, 28,6 % – на транспорте, 13,7 % – в сфере финансовых услуг. В общей сложности на средних и мелких французских фирмах работало около 11,5 млн человек.

Доля их инвестиций равнялась 48 %, в торговом обороте – 60,2 %, в экспорте – 49,6 %.

Естественно, возникает вопрос: почему, несмотря на увеличение гигантских транснациональных фирм, сохраняется такое большое значение мелкого и среднего предпринимательства?

Причем «секретов», разумеется, несколько. Специалисты считают, что наиболее значительную роль имеет «созидательная концепция», находившаяся в основе семейного дела и в целом мелкого бизнеса. Он станет «долгожителем», по мнению специалистов, в случае, если мелкие предприятия обеспечат выпуск продукции высокого качества.

Еще один «секрет» состоит в уважении к людям – как со стороны персонала предприятия, так и со стороны потребителей его продукции. По мнению предпринимателей, залогом успеха является постоянный диалог с людьми, изучение потребностей, стремлении максимально удовлетворить их.

Большое значение имеет широкое развитие специализации. На основе специализации мелкий бизнес находит на рынке свою «нишу».

Во всех странах мелкий бизнес в определенной мере ограничивает остроту проблемы безработицы. И в этом состоит главный элемент опыта Запада, который нужно использовать.

Например, только в США за период 1980-х – начала 1990-х гг. предприятия с численностью рабочих менее 20 человек образовали 60 % новых рабочих мест, в основном в сфере услуг. За это время малые фирмы обеспечили работой 25 млн человек, в это время крупные корпорации уменьшили число рабочих почти на 3 млн человек.

Непременным условием специализации является техническая модернизация мелких предприятий.

Мелкий бизнес выступает в качестве пионера на осуществление разработки новой технологии – «технологии информации».

Западный опыт показывает, что мелкий бизнес является очень эффективной экономической формой управления, а также проверки эффективного развития любых инноваций.

Большая гибкость, скорость реакции на изменение рыночных условий, отсутствие твердой регламентации научного поиска и работы производства, обширные возможности личной инициативы и разумный риск – таковы, по мнению специалистов, совокупные методы успеха малых предприятий.

Таким образом, предприниматель мелкого бизнеса является неким символом всего предпринимательства, получившего на Западе особое значение во всех сферах жизни социальной экономики. На Западе отлично понимают будущее развитие общества, зависящие во многом от подготовки кадров средних и мелких фирм. В последние годы этому уделяется большое внимание. Созданы сотни специальных центров и школ, готовящих предпринимательские кадры. Издается разнообразная учебная и научная литература.

Рассмотрим некоторые виды предприятий и правовую структуру западных стран.

В предпринимательском праве Запада существует две основополагающие группы предприятий – партнерские и единоличные. Каждая из них имеет конкретные различные правовые формы. Так, единоличные предприятия часто существуют в виде «простых обществ». В принципе, это переходные формы по типу партнерских предприятий. Существует две основные группы партнерских предприятий: объединения капиталов (компании) и объединения лиц (товарищества). Кооперативные предприятия обычно выделяют в отдельную группу, получившие широкое распространение в ряде стран Запада.

На Западе по правовой структуре предприятия подразделяют на кооперативные, единоличные («простые общества») и партнерские (товарищества и компании).

На Западе в любом хозяйствовании первичной фирмой считаются единоличные предприятия. В их состав входит большинство действующих предприятий. К примеру, в США в начале 1990-х гг. из 18 млн зарегистрированных сельскохозяйственных предприятий 10 млн были единоличными владениями и 4,5 млн – корпорациями и партнерскими фирмами, с применением наемного труда.

Чистая форма товарищества (объединения лиц) имеет различные правовые формы. Как в дореволюционной России, так и в современной Европе Запада очень распространены коммандитные товарищества и открытие торговых и полных товариществ.

В открытых торговых и полных товариществ их члены несут неограниченную, солидарную и личную ответственность, т. е. они отвечают всем своим личным имуществом, покрывая долги товарищества. Когда лица вступают в уже существующее общество, они также наряду со старыми членами общества несут ответственность по всем обязательствам, даже за те которые возникли до их вступление в общество. В случае выхода одного из членов общества, за ним закрепляется неограниченная ответственность за все задолженности, которые возникли при его членстве в обществе, на срок пять последующих лет. Такая практика существует в ФРГ, Швейцарии, Австрии и ряда прочих стран.

В коммандитных товариществах другой принцип ответственности. У них ответственность разделяется между двумя членскими группами. Некая их часть, как и в открытом торговом товариществе, отвечает по долгам общества всем своим имуществом. А вторая часть отвечает лишь в рамках своего вклада в уставной капитал.

В связи с появлением новых форм организации предпринимательской деятельности в XX в. часть коммандитных товариществ начали превращаться в акционерные компании.

В XX в. (особенно в последние десятилетия) среди таких новых форм в странах Западной Европы весьма характерны две формы – акционерные общества и общества с ограниченной ответственностью. Под кооперативом, который выделяли на Западе в отдельную группу, обычно понимается деятельность общество, которая направлена в основном не на получение прибыли, а на содействия и оказание помощи членам общества.

На практике большинство западных кооперативов на сегодняшний день стали крупными высокодоходными предприятиями, играющие главную роль в ряде секторов народного хозяйства.

Разнообразие организационных и правовых и форм предприятий говорят о плюрализме западного предпринимательства. В тот же период такой плюрализм включает в себя и плюрализм форм собственности.

Сейчас реально существуют следующие формы собственности: государственная, коллективная (групповая, в том числе и кооперативная) и частичная. Важное и ведущее место занимает форма частной собственности. Об этом свидетельствует важная роль единоличных предприятий. Она, можно сказать, является классическая форма частной собственности. В область частной собственности включаются также некоторые объединения лиц и многие компании, например, общества с ограниченной ответственностью.

Значительное количество акционерных компаний следует отнести к форме групповой, коллективной собственности. К ней можно отнести и ряд кооперативов, а также большинство предприятий, принадлежащих муниципалитетам.

Издавна государственная собственность имела важнейшее место в значительной жизни Запада. Однако в этой сфере в последнее время осуществляются значительные изменения, связанные с приватизацией западной экономики – уменьшается часть государственного сектора.

В тот же период роль государства как средства, которые создают для бизнеса благоприятные условия, стала возрастать. На Западе государство выступает в качестве инвестора, координатора всей экономической активности, организатора научных исследований.

Остановимся на характеристике отдельных особенностей западного предпринимателя. Их учет имеет важное значение при создании нового российского предпринимательства.

В условиях увеличивающейся конкуренции для предпринимателей как руководителей и организаторов производства растет значение управления «человеческими реформами».

Западными предпринимателями формируется «новая глобальная стратегия», целью которой является повышение материальной и моральной заинтересованности работника, привлечение его к активному участию в управлении производством, повышение мотивации к труду и степени удовлетворенности его результатами. В этой сфере опыт японских предпринимателей получил огромную известность.

В последние годы главное место в деятельности многих компаний Японии принадлежит специфической системе организации труда рабочих с названием «кружки контроля качества». В конце 1962 г. были созданы первые такие кружки на предприятиях и крупных машиностроительных компаний. Кружком является группа состоящая обычно из 8—10 человек, занимающаяся непосредственно на рабочем месте. Главные задачи кружка состоят в обучении членов общества, в поиске, изучении и решении практических задач. Кружок создается на основе принципа полной добровольности.

Группа человек в кружках при работе совместно с управляющими и специалистами участвует в решении производственных проблем, на практике осуществляя менеджмент, основанный на участии. Пропаганда кружков качества заключается в реальном воплощении широко действующего в нынешней Японии лозунга: «каждый занятый – управляющий».

С уверенностью можно сказать, что за последние два десятилетия резкое расширение позиций Японии на мировом рынке в большей степени получено за счет активного применения кружков качества, свидетельствующее об ускорении процесса развития производства, разработка и практическое внедрение прогрессивных инновационных технологий, увеличении производительности труда, повышении качества производимой продукции. Увеличилась материальная и моральная заинтересованность участников производства в итогах своей деятельности.

Значительные формы в Финляндии приобрела политика управления предпринимателей «человеческими ресурсами». Лозунгом патроната страны стал: «антропоцентрическая рыночная экономика», т. е. рыночного хозяйства, где центральное место занимает человек. На сегодняшний день главным для представителей финского патроната является достижение «освоения человеческого фактора», так как в современных условиях предпринимательская деятельность основывается в большей степени на капитале, находящийся в человеческом мозге, чем в традиционном капитале. Поэтому работающих привлекают к максимальному участию в деятельности фирм, выдвижению своих идеи, а руководство фирм – к созданию стимулов и вознаграждений, поддержании духовного роста и отношению «человек-человек» вместо отношений «человек-машина».

Маркетинг на сегодняшний день является популярным направлением предпринимательской деятельности на Западе.

«Интересы клиента превыше всего» – это одна из главных аксиом западного предпринимательского хозяйствования. Однако ориентация на потребителя не появляется сама по себе даже в рыночных условиях. Она будет реально действующим принципом только на фоне продуманной деловой стратегии, осуществляющих организационно-управленческих методов и концепций. Их общее количество является маркетингом, который представляет собой ключевую проблему предпринимательства Запада. Удовлетворение потребностей клиента – залог успеха. В противном случае предприятие ждет банкротство.

В условиях экономики рынка выживает только производитель, который может продлить нужды потребителя. Следовательно, основа маркетинга – изучение потребностей людей, их эволюции, способы удовлетворения новых нужд, закономерностей формирования, разработка определенных программ производственно-коммерческой деятельности.

Этики бизнеса основана на честности и порядочности в деловых отношениях. Государство способствует утверждению этих принципов. К примеру, в США были законы и некоторые акты, регулирующие отношения граждан и предпринимателей.

Важную роль в разработке и осуществлении норм этики имеют сами предприятия и их объединения.

Многие предприятия разрабатывают свои этические кодексы. Разработаны и действуют так называемые «исковые», или отраслевые, кодексы, на основе которых, отраслевые фирмы следуют одинаковым этическим нормам.

Также западному бизнесу присущи и недостатки.

За последние 10–20 лет растет коррупция, как в сфере государственного, так и в мире частного бизнеса. В странах Запада ведется коррупционная борьба, с активным участием предпринимателей и их организаций.

Изучая историю российского предпринимательства, была выявлена такая черта, как интенсивное участие в разнообразной благотворительной деятельности, которая стала традицией предпринимателей в России.

Такая традиция наблюдается и у предпринимателей Запада. Например, во Франции существует общенациональная Ассоциация развития меценатства промышленников и коммерсантов. Ее расходы на поддержку культуры в 1985 г. были выше 350 млн франков.

Распространено меценатство и в США. В 1989 г. на основе печатной оценки объем филантропических даров в США превысил 4,75 млрд долларов, что превышает совокупную сумму расходов 1989 г. во всех иных странах Запада. В США, наверно, не существует ни одного университета, в финансировании которого не участвовал бы в той или иной форме какой-нибудь состоятельный предприниматель.

Для предпринимателей Великобритании, по данным английских авторов, основным направлением спонсорской деятельности является спорт. На его долю приходится 90 % всех филантропических даров.

Рассмотрим национальную специфику западного предпринимательства в четырех странах – США, Японии, Нидерландах и Франции.

В США четко прослеживаются особенности предпринимательства, где оно достигло неких «классических» параметров. Опыт США распространился на другие страны мира.

Предпринимательский статус США, общественные представления о нем, оценка его действий являются высокой престижностью бизнеса, уважения к нему абсолютным авторитетом деятельного и активного человека, умеющего зарабатывать. Бизнесмен в США – доходная и престижная профессия, желаемая большинству новорожденных. Достичь экономического успеха, иметь состояние, укрепить свою независимость и самостоятельность – таково краткое изложение «американской мечты», вдохновлявшей американских предпринимателей. Культ богатства получил в стране крайне обширное распространение.

Во Франции социально-психологическая атмосфера имеет существенные отличия от американской.

Французские предприниматели так же стремится к большому получению денег, как и американцы, но они не афишируют свою деятельность, не превращают ее в так называемый культ богатства. Ограничивающей чертой является представление о чести сословия.

У предпринимателей Нидерландов своя философия бизнеса. В фирмах этой страны, как и в нидерландском обществе, неприемлем сам принцип какого-либо формального или неформального давления.

Престижность предприятий, способы их действий основаны на правилах консенсуса между всеми участниками процесса экономики и общественной жизни. В обществе приветствуется объективное, внимательное, уважительное отношение к полученным соглашениям. Здесь не применяются санкции, которым подвергаются нарушители соглашений в США.

В Японии, по исследованиям специалистов, имеются значительные отличия от американского или западногерманского опыта. Для Европы характерны индивидуализм, «консюмеризм» и парламентская демократия. Стратегий в экономике здесь является «воля потребителя» и «право на прибыль предпринимателя».

А в Японии действия их предпринимателей осуществляются не с помощью гонки за личным обогащением, а с помощью призывов бороться против «опасности для японской нации» или лозунга единства всего японского, прославления дисциплины, «чувства иерархии».

Издавна человек в Японии не был наделен суверенными правами. Основным принципом было осознание каждым человеком своего места в ячейке общества – семье, производстве, фирме, государстве. Коллективные интересы всегда ставились и ставятся выше личных.

Но в то же время коллектив, фирма, производство, государство принимают в жизни каждого отдельного человеческого индивида весьма активное участие.

В связи с этим японский менеджмент направлен на максимальное развитие способностей человека, на эффективное их использование, на мотивацию у персонала потребностей непрерывно учиться и на побуждение желаний применять полученные знания на производственной практике.

При характеристике методов и тактики японских предпринимателей, обратим внимание на такое явление, как некая «тойотизация Запада». «Тойота» – крупная компания Японии, которая успешно конкурирует на внутреннем рынке США с американскими автомобильными гигантами.

«Тойотизация» в узком смысле означает использование бригадной организации труда, которая увеличивает ответственность каждого работника и его совместную эффективность, внедрением безукоризненной, жесткой и точной системы поставок предприятия всем необходимым и сбыта его продукции, делающей складское хозяйство излишним, а также резко сокращает потери всего производства за счет личных усилий его участников.

«Тойотизация» в широком смысле – это совокупность средств и направлений деятельности всех японских фирм, использование которых приводит к «японизации» мира. Существует масса примеров экспансии предпринимателей Японии.

Существуют примеры другого характера, на которые полезно обратить внимание российским предпринимателям.

Первый пример связан с учебой японских предпринимателей. Сегодняшние Японцы самые прилежные и активные ученики в американских школах бизнеса. Среди иностранных студентов они вышли на лидирующее место во всех школах бизнеса в США. За пятилетие 1988–1992 гг. число японских граждан, получивших после окончания бизнес школы звание делового магистра, увеличилось в три раза. Главная цель обучения в США – это способность хорошо знать своего конкурента.

Второй пример – деятельность японских предпринимателей связанная с благотворительностью, в последние годы переживает бурный рост. В 1989 г. соответствующие расходы фирм Японии достигли около 1 млрд долларов. В 1990 г. был создан клуб «одного процента», т. е. компаний, которые до уплаты налогов на филантропические расходы выделяют не менее 1 % своей прибыли. У «Тойоты» 1 % равнялся в 1991 г. 540 млн долларов.

Сейчас не только США и Япония, но даже такие страны, как ФРГ, уделяют большое внимание профессиональной подготовке персонала предпринимателей, технического состава и рабочих, глубокому внедрению современного менеджмента и исследованиям сегментации рынков с помощью маркетинга.

В последние десятилетия в развитии западного предпринимательства произошли качественные сдвиги – это рост значения предпринимательства в решении наиболее значимых проблем своих стран. Таким образом, российскому предпринимательству, только начавшему свое зарождение в новых социально-экономических условиях, есть чему поучиться у своих западных коллег предпринимательской деятельности.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Ложные идеи о вакцинации — Официальный сайт Администрации Санкт‑Петербурга

По материалам ВОЗ

Успешные программы вакцинации, как и успешные общества, опираются на сотрудничество каждого человека в обеспечении всеобщего блага. Большое значение при этом имеют наши знания, поэтому мы предлагаем вам познакомиться с основными распространенными ложными утверждениями и сделать свои собственные выводы.

Ложная идея 1: С ростом уровня гигиены и санитарии болезни исчезнут — в вакцинах нет необходимости. ЭТО НЕВЕРНО!

Болезни, против которых может проводиться вакцинация, появятся вновь, если программы вакцинации будут прекращены. Хотя улучшение гигиены, мытье рук и чистая вода помогают защитить людей от инфекционных болезней, многие инфекции могут распространяться независимо от степени нашей чистоплотности. Если население не вакцинировано, то болезни, ставшие редкими, например, полиомиелит и корь, быстро появятся вновь.

Ложная идея 2: Вакцины вызывают ряд вредных и долгосрочных побочных эффектов, которые еще не известны. Вакцинация даже может быть смертельной. ЭТО НЕВЕРНО!

Вакцины безопасны. В большинстве случаев вакцина вызывает незначительную и временную реакцию, например, незначительное повышение температуры. Серьезные побочные эффекты чрезвычайно редки и тщательно отслеживаются и расследуются. У вас значительно больший шанс получить серьезные последствия в результате предотвращаемого вакциной заболевания, нежели от самой вакцины. Например, в случае полиомиелита болезнь может вызвать паралич, корь может привести к слепоте, а некоторые предотвращаемые с помощью вакцин болезни могут даже повлечь летальный исход. Поэтому, хотя любой серьезный ущерб или смерть от вакцин неприемлемы, блага вакцинации значительно перевешивают риск, и без вакцин будет больше случаев заболеваний, инвалидности и смерти.

Ложная идея 3: Вакцины вызывают синдром внезапной смерти грудного ребенка (СВСМ). ЭТО НЕВЕРНО!

Не существует причинной связи между введением вакцин и внезапной смертью младенцев, однако ряд вакцин, а именно ассоциированная вакцина против дифтерита, коклюша и столбняка и вакцина против полиомиелита, применяется до года – то есть в тот период, когда дети могут подвергнуться СВСМ. Иными словами, смерть в результате СВСМ совпадает с вакцинацией и произошла бы и в отсутствие вакцинации. Важно помнить, что эти четыре болезни угрожают жизни и что не вакцинированные против них младенцы подвергаются серьезному риску смерти или серьезной инвалидности.

Ложная идея 4: Предотвращаемые с помощью вакцин болезни почти ликвидированы в моей стране, поэтому нет оснований подвергаться вакцинации. ЭТО НЕВЕРНО!

Хотя предотвращаемые с помощью вакцин болезни стали редкостью во многих странах, вызывающие их возбудители инфекции продолжают циркулировать в некоторых частях света. В крайне взаимосвязанном мире эти возбудители могут пересекать границы и заражать любого незащищенного человека. Например, в Западной Европе после 2005 года вспышки кори были зафиксированы среди невакцинированных групп населения в Австрии, Бельгии, Дании, Франции, Германии, Италии, Испании, Швейцарии и Соединенном Королевстве.

Ложная идея 5: Предотвращаемые с помощью вакцин детские болезни являются досадной реалией жизни, и ими лучше переболеть в детстве. ЭТО НЕВЕРНО!

Предотвращаемые с помощью вакцин болезни не должны быть «реалиями жизни». Такие болезни, как корь, свинка и краснуха, являются серьезными и могут вызвать серьезные осложнения у детей и взрослых, в том числе пневмонию, энцефалит, слепоту, диарею, ушные инфекции, синдром врожденной краснухи (если женщина заражается краснухой в начале беременности) и смерть. Все эти болезни и страдания можно предотвратить с помощь вакцин. Без прививок против этих болезней дети оказываются более уязвимыми.

Ложная идея 6: Одновременное введение ребенку более одной вакцины может повысить риск пагубных побочных последствий, которые могут перегрузить иммунную систему ребенка. ЭТО НЕВЕРНО!

Согласно научным данным, одновременное введение нескольких вакцин не имеет неблагоприятных последствий для иммунной системы ребенка. Дети ежедневно подвергаются воздействию нескольких сотен инородных веществ, которые вызывают иммунную реакцию. В результате простого акта приема пищи в тело поступают антигены, а в полости рта и носа живут многочисленные бактерии. Ребенок подвергается воздействию значительно большего числа антигенов в результате простуды или ангины, чем от вакцин. Основными преимуществами введения сразу нескольких вакцин является сокращение числа посещений поликлиники, что экономит время и деньги, и рост вероятности того, что детям будут сделаны рекомендуемые прививки с соблюдением графика. Кроме того, возможность проводить ассоциированную вакцинацию, например, против кори, свинки и краснухи, означает сокращение числа инъекций.

Ложная идея 7: Грипп — это всего лишь неприятная болезнь, и вакцина не очень эффективна. ЭТО НЕВЕРНО!

Грипп — это нечто значительно большее, чем неприятная болезнь. Это серьезное заболевание, которое ежегодно уносит 300-500 тысяч человеческих жизней во всем мире. Беременные женщины, дети младшего возраста, престарелые со слабым здоровьем и любой человек с какой-либо патологией, например, астмой или болезнью сердца, подвергаются большему риску тяжелой инфекции и смерти. Дополнительным положительным эффектом вакцинации беременных женщин является защита новорожденных (в настоящее время не существует вакцины для младенцев, не достигших 6 месяцев). Большинство противогриппозных вакцин обеспечивают иммунитет против трех наиболее распространенных штаммов, циркулирующих в любой данный сезон. Это наилучший способ сократить шанс заболеть тяжелым гриппом или заразить им других людей.

Ложная идея 8: Лучше получить иммунитет в результате болезни, чем вакцинации. ЭТО НЕВЕРНО!

Вакцины взаимодействуют с иммунной системой, вызывая иммунную реакцию, сходную с иммунной реакцией на естественную инфекцию, однако они не вызывают болезнь или не подвергают вакцинированного риску потенциальных осложнений. В отличие от этого, за получение иммунитета в результате естественной инфекции, возможно, придется заплатить умственной отсталостью, вызванной гемофилическим гриппом типа b (Hib), врожденными дефектами вследствие краснухи, раком печени от вируса гепатита В или смертью от кори.

Ложная идея 9: Вакцины содержат опасную для здоровья ртуть. ЭТО НЕВЕРНО!

Тиомерсал является органическим веществом, содержащим ртуть, которое добавляют в некоторые вакцины в качестве консерванта. Это самый распространенный консервант, используемый в вакцинах, поставляемых во флаконах на несколько доз. Не существует данных, указывающих на риск для здоровья того количества тиомерсала, которое используется в вакцинах.

Ложная идея 10: Вакцины вызывают аутизм. ЭТО НЕВЕРНО!

В исследовании 1998 года, где высказывалась обеспокоенность по поводу возможной связи между вакциной против кори-свинки-краснухи (КСК) и аутизмом, впоследствии были выявлены серьезные изъяны, и оно было отозвано журналом, который его опубликовал. К сожалению, его появление породило панику, повлекшую сокращение показателей иммунизации и последующие вспышки этих болезней. Данные, подтверждающие наличие связи между вакциной против КСК и аутизмом или аутистическими нарушениями, отсутствуют.

 

Отдел здравоохранения Адмиралтейского района приглашает всех жителей поддержать многолетний опыт проведения Недели иммунизации: позаботиться о своем здоровье и здоровье своих детей.

Прививочные кабинеты поликлинических отделений ждут вас для проведения профилактических прививок. Позвоните в регистратуру своей поликлиники и узнайте, как защитить себя и своих близких от инфекционных заболеваний!

Как начать свое дело в креативных индустриях — инсайты творческих предпринимателей

2021 год объявлен ООН Международным годом креативной экономики в целях устойчивого развития. Россия не отстает от глобальной повестки: пришло понимание, что креативные индустрии способны диверсифицировать экономику, увеличить долю экспорта в ВВП страны, повысить ее инвестиционный потенциал и туристическую привлекательность. 

Согласно отчету «Креативная экономика городов России» доля креативных индустрий в экономике некоторых крупных городов России сопоставима с показателями мегаполисов Западной Европы. Так, в Москве она составила 19%, а в Санкт-Петербурге — 12%. 

Под креативными индустриями подразумеваются все те сектора экономики, в которых добавленная стоимость формируется за счет творческой деятельности и управления правами на интеллектуальную собственность. Это арт и фотография, мода, дизайн, реклама и маркетинг, архитектура, кино, музыка и исполнительское искусство, креативное образование, ювелирное дело, компьютерные игры и IT, медиа и издательская деятельность. 

На мой взгляд, очень часто у креативных предпринимателей есть идея и даже план проекта, но не хватает стартового бюджета на его полноценную реализацию и продвижение. В этом случае я бы рекомендовала попробовать получить грантовую поддержку. 

Где ее найти? Нужно мониторить открытые информационные ресурсы, такие как Telegram-канал «Капитан Грантов», агрегатор грантов в сфере культуры «Гранты. Культура России». Если же планируется организация кросс-культурного проекта, например, музыкального фестиваля, арт-резиденции или конференции с участием иностранных спикеров, то есть повод посмотреть по сторонам и подать заявку на грант, например, от отдела культуры и образования Посольства Великобритании в Москве или Швейцарского совета по культуре Про Гельвеция. 

 

Ольга Кизина, креативный продюсер и консультант по творческому предпринимательству, организатор и куратор Международного конкурса творческих предпринимателей Creative Business Cup в России, соавтор и продюсер онлайн-курса «Конструктор идей в творческих индустриях» 


Сегодня все большую актуальность в Европе приобретают инновационные проекты на стыке культуры, творческих индустрий и других секторов экономики, скажем, здравоохранения или автомобилестроения. Чтобы двигаться вперед, предприниматели должны регулярно заглядывать к соседям и придумывать новые форматы коллабораций. С чего можно начать? Составить список из 10-20 тем (отраслей, трендов), неблизких тому, чем занимается творческий предприниматель.

К каждой теме придумать одну идею по формуле: сфера моего бизнеса + другая  сфера = новый продукт/услуга (пример: парфюмерия + мультипликация = новая коллекция ассоциативных ароматов, вдохновленных известными мультфильмами). Записывать все, что приходит в голову, даже самые неожиданные решения. Что-то из этого уйдет в стол, а что-то может вдохновить на новый проект.

 

Евгений Аринин, выпускник БВШД, лауреат международных и российских премий в области дизайна, арт-директор и основатель дизайн-ателье ARINÉ ATELÍER


Стартовый капитал для креативного бизнеса формируется прямо пропорционально уровню ваших амбиций и желаний. Для кого-то будет достаточным осуществить регистрацию, создать сайт, оплатить ПО, и, как говорится, поехали. 

Другим принципиально будет иметь свой офис, штат сотрудников и мерч. Для себя я выбрал нечто среднее: у нас нет офиса, но есть большое количество брендированной продукции, а в ближайшее время я планирую перезапустить сайт. 

Что касается доходности, то я всегда ставлю цель увеличивать доходность до двух раз в год.

 

Дарья Ядерная, генеральный директор международной консалтинговой компании в индустрии моды Y Consulting, бизнес-тренер, куратор программ бакалавриата БВШД по направлению бизнес и маркетинг


Стройте нетворкинг. Творческая среда — это прежде всего комьюнити. Ваши поставщики материалов, визуальных концепций, ваши потенциальные покупатели, арт-галереи, продюсеры, радио, концертные залы, магазины одежды, лидеры мнения, критики, активное сообщество — все эти люди могут стать решающим фактором вашего успеха. 

Мы живем в среде, полной информационного шума, в которой даже талантливому художнику трудно прославиться, и в этом смысле правильные связи дадут вам то самое право быть услышанным и показать наш продукт миру. Посещайте тематические мероприятия, отраслевые выставки, деловые и творческие встречи в вашем городе, знакомьтесь и рассказывайте о себе везде, где только можно — это обязательно принесет плоды.

А еще не распыляйтесь на множество гипотез сразу: потеря фокуса приводит к тому, что мы делаем все и толком ничего. Тестируйте целевую аудиторию за целевой аудиторией, продукт за продуктом, рынок за рынком. Будьте конкретны и последовательны, собирайте всю возможную обратную связь для принятия решения. 

Если делать три дела сразу, можно упустить что-то важное или отказаться от идеи из-за недостаточности данных, а не потому что гипотеза действительно не работает. 

 

Анна Черемушкина и Алиса Лапычева, fashion-дизайнеры, лекторы Britanka Degree Show 2021 


Не уходите от своего я, делайте то, что вам нравится, и то, во что верите вы. Так вы обязательно найдете свою аудиторию и потенциального покупателя. Конечно, тут может возникнуть дилемма: творческая свобода или коммерческий успех, но баланс достижим. 

Безусловно, при этом важно понимать, какую нишу вы занимаете и на какую аудиторию рассчитываете. В нашем случае, например, интерес аудитории напрямую зависит от того, насколько наш продукт самобытен, несет ли он некий манифест, ведь среди наших клиентов — блогеры, трендсеттеры и инфлюенсеры. 

На своей лекции «За кулисами fashion-коллекции: от идеи до готового костюма» мы подробно рассказали, как запустить собственную фэшн-коллекцию с нуля. Путь от идеи до реализации состоит из нескольких этапов: вдохновение идеями и поиск концепции, погружение в тему через ресерч и создание мудборда, разработка материалов и тканей, создание эскизов и макетов изделий и, наконец, фотосъемка готовой коллекции.  

Порой сам процесс намного важнее, чем финальный результат: какие инструменты и техники ты используешь, на какие детали ориентируешься и какую эмоцию хочешь выразить через крой того или иного костюма. 

Моя (прим. ред. — Анна Черемушкина) выпускная коллекция 2020 послужила для меня отправной точкой, которая определила ключевые моменты того, как я хочу развивать свой стиль в модной индустрии. В настоящий момент я пробую выходить на иностранные шоу-румы и платформы, одновременно занимаюсь разработкой коммерческой линейки своей коллекции.

Фото на обложке: Thirteen/shutterstock.com

Конференция «Сотрудничество для импакта» стала первым шагом в создании экосистемы социального предпринимательства и социальных инвестиций в странах Восточного партнерства и России

С 9 по 11 июня прошла международная конференция «Сотрудничество для импакта», посвященная социальному предпринимательству, которая собрала более 750 участников из стран Восточного партнерства и России.В течение трех дней участники, представляющие социальные предприятия, организации некоммерческого сектора, бизнес и государственные учреждения, знакомились с инвестициями социального воздействия и изучали примеры партнерства с бизнесом и государственным сектором для совместного достижения социальных изменений.

Конференция «Сотрудничество для импакта», посвященная запуску международного проекта, стала первым шагом в построении экосистемы социального предпринимательства и развития социальных инвестиций  в странах Восточной Европы и России. Мероприятие позволило социальным предпринимателям, социальным инвесторам и представителям органов власти познакомиться с опытом и кейсами социальных инвестиций и обменяться идеями по развитию сотрудничества на межстрановом уровне.

Как подчеркнула во время мероприятия посол Европейского Союза в Республике Армения, Её Превосходительство Андреа Викторин, в Европе растет признание той роли, которую социальные предприятия могут играть в решении социальных, общественных и экологических проблем, а также в содействии инклюзивному росту. Этот проект может предоставить талантливым лидерам гражданского общества и начинающим предпринимателям платформу знаний для проверки, развития и превращения их идей социального бизнеса в прибыльные предприятия с сильным социальным воздействием.

Мероприятие было посвящено запуску одноименного проекта «Сотрудничество для импакта», который реализуется Европейской ассоциацией венчурной филантропии (EVPA) при финансовой поддержке Европейского Союза.

«Это мероприятие позволило EVPA поделиться своим обширным опытом в построении рынков и экосистем в Западной и Центральной и Восточной Европе, а также предоставило возможность обменяться опытом между региональными игроками, многие из которых уже имеют значительный опыт в создании потенциала или измерения социального воздействия», – сказала генеральный директор EVPA Роберта Босурджи. Партнером проекта в России выступает Фонд поддержки социальных инициатив в сфере детства «Навстречу переменам». Фонд помогает социальным предпринимателям реализовывать инновационные идеи, направленные на улучшение качества жизни российских детей. Миссия фонда: распознать и поддержать социальные стартапы, которые соответствуют целям устойчивого развития ООН и имеет потенциал для развития культуры детства в России.

«Для нас этот проект важен, потому что мы понимаем, что в России грантовое финансирование давно присутствует. У нас есть венчурные филантропы, которые представляют не только деньги, но и нефинансовую поддержку социальным стартапам и инициативам. И мы, конечно же, как Фонд тоже будем продолжать это делать. Но мы понимаем, что абсолютно необходимо развивать экосистему поддержки социального предпринимательства. Поэтому в рамках этого проекта наш фокус будет направлен на развитие сообщества импакт-инвесторов. Мы пытаемся помочь перейти инвесторам от модели гранатового финансирования к моделям ангельского финансирования и входа в капитал», – поделилась планами проекта в России учредитель фонда «Навстречу переменам» Татьяна Бурмистрова.

За новостями проекте «Сотрудничество для импакта» в России можно теперь следить на новом русскоязычном сайте проекта: https://www.collaborate4impact.ru

 

БИЗНЕС И ПРОМЫШЛЕННОСТЬ, ИХ ИСТОРИЯ

Содержание статьи

БИЗНЕС И ПРОМЫШЛЕННОСТЬ, ИХ ИСТОРИЯ. В древнем мире основная экономическая деятельность большинства людей была связана с сельским хозяйством, однако вместе с тем в городах широкое распространение получила коммерческая деятельность, или предпринимательство. Многие, если не большинство, из дошедших до наших времен папирусов и глиняных табличек содержат записи торгового характера. Именно развитие торговли привело к появлению цифр и букв, т.е. к становлению письменности. На Среднем и Ближнем Востоке предпринимательство считалось весьма почитаемым занятием; наиболее активными купцами повсеместно признавались финикийцы и греки.

Зарождение предпринимательских объединений.

Многие из современных предпринимательских объединений зародились в древнем мире, хотя в то время масштабы их деятельности были гораздо меньше, а сами они существовали в более примитивных формах. Например, купцы из Месопотамии объединялись в относительно сложные товарищества и даже образовывали компании. Во многих городах они держали своих представителей и вели дела с помощью аккредитивов. Они посылали своих торговых агентов в удаленные места и, в соответствии с законом, требовали от них ведения и предоставления строгой отчетности по торговым сделкам и прочим хозяйственным операциям.

Дальнейшему развитию предпринимательства способствовали греки. В отличие от частной предпринимательской деятельности, торговля считалась функцией городов-государств. Цены регулировались, а кредитные отношения возникали обычно между друзьями и не предусматривали процента. Организация предпринимательской деятельности древних римлян была такой же, как у греков; римляне почти не внесли каких-либо новшеств в практику предпринимательства, однако частично направили свои таланты в области юриспруденции на закладку правовых основ современной корпорации. Позднее, в годы республики, они создали университеты – корпоративные организации, обладающие общей казной и являющиеся юридическим лицом, отличным от их владельцев.

Характер предпринимательства в древнем мире.

Деятельность предпринимательских организаций древнего мира ограничивалась преимущественно торговлей. Кроме того, у греков существовала довольно мощная добывающая отрасль, а архитектурно-строительные творения египтян и римлян до сих пор вызывают наше восхищение. Объемы производства обрабатывающих предприятий были невелики; в большинстве таких предприятий, организованных в форме товариществ, работало всего несколько рабочих, главным образом рабов. Конечно, в Риме существовали крупные по тем временам банковские учреждения, предприятия по пошиву одежды, изготовлению кирпичей и посуды, рудники и плавильные мастерские. Тем не менее предпринимательство было представлено в основном торговыми предприятиями и предпринимателями, занятыми торговлей и кредитованием, а также откупом налогов.

Становление хозяйственного учета.

Месопотамия является родиной хозяйственного учета. Жрецы, которые выступали в роли управляющих храмовыми хозяйствами и были вовлечены в предпринимательство, вели учет налоговых платежей, товарных запасов и т.д. Эти записи были весьма многочисленны и довольно просты.

Использование денег.

Денежная система в Месопотамии сформировалась очень рано. Купцы использовали благородные металлы в качестве средства обращения, а жрецы занимались примитивной банковской деятельностью, ссужая деньги под процент. От древних жителей Месопотамии мы унаследовали понятия «гран» и «шекель», обозначавшие определенное количество золота или серебра; каждая денежная единица выражалась определенным весом металла в соответствии с общепринятым стандартом, основой которого являлся вес ячменного зерна. Первые монеты, изготовленные из электрума, появились не ранее 700 до н.э.; их чеканили в Лидии. К 500 до н.э. серебряные (и золотые) монеты получили хождение в Греции, возникло меняльное дело. Депозитная банковская деятельность начала развиваться в последний период Римской республики. См. также ЗОЛОТО И ЭКОНОМИКА.

Предпринимательство в Средние века.

После падения Рима торговля, ремесла и промышленность продолжали развиваться на Востоке, в Византийской империи и Арабском халифате. На Западе крупномасштабная торговля почти отсутствовала вплоть до начала 13 в., когда ее возрождением занялись итальянские города. С 12 по 14 вв. основными центрами деловой активности считались Амальфи, Венеция, Флоренция и Генуя.

Типы деловых предприятий.

Средневековое производство было преимущественно домашним и ремесленным. Некоторые виды ремесленного производства, например изготовление одежды и выдувание изделий из стекла, характеризовались значительным объемом выпуска продукции. Во Флоренции 15 в. в производстве этих продуктов применялись широкое разделение труда и относительно сложное оборудование. В целом же ремесленное производство основывалось на ручном труде; машины и оборудование применялись в производстве крайне редко. Единственным бросающимся в глаза исключением было судостроение. Добыча полезных ископаемых открывала перед предпринимателями несколько более широкие перспективы, нежели обрабатывающая промышленность, поэтому в период позднего Средневековья в Швеции и Центральной Европе действовали несколько крупных горнодобывающих предприятий.

Типы предпринимателей.

В каждом крупном средневековом городе существовало два типа предпринимателей. К первому типу относились те, кого можно назвать мелкими капиталистами. Данная группа состояла из странствующих купцов; владельцев лавок, мелочных и уличных торговцев, обслуживавших небольшой местный рынок; независимых ремесленников и членов ремесленных цехов и гильдий. Вторая группа объединяла крупных предпринимателей, или «оседлых купцов», которые из своих контор руководили разнообразной торговой и банковской деятельностью.

Развитие товариществ.

Предприниматели использовали различные формы организации предприятий. В мелком предпринимательстве наиболее обычной формой являлось единоличное хозяйство. Купеческая элита, как правило, организовывала товарищества одного из трех основных типов. Первый тип товариществ, хорошо известный еще с древних времен, стал доминировать в итальянских городах ок. 1100. Такое товарищество предполагает, что один из партнеров вкладывает в предприятие капитал и получает три четверти прибыли, а другой партнер берет на себя всю работу, получая за это одну четвертую часть прибыли. По договору о втором типе товариществ, один партнер вносит большую часть капитала, а второй партнер вкладывает недостающий капитал и обеспечивает всю работу предприятия; вся прибыль делится между партнерами поровну. В товариществе третьего типа все партнеры участвуют как капиталом, так и своим трудом. К этому типу обычно относились семейные фирмы, которые получили особенно широкое распространение в пору расцвета итальянских городов. Они были способны собирать весьма значительные капиталы, однако некоторые предприятия требовали вложения средств, превышающих те, которыми хотели и могли рисковать партнеры. В таких случаях доли в товариществах продавались сторонним инвесторам.

Эпоха мелкого предпринимательства.

На протяжении почти всего Средневековья, по крайней мере, до конца 13 в. основная часть торгового оборота приходилась на странствующих купцов. Многим из них приходилось покрывать огромные расстояния и постоянно сталкиваться с опасностями. Общий товарооборот был невелик, поэтому и норма прибыли оказывалась низкой. Тем не менее число активных торговцев было непропорционально велико. Покупая товары, они постоянно перебирались с одной ярмарки на другую.

Ярмарки в Шампани.

Наиболее знаменитой и многочисленной была ярмарка в провинции Шампань на севере Франции, через которую пролегали наиболее удобные торговые пути в Северную Европу. На ярмарки в Шампани приезжали купцы из Леванта, Италии, северных стран и Нидерландов. На протяжении более 100 лет они каждый год собирались на этой ярмарке и в течение 32 недель покупали и продавали ткани, меха, лекарства, продукты питания и другие товары, выдавали ссуды, собирали долги и меняли деньги.

Ганзейский союз.

По мере своего роста города неизбежно превращались в центры торговли, и проживающие в них купцы все чаще могли заключать торговые сделки, не выезжая из дома. Уже в 12 в. странствующие купцы из нескольких крупных городов на севере Европы начали объединяться в свободную федерацию местных гильдий, которая в 1300 получила название Ганзейского союза. Объединив ассоциации независимых купцов из более чем 70 немецких городов и имея представительства во многих местах, Союз на долгое время занял господствующие позиции в торговле на всем побережье Балтийского и Северного морей.

Итальянские «оседлые» купцы.

В конце 13 в. граф Фландрский предложил итальянским «оседлым» купцам, влияние которых непрерывно росло, свободно пользоваться портом Брюгге, имевшим стратегическое значение и являвшимся центром фламандской текстильной промышленности. Купцы немедленно покинули Шампань и направили своих агентов и партнеров во Фландрию, в результате чего значение странствующих купцов и ярмарок в Шампани резко упало. За короткое время итальянцы поставили под свой контроль всю европейскую торговлю, за исключением торговли в Германии и на Балтийском побережье, которая еще некоторое время оставалась монополией Ганзейского союза. К 1370 Ганзейский союз вступил в полосу стагнации. Период его упадка оказался самым продолжительным в экономической истории и длился почти 300 лет. К 1669 в некогда великий Ганзейский союз входили лишь три города – Любек, Гамбург и Бремен.

Причины экспансии «оседлых» купцов.

Основные причины победы «оседлых» купцов над странствующими купцами и Ганзейским союзом заключались в том, что эти купцы быстро восприняли новые методы ведения дел и доказали свое превосходство в предпринимательстве. В отличие от свободных федераций типа Ганзейского союза, они формировали более или менее постоянные товарищества. Кроме того, они охватывали своей деятельностью более обширные территории и сумели наладить эффективное управление. Например, один из величайших итальянских купцов Франческо Датини (1335–1410) проводил торговые операции во всех итальянских городах, а также в Испании, Франции, Англии, Африке и Леванте. Он постоянно вел переписку со своими многочисленными агентами и торговцами, работавшими на комиссионных началах; некоторые из них, такие как Андреа Баргариго, впоследствии сами стали богатыми независимыми купцами.

Вклад итальянских купцов в развитие предпринимательства.

Помимо всего прочего, итальянские «оседлые» купцы превзошли своих конкурентов в использовании различных способов ведения дел. Они способствовали распространению переводных векселей (известных с 1156) и морского страхования (впервые появившегося в Генуе в начале 14 в.). Однако важнее всего было то, что именно итальянцы научили мир принципам ведения бухгалтерского учета. Они ввели в практику современную систему бухгалтерского учета методом двойной записи, а венецианец Лука Пачоли написал в 1494 первый в мире трактат по бухгалтерскому учету. Без системы бухгалтерского учета развитие капиталистического предпринимательства оказалось бы невозможным.

Итальянцы доминировали и в разработке новых методов кредитования и банковского обслуживания. Конечно, кредит как таковой не был изобретением итальянцев. Кредитные отношения были широко распространены в древнем мире и пронизывали все средневековое хозяйство. В раннем Средневековье самыми предприимчивыми ростовщиками считались евреи, отчасти из-за того, что христианская церковь строго осуждала взимание процентов. Тем не менее христиане довольно быстро научились обходить запреты церкви и вскоре уже составляли конкуренцию евреям. Одними из первых христианских заимодавцев стали рыцари-тамплиеры, которые кредитовали королей с 1182 до 1312, когда их орден был ликвидирован. Подобно евреям, тамплиеры были всего лишь ростовщиками, а не банкирами.

Становление частных банков.

После древних римлян итальянцы стали первыми, кто начал заниматься депозитной банковской деятельностью, т.е. создавать деньги на основе частичных резервов. Задолго до появления первых публичных банков в Барселоне (1401) и Генуе (1407) семейные товарищества в Италии уже руководили процветающими частными банками. К 1250 в каждом большом итальянском городе было не менее дюжины крупных торговых и банковских фирм; в одной Флоренции их насчитывалось 80. В 14 и 15 вв. банковская деятельность привлекала людей со всего света, однако лидерами оставались итальянцы и, вопреки расхожему мнению, лишь в малой степени евреи.

Могущество банкирских семей.

Некоторые семьи, например Медичи и Фуггеры, были богаче, чем государства, в которых они жили, и обладали могуществом, превосходящим могущество королей. Именно они возводили на трон королей, избирали пап и сами превращались в высшую знать. Среди членов семьи Медичи были графы, королевы и римские папы; семья Фуггеров оказала поддержку Габсбургам и сделала Карла V императором Священной Римской империи. Спрос на деньги был столь велик, что банкиры могли устанавливать по ссудам ставки от 10 до 100 и более процентов годовых.

Банковские риски и банкротства.

Деятельность средневековых банкиров была сопряжена с огромным риском (что отражалось в высоких процентных ставках), особенно возраставшим в тех случаях, когда приходилось выдавать ссуды королям. Были и другие риски. В результате паники начала 14 в., незадолго до возвышения Медичи, крах потерпели богатейшие итальянские банкирские семьи Перуцци, Маччи, Скали, Фрескобальди. В 1455 обанкротился известный французский банкир Жак Кер (1395–1456). В 17 в. наступили трудные времена для Фуггеров из Аугсбурга, которые занимались бизнесом по всей Европе и одно время считались самой богатой европейской семьей.

Упадок Италии.

Ослабление Италии началось с открытием новых торговых путей и Нового света. Центр мировой торговли переместился из Средиземноморья на побережье Атлантики. В Европе центр деловой активности медленно смещался на север: непродолжительное время он находился в Аугсбурге, цитадели, стоявшей на торговом пути из Венеции на север, а затем, ок. 1500, окончательно переместился в Антверпен – новый центр фламандского суконного производства.

Возвышение Голландии и Англии.

Около 1600 Амстердам, уже бывший центром интенсивной голландской торговли, превратился в деловую столицу мира. На его бирже велась торговля финансовыми активами большинства стран Запада. После 1550 началось стремительное развитие английской экономики, и к 1650 Англия уже начала угрожать господству голландцев.

Акционерная компания.

В процессе формирования своих предпринимательских организаций голландцы и англичане многое позаимствовали у итальянцев. Новые промышленно-торговые державы внесли и свой собственный весомый вклад в развитие предпринимательства: они создали регулируемую торговую компанию и акционерную компанию, которая является непосредственным предшественником современной корпорации. Суть регулируемой компании состоит в том, что каждый из ее участников ведет свою собственную торговлю через централизованно управляемое предприятие. В акционерной компании каждый из совладельцев вкладывает в общий капитал предприятия свою долю и участвует в распределении прибылей и убытков пропорционально вложенному капиталу. Иными словами, в отличие от акционерной компании, регулируемая компания не имела общего капитала. Среди финансовых активов, покупавшихся и продававшихся на Амстердамской бирже, были и акции акционерных компаний.

Хотя регулируемые акционерные компании были известны со времен Средневековья, когда они существовали в виде Ганзейского союза, компании купцов, итальянских судостроительных компаний и горнодобывающих компаний Южной Германии, голландцы и англичане первыми начали систематически учреждать такие компании, особенно акционерные. Среди первых акционерных компаний были Московитская компания (Muscovy Company) и Африканская компания (Africa Company), учрежденные в 1555, однако обе они не достигли успеха, и вскоре Московитская компания была преобразована в регулируемую компанию.

Ост-Индские компании.

Самыми знаменитыми среди торговых акционерных компаний были английская Ост-Индская компания (учреждена в 1600) и голландская Ост-Индская компания (учреждена в 1602). Последнюю принято считать первой акционерной компанией в современном смысле, так как она была основана не как разовое предприятие, а как более или менее постоянная организация. Хотя первоначально ей выдали чартер (разрешение властей на создание и функционирование компании) только на 21 год, срок действия этого документа постоянно продлевался в течение почти двух столетий. Кроме того, она с самого начала имела уставной капитал, тогда как у английской Ост-Индской компании он появился лишь в 1657.

Голландская компания обычно ассоциируется с развитием Амстердамской биржи. Становление Лондонской фондовой биржи принято связывать с голландскими финансистами, которые сопровождали Вильгельма и Марию, возвратившихся в Англию после Славной революции 1688. Нью-Йоркская фондовая биржа возникла в 1792: группа предпринимателей собралась под платаном на Уолл-стрит и договорилась открыть частное заведение (кафе «Тонтин»), в котором они могли бы встречаться и совершать сделки с ценными бумагами.

Наделенные, в соответствии с чартерами, огромными привилегиями, Ост-Индские компании были настоящими государствами в государствах. Они чеканили собственные деньги и принимали законы, содержали армию и флот, объявляли войны и подписывали мирные договоры. Голландская компания посылала свои корабли на Яву и в Японию и владела большей частью Океании. Английская компания много лет управляла Индией по своему усмотрению. В период с 1683 по 1692 английская компания выплатила своим владельцам 400% прибыли на вложенный капитал. За время существования голландской империи, на протяжении почти 200 лет, ее Ост-Индская компания, сотрудничая с Амстердамским банком и Амстердамской биржей, получала в среднем 16% прибыли в год на вложенный капитал.

Развитие промышленности.

Голландская Ост-Индская компания и другие подобные ей компании ознаменовали собой эпоху расцвета «оседлого» купечества. После 1760 на волне промышленной революции в производстве начали применяться машины, паровые двигатели и тяжелое оборудование, и производство потеснило торговлю. Новая группа людей – промышленников, или промышленных капиталистов – пришла на смену торговцам, став доминирующей силой в деловых кругах. Однако, в отличие от торговых предприятий, первоначально развитие промышленности происходило на крайне ограниченной территории, в Западной Европе и в Северной Америке.

От мелких капиталистов к крупным.

Самыми знаменитыми промышленниками того времени были некогда мелкие капиталисты, сумевшие наладить крупное производство. Некоторые из этих людей, как принято говорить, «сделали себя сами». Р.Аркрайт (Richard Arkwright, 1732–1792) работал парикмахером, а потом превратился в крупного производителя текстиля; сталелитейный магнат Эндрю Карнеги (Andrew Carnegie, 1835–1919) был иммигрантом и начинал как подсобный рабочий на хлопчатобумажной фабрике; автомобильному магнату Генри Форду (Henry Ford, 1863–1947) в юности пришлось работать поденщиком на фермах. Тем не менее самостоятельно добившиеся богатства и славы люди были скорее исключением, нежели правилом. Джосайя Уэджвуд (Josiah Wedgwood, 1730–1795) происходил из семьи, насчитывавшей четыре поколения гончаров; Мэтью Боултон (Matthew Boulton, 1728–1809) способствовал внедрению в промышленность парового двигателя Джеймса Уатта и унаследовал процветающую фирму; в наследство немецкому производителю военного снаряжения Альфреду Круппу (Alfred Krupp, 1812–1887) достался небольшой чугунолитейный завод.

Производство взаимозаменяемых деталей.

Главной задачей промышленника является расширение производства. Когда индустриальное общество только начинает формироваться или когда отрасль является совсем новой, промышленник легко наращивает объем производства и сбывает свою продукцию на рынке. Ко второй половине 18 в. на предприятиях отдельных промышленников уже стояли машины и оборудование, с помощью которых велось массовое производство потребительских товаров – текстиля, фарфора и мелких дешевых изделий. Тяжелое промышленное оборудование и приборы по-прежнему собирались вручную и производились исключительно на заказ. Массового производства товаров промышленного назначения не существовало до тех пор, пока не появились сложные станки, позволившие наладить производство взаимозаменяемых деталей и компонентов.

В конце 18 в. эксперименты с взаимозаменяемыми деталями проводили французы, однако их попытки не увенчались успехом и были быстро прекращены. Тем не менее вскоре американские предприниматели, возглавляемые Э.Уитни (Eli Whitney, 1765–1825) и другими производителями оружия из штата Коннектикут, начали работать над взаимозаменяемостью деталей. Их успехи оказались столь велики, что к 1850 процесс массового производства изделий с взаимозаменяемыми деталями во всем мире стали называть «американской системой». К тому времени оружие, часы, сельскохозяйственное оборудование и многие другие изделия из металла уже изготавливались по принципу заменяемости отдельных частей и компонентов. Пришедшееся на тот же период строительство железных дорог не только расширило рынки сбыта, но и создало спрос на тяжелое оборудование, что, в свою очередь, ускорило развитие массового производства.

Промышленная революция.

Промышленная революция характеризовалась стремительными технологическими переменами, начавшимися в Англии. Тем не менее большинство отраслей английской промышленности, за исключением хлопчатобумажного производства и черной металлургии, продолжало развиваться относительно скромными темпами. К этому периоду относятся и организационные новшества, включая переход к фабричной системе. Однако растущее применение машин в первые годы промышленной революции далеко не всегда приводило к превращению предприятий в фабрики. В то время как некоторые заводы строились для того, чтобы воспользоваться преимуществом сокращения издержек в результате применения крупных машин (например, парового двигателя), подавляющая часть текстильного оборудования поначалу разрабатывалась так, чтобы его можно было использовать на дому или в небольших цехах в рамках давальческой системы производства. Более того, даже использование пара в промышленном производстве в те годы было весьма ограничено.

С распространением фабричного производства новые фабрики чаще всего появлялись в отраслях, где они существовали и ранее. С начала 1800-х годов в промышленности преобладали мелкие и средние производители. На протяжении почти всего 19 в. в рамках одной отрасли успешно сосуществовали и взаимодействовали давальческие системы, ремесленное и мануфактурное производство и протофабрики.

В хлопчатобумажной промышленности, например, капиталисты были более склонны применять давальческую систему, однако кустарям нередко удавалось сохранять свою независимость. Надомная работа с давальческим сырьем с одинаковым успехом делалась как для фабрик, так и для независимых подрядчиков. В конечном счете технологические изменения и возросшая конкуренция интенсифицировали все эти формы организации производства.

Черная металлургия, подобно добыче полезных ископаемых, отличалась высокой территориальной концентрацией. Как и хлопчатобумажная промышленность, она характеризовалась наличием нескольких крупных доминирующих фирм и множества мелких предприятий. В 1810 в одной шотландской компании работало 2000 человек, но среднее число рабочих на предприятиях черной металлургии не превышало 20. По мере технологического прогресса средний размер фирм увеличивался. В середине 1860-х годов численность рабочих одной компании из Южного Уэльса составляла 6000 человек.

Развитие массового производства.

Одной из главных причин увеличения средней численности занятых на предприятиях было массовое производство. Например, уже в 1853 компания «Нью-Йоркская центральная железная дорога» («New York Central Railroad») имела 2500 акционеров, а в железнодорожной компании «Делавэр и Гудзон» («Delaware and Hudson») работало 4200 человек. К концу 19 в. компании некоторых производителей достигли размеров, которые были громадными по сравнению с началом столетия. В 18 в. на фабрике Боултона насчитывалось 1000 рабочих, а на предприятии Аркрайта работало 300 человек. В 1899 средняя численность занятых в американских промышленных фирмах составляла всего 22 человека, однако в компании «Карнеги стил» («Carnegie Steel») трудилось 40 тыс. человек. Спустя 50 лет компания «Дженерал моторз» («General Motors») сообщила, что на нее работают более 600 тыс. человек.

Собственник-предприниматель.

До 1900 опытные предприниматели, обладающие пониманием внутренней и внешней деятельности фирмы, располагающие постоянным административно-управленческим штатом и вспомогательными службами, были редкостью. Типичными промышленниками того периода являлись люди, которые мало беспокоились о том, что не касалось непосредственно их бизнеса. Очень немногие из них проводили четкую политику в отношении рабочих, да и та, как правило, носила ярко выраженный патерналистский характер.

Недостатки предпринимательства раннего периода.

Несмотря на впечатляющий рост предпринимательства, долгосрочная политика развития предприятий часто отсутствовала. Промышленники продолжали специализироваться лишь на тех деловых операциях, которые они хорошо знали, и избегали диверсификации. Кроме того, они не разрабатывали сами и не стремились воспользоваться преимуществами уже разработанных другими новых инструментов и методов управления, маркетинга и финансов. Тем временем государство на протяжении всего 19 в. проводило постепенную либерализацию хозяйственного законодательства. В начале столетия выдача грамоты о присвоении статуса корпорации и разрешения на ведение операций предполагала установление особых отношений с государством; такие грамоты и разрешения имели транспортные организации общего пользования, например компании по строительству и эксплуатации дорог и каналов. В конце 19 в. суды рассматривали корпорацию как всего лишь одну из форм предпринимательской организации, дающую преимущества в привлечении капитала. Законодатели расширили понятие ограниченной ответственности и приняли общие законы о корпорациях, разрешившие учреждение корпораций без принятия каких-либо дополнительных специальных законодательных актов.

Капитал промышленников раннего периода формировался самыми разными путями. Вначале большинство предпринимателей опиралось на финансовые ресурсы родственников. После учреждения компании капитал начинал увеличиваться за счет нераспределенной прибыли. Несмотря на то, что предприятия вырастали до громадных размеров, во многих случаях они еще долгое время оставались в собственности отдельных промышленников или товариществ. Это значило, что предпринимательские организации часто оказывались в затруднительном положении и становились крайне неповоротливыми. (Одно время компания Карнеги принадлежала 40 совладельцам.) Кроме того, владельцы предприятий стремились управлять ими единолично и избегали коллективного управления. Заметного прогресса в маркетинге также не наблюдалось. Конечно, время от времени предприниматели, подобные Уэджвуду и Боултону, ездили по стране с рекламными кампаниями новых продуктов. Однако, хотя они и отличались умением «прощупывать» новые рынки, их способность работать на рынке, где преобладающее значение имел спрос, обусловленный необходимостью замещения выбывших предметов, была существенно ниже. Даже в США, где система продвижения товара и рекламы достигла наиболее полного развития, в 1860 насчитывалось всего ок. 1000 коммивояжеров, первая специально спланированная общенациональная рекламная кампания прошла в 1899, а первая книга по рекламе была издана в 1913. Конкурентная борьба между предпринимателями раннего периода носила преимущественно ценовой характер, что удерживало цены от резкого подъема в высокой фазе цикла деловой активности. Вместе с тем подобная практика могла приводить к разрушительным последствиям в низкой фазе цикла: результатом обусловленного конкуренцией снижения цен часто становились массовые банкротства и резкое ухудшение положения тех, кто сумел удержаться на плаву.

Финансовая слабость.

В области финансов слабости предпринимателей раннего периода проявлялись еще заметнее, чем в управлении и маркетинге. Капиталисты вкладывали средства преимущественно в основной капитал, пренебрегая оборотным. В результате у них не оказывалось достаточных финансовых резервов для преодоления трудностей в периоды экономического спада. Даже крупнейшие промышленники время от времени испытывали отчаянную нужду в наличных деньгах. Кроме того, большинство предпринимателей пользовалось системой бухгалтерского учета, почти не изменившейся по сравнению с изобретенной ок. 400 лет назад в Италии. На некоторых фирмах практиковалась система учета затрат, разработанная вскоре после окончания Гражданской войны, однако передовые методы начали внедряться не ранее 20 в. Первый финансовый ревизор на американском промышленном предприятии появился лишь в 1892, а теория и практика учета затрат получили широкое распространение не ранее 1910.

Преодоление недостатков.

Слабости и недостатки предпринимательской структуры не остались незамеченными. Постепенно методы ведения дел улучшались. Тремя главными причинами такой эволюции были следующие: общий процесс экономического роста, следствием которого стало укрупнение предприятий; действия самих предпринимателей, направленные на решение проблем ценовой конкуренции и преодоление слабой финансовой политики; изменения в экономической и социальной институциональной системе, такие как рост профсоюзного движения и усиление роли государства, которые поставили перед предпринимателями целый ряд новых проблем.

Профессиональный менеджмент.

В последней четверти 19 в. потребности американской промышленности в капитале переросли возможности отдельных предпринимателей-собственников. Эти потребности могли быть удовлетворены только финансовыми капиталистами, подобными Дж.П.Моргану (J.P.Morgan). Двумя важнейшими следствиями вовлечения финансистов в промышленное производство стали консолидация бизнеса и появление профессионального менеджмента. В период между 1895 и 1904 более 1800 промышленных фирм утратили независимость и слились с бывшими конкурентами. После волны слияний на 30% всех фирм стало приходиться свыше 70% рынка. Тенденция к укрупнению была обусловлена тремя причинами. Во-первых, появились капиталоемкие технологии массового производства, в результате чего доля постоянных затрат в общей стоимости продукции возросла. Во-вторых, в период после 1887 происходило стремительное развитие большого числа отраслей, использующих эти технологии. В-третьих, непосредственной причиной всплеска слияний и поглощений стала депрессия 1890-х годов. За первой волной консолидации последовали, с интервалом в тридцать лет, еще три: в 1920-х, 1950-х и 1980-х годах. Тем не менее консолидацию не следует считать одной из неизбежных сторон процесса развития крупномасштабного промышленного производства.

Слияния и поглощения в США.

Пионерами процесса слияний и поглощений в США были Дж.Рокфеллер (John D.Rockefeller, 1839–1937) с партнерами по компании «Стандард ойл» («Standard Oil») и Дж.П.Морган (1837–1913) вместе с другими инвестиционными банкирами. В 1879 «Стандарт ойл» создала первый из многочисленных американских трестов, а в 1899 «Стандард ойл Нью-Джерси» стала одной из первых американских промышленных холдинговых компаний. Дж.П.Морган, который прежде принимал участие в нескольких крупных слияниях железнодорожных компаний, проявил интерес к промышленности в 1890-х годах; в 1901 его банковская фирма сыграла главную роль в формировании «Юнайтед Стайтс стил корпорейшн» («United States Steel Corporation»), вероятно, первой в истории компании с миллиардными активами.

Слияния и поглощения в других странах.

Консолидация промышленного производства в других центрах деловой активности происходила по-другому. Наибольшей популярностью слияния и холдинговые компании пользовались в Великобритании. Первая холдинговая компания и первый международный картель «Динамитный трест Нобеля» («Nobel Dynamite Trust») сформировался в 1886. Компания «Дж.&П. Коатс» («J.&P. Coats») в конце 1890-х годов стала фактическим монополистом в производстве ниток. Своего пика волна слияний и поглощений в Великобритании достигла в 1920-х годах: в это время появились такие колоссы, как «Империал кемиклз» («Imperial Chemicals») (1926) и «Юнилевер» («Unilever») (1929). В отличие от США и Великобритании, в Германии государство с одобрением относилось к картелям, которые начали появляться в этой стране после индустриализации 1870-х годов. В 1920 под эгидой коммерческих банков, которые всегда пользовались влиянием в немецких деловых кругах, сформировался целый ряд холдинговых компаний, включая «И.Г.Фарбен» («I.G.Farben») (1925) и «Ферайнигте штальверке» («Vereinigte Stahlwerke») (1926).

Становление профессионального менеджмента.

Новаторы типа Рокфеллера и Моргана первыми перешли на новые финансовые и управленческие методы, хотя всю подготовительную работу по их разработке еще на начальном этапе промышленной революции проделали французы. О Рокфеллере говорили, что он – прирожденный бухгалтер; никто не оспаривает того факта, что в учете затрат он был гением. Кроме того, он имел склонность к коллективному управлению, поэтому почти с самого начала в компании «Стандард ойл» существовал комитет, ответственный за принятие важных решений. Морган, капиталовложения которого были необычайно диверсифицированы, в значительной мере полагался на менеджеров и, в частности, на управляющего «Ю.С.Стил» Э.Гэри (Elbert H.Gary).

В конце 19 – начале 20 вв. фирмы, применявшие в производстве товаров для национального и международного рынков высокопроизводительные энергоемкие технологии, как правило, вкладывали средства в профессиональный менеджмент, хотя существовали и другие способы достижения экономии, на масштабах производства и объеме рынка. Высшие менеджеры подбирали и готовили людей для управления крупными заводами и трудовыми ресурсами, координации производства и сбыта и планирования будущего. От менеджеров ожидали четкого изложения целей компании в форме определенной стратегии. Стратегия, в свою очередь, определяла структуру компании. Взаимосвязь стратегии и организационной структуры позволяла менеджерам решать, какими именно видами деятельности фирма будет заниматься самостоятельно, т.е. определять степень вертикальной интеграции. С возрастанием объема и диверсификации собственной деятельности фирм и заменой «невидимой руки» рынка на управленческую координацию фирмы становились значительно крупнее.

Реакция государства на «Большой бизнес».

До 1880-х годов контроль федерального правительства США над текущей экономической деятельностью частных предпринимателей был минимален. Антитрестовских законов, федерального подоходного налога и зарегистрированных на федеральном уровне корпораций не существовало. В начале 1880-х годов федеральная власть проявляла себя государственным субсидированием некоторых отраслей, в частности, железных дорог; установлением в целом высоких таможенных тарифов и реорганизацией американского банковского бизнеса в национальную банковскую систему. Тем не менее у Вашингтона по-прежнему не было ни опыта, ни возможности, ни желания вмешиваться в повседневные дела предпринимателей. С 1880-х годов положение начало меняться. Полномочия по регулированию, принадлежавшие органам власти штатов и местным органам власти, медленно, но верно переходили на федеральный уровень. Первым шагом в этом процессе стало создание в 1887 Комиссии по межштатному транспорту и торговле, призванной регулировать деятельность железнодорожных компаний. Три года спустя Конгресс принял антитрестовский закон Шермана. Вскоре после этого на основании Закона о продуктах питания и лекарствах был организован федеральный надзор за качеством этой продукции, а в 1913 принят закон о Федеральной резервной системе, предусматривавший создание органа регулирования американских банков.

Государство и предпринимательство в 20 в.

Начало обеим мировым войнам 20 столетия было положено в Европе, и хотя США в обоих случаях сначала официально заявляли о своем нейтралитете, они неофициально брали на себя роль банкира и поставщика союзников. Подобная позиция в известной мере позволила стране провести необходимые военные приготовления. Когда в 1916 США готовились вступить в войну, возникла потребность в планах объемов и размещения военного производства, подготовки военнослужащих, транспортировки людей и припасов. Поскольку федеральное правительство практически не имело опыта, ведущие частные предприниматели были призваны в Вашингтон, чтобы обеспечить проведение экономической мобилизации.

Командная экономика.

Стремительная мобилизация требовала принуждения и централизованного принятия решений. Закон о национальной обороне 1916 разрешил государству увеличить численность вооруженных сил, а принятый в августе 1917 Закон о контроле над потреблением основных продуктов питания и топлива стал первым законодательным актом, направленным на установление централизованного контроля. На основании этого закона федеральные органы власти получили право лицензировать предпринимательскую деятельность, осуществлять реквизиции товаров и проводить прямую национализацию заводов и фабрик. Летом 1917 появился Военный совет по промышленности, в функции которого входили определение производственных приоритетов, установление цен и координация государственных закупок. Трудовые конфликты разрешались Военным советом по труду в ходе принудительного арбитража, решения которого были обязательны для рабочих и предпринимателей.

Великая депрессия.

После окончания войны президент В.Вильсон выразил желание вернуться к прежнему положению дел в экономике. Он стремился к упразднению централизованной экономики, и вскоре эта цель была достигнута. Характерная для военного времени государственная поддержка рабочих организаций исчезла так же быстро, как и появилась. Тем не менее командная экономика периода Первой мировой войны способствовала изменению положения в стране. В 1933 в рамках Нового курса Военный совет по промышленности был восстановлен под названием «Управление национального восстановления». Военный совет по труду сначала, по закону 1926, был частично преобразован в Управление по трудовым отношениям на железнодорожном транспорте, а с 1935 функционировал уже на постоянной основе под названием «Национальное управление по вопросам трудовых отношений». Веру в капитализм эпохи свободной конкуренции американцы утратили в 1930-х годах, когда экономическая система дала явные сбои, однако сомнения в его эффективности возникли гораздо раньше и ознаменовались принятием Закона о межштатном транспорте и торговле и Антитрестовского закона Шермана.

Новый курс плавно сменился командной экономикой периода Второй мировой войны. Однако суть проблемы резко изменилась: если раньше экономика страдала от избытка производственных мощностей, то теперь – от избыточного спроса. В наследство от Нового курса остались реформы финансовых рынков, воплотившиеся в создании Комиссии по ценным бумагам и биржам, Закон о справедливых трудовых отношениях и другие касающиеся профсоюзных объединений законы, система социального обеспечения и нарождающееся «государство всеобщего благосостояния» и, в целом, практика государственного вмешательства в тех случаях, когда действие рыночных сил вело к неблагоприятному результату.

Послевоенные годы.

Хотя после войны в США вновь началось процветание, американцы не могли избавиться от страха перед возвращением депрессии. Как следствие этого, в 1946 был принят Закон о занятости, согласно которому «политика и ответственность федерального правительства состоит в том, чтобы содействовать свободному предпринимательству и принимать меры к достижению максимального уровня занятости, объема производства и покупательной способности». С началом «холодной войны» и войны в Корее система постоянных национальных органов по чрезвычайным ситуациям стала неотъемлемой частью национальной обороны.

Новое регулирование.

Новая экономическая политика 1960-х годов проявилась в первую очередь в снижении налогов в 1964, которое предвещало возрастание активной роли государства в стимулировании экономики наряду с ослаблением прямого федерального контроля. С зарождением движения за гражданские права социальная политика на федеральном уровне впервые со времен Великой депрессии подверглась обновлению. Пришедшие в Вашингтон вместе с Дж.Кеннеди инициативные люди принесли с собой уверенность в том, что федеральные государственные расходы должны возрасти. Стали возникать идеи о повышении качества жизни, об охране окружающей среды. В отличие от прежних органов регулирования, отвечающих за отдельные отрасли промышленности или сектора экономики, вновь появившиеся государственные агентства получили право вмешиваться в любую сферу экономической жизни. Под законодательное регулирование попали все отрасли промышленности. В 1970 были созданы Администрация профессиональной безопасности и здоровья и Управление по охране окружающей среды; в 1973 появилась Комиссия контроля безопасности потребительских продуктов.

Шансы на выживание.

И для торговцев древней Месопотамии, и для мелких капиталистов-владельцев небольших магазинчиков, и для современных многонациональных корпораций прибыль всегда была и остается важнейшим критерием их деятельности, поэтому вполне разумное обобщение состоит в том, что большинство предприятий постоянно балансирует между успехом и провалом, причем успех приходит реже, чем банкротство. Во время великих депрессий, подобных депрессии 1930-х годов, корпоративный сектор в целом несет убытки и многие фирмы терпят банкротство. Даже в периоды наивысшего экономического подъема число банкротств остается высоким. Многие из образовавшихся в конце 19 в. в результате слияний и поглощений компаний не смогли сохранить свои господствующие позиции на рынке, так как оказались не в состоянии предотвратить проникновение в свои отрасли новых и, в конечном счете, превосходящих их соперников. По множеству причин, главным образом из-за банкротств, лишь немногие фирмы в течение долгого времени остаются «на плаву». В действительности из каждых пяти компаний четыре прекращают свое существование в первые 10 лет. Тем не менее имеется несколько очень старых фирм, как американских, так и европейских.

Старейшие европейские фирмы.

Естественно, ни одна американская фирма не может сравниться по возрасту с некоторыми европейскими компаниями. История немецких пивоварен, французских винных погребов и датских и шотландских винокуренных заводов начинается задолго до американской Декларации независимости; отдельные предприятия такого рода возникли еще до открытия Америки. Некоторые европейские банки также очень стары. Основанный в 1609 Банк Амстердама был первым банком к северу от Альпийских гор. Образование Банка Англии относится к 1694. До наших дней дожила британская компания «Гудзонз бей компани» («Hudson’s Bay Company»), получившая королевскую грамоту с разрешением на ее создание в 1670 и превратившаяся в канадскую корпорацию в 1970. Семья Уэджвудов до сих пор владеет весьма процветающей фирмой, основанной Дж.Уэджвудом в 1759.

Старейшие американские фирмы.

Из почти пяти миллионов компаний в США лишь ок. 100 появились ранее 1800. Примерно дюжина их по-прежнему остается в собственности основавших их семей, однако ни одна не стала ни крупной, ни знаменитой. Старейшей компанией страны считается «Дж.Э.Роадс и сыновья» («J.E.Rhoads & Sons»), учрежденная в 1702 в Филадельфии и первоначально занимавшаяся производством товаров из кожи. Старейшим периодическим изданием является «Харперз Нью мансли мэгэзин» («Harper’s New Monthly Magazine»), впервые вышедшее в 1850 и уже в наше время переименованное в «Харперз» («Harper’s»). Среди страховых компаний выделяются старейшая компания по страхованию жизни «Фонд пресвитерианских священников» («Presbyterian Ministers Fund») (возникла в 1717) и старейшая компания по страхованию от пожара «Филадельфия контрибьюшншип» («Philadelphia Contributionship»), учрежденная в 1752.

Середина 1970-х – 1990-е годы.

Период с середины до конца 1970-х годов стал поворотным в экономической истории США. В условиях глубокого и продолжительного спада в экономике федеральное правительство приняло долгосрочную программу повышения экономических стимулов для корпораций, которая, в сущности, обращала вспять многие изменения, произошедшие за предыдущие десятилетия. Смена курса объяснялась прежде всего растущими опасениями по поводу того, что без государственного вмешательства положение американских компаний в конкурентной борьбе с иностранными фирмами на мировом рынке будет ухудшаться.

Политики рассчитывали, что возросшие экономические стимулы для предпринимательства вызовут приток в экономику частных инвестиций, которые, в свою очередь, приведут к увеличению объема продукции и вернут общественное благосостояние на уровень «славных» 1950-х годов. Логическим обоснованием упора на ослабление государственного регулирования было убеждение в том, что богатые слои общества сберегают значительно больше средств, чем бедные, и, следовательно, возросшие темпы накопления позволят высвободить средства на инвестиционные цели, в результате чего в долгосрочной перспективе выиграет все общество. Справедливость данного логического построения, называемого также экономической теорией «капельного роста» или, пренебрежительно, экономической теорией «вуду», вызывала большие сомнения, особенно в конце 1980-х и начале 1990-х годов, когда все более очевидной становилась некая двусмысленность успеха этой долгосрочной стратегии. Тем не менее в период администраций президентов Джорджа Буша и Билла Клинтона окончание «холодной» войны способствовало росту доверия к заявлениям политиков в поддержку частной инициативы. Таким образом, с середины 1970-х годов тремя важнейшими изменениями в экономической политике США стали движение в направлении дерегулирования экономики; постепенное снижение налогов в 1980-х годах; и субсидирование корпораций, в некоторых случаях обеспечивающее благополучие компаний.

Дерегулирование.

С окончанием в 1974 периода экономического процветания значительно ослабли стимулы к законодательному закреплению ответственности предпринимателей за безопасность потребителей и работников и охрану окружающей среды. В немалой степени благодаря активному лоббированию федеральные правительства начиная с конца 1970-х годов неизменно провозглашали своей целью дерегулирование экономической жизни. Поскольку дерегулирование означало не что иное, как возврат к условиям, существовавшим в Америке столетие назад, не удивительно, что подобные официальные заявления поначалу были встречены с неодобрением. Тем не менее, несмотря на сохранившееся – хотя и слабеющее – сопротивление, постепенный, но устойчивый процесс дерегулирования экономики продолжался и в конце 1990-х годов. Одним из свидетельств являются перемены, произошедшие в федеральном Управлении по охране окружающей среды. Суммарные расходы Управления сократились с 0,9% федерального бюджета, или 86 млн. долл., в 1980 до 0,4%, или 25 млн. долл., к концу 1994. В других областях, не связанных непосредственно с обеспечением физической безопасности, например в банковской сфере, дерегулирование выразилось в возросшем числе слияний, поглощений и закрытий финансовых учреждений и концентрации банковских активов в руках меньшего числа крупных банков. В результате укрепилось монопольное положение крупных банков, позволившее им повысить плату за обслуживание клиентов, поднять процентные ставки по ссудам и снизить процентные ставки по сбережениям.

Снижение налогов.

Хотя в результате налоговой реформы 1964 налоговые ставки были значительно уменьшены, снижение налогов, одобренное администрацией президента Рональда Рейгана в 1981 и 1986, оказалось беспрецедентным. Предельная налоговая ставка для наиболее высоких доходов (70%) в начале президентства Рейгана была существенно ниже, чем в 1950-х годах (91%). В результате снижений налогов в 1980-х годах эта ставка опустилась сначала до 32%, а затем до 28%. Кроме того, менялась структура налогов. В то время как в 1950-х годах налоги на корпорации составляли ок. 30% совокупных налоговых поступлений в федеральный бюджет, в 1990-х годах на них приходилось всего 10%. Чтобы провести законы о снижении налогов через конгресс, Рейган апеллировал к названной по имени экономиста Артура Лаффера «кривой Лаффера», доказывая, что снижение налоговых ставок окажет благотворное воздействие на экономическую активность, в результате чего налоговые поступления в казну государства возрастут. К сожалению, увеличения налоговых поступлений так и не произошло; вместо этого за годы президентства Рейгана вырос государственный долг США – с 909 млрд. долл. до 2,6 трлн. долл. Администрации Буша и Клинтона не вносили в налоговую структуру сколько-нибудь значительных изменений, и, как следствие, к 1997 государственный долг удвоился и достиг 5,2 трлн. долл.

Субсидии корпорациям.

Данный аспект американской экономической политики, вероятно, наименее широко афишируемый, является одновременно и самым спорным. В субсидировании корпораций нет ничего нового; чтобы избежать повторения Великой депрессии, правительство в трудные времена всегда выделяло субсидии для поддержания экономически важных отраслей, таких, как сельское хозяйство или энергетика, свято веря, что без государственной поддержки многие компании будут вынуждены сокращать рабочие места и снижать заработную плату. Основная дискуссия по вопросу о субсидиях развернулась в конце 1980-х и в 1990-х годах. По мнению многих американцев, для достижения федеральным правительством одной из его главных целей – сокращения или даже устранения бюджетного дефицита – ему, в первую очередь, следовало бы исключить из бюджетных расходов такую крупную статью, как субсидии корпорациям. Однако в действительности, к негодованию многих американцев, сокращениям подверглись прежде всего статьи социальных расходов, и начался постепенный демонтаж системы социального обеспечения. Например, в 1992 сумма субсидий, полученных сельским хозяйством и энергетикой, превысила сумму средств, потраченных на программу помощи семьям.

1990-е годы.

Дерегулирование, снижения налогов, субсидии корпорациям и падение реальной заработной платы способствовали резкому взлету нормы прибыли корпораций. Особенно заметным это стало в 1990-х годы. Если во второй половине 1970-х годов средняя норма прибыли для корпораций равнялась 2,4%, то в 1980-х годах она поднялась до 4,1%, а в период 1990–1997 возросла до 5,8%. Многие аналитики связывают увеличение прибылей со стремительным подъемом на фондовом рынке в 1990-х годах. Однако, вопреки ожиданиям и несмотря на столь позитивные результаты, объем капиталовложений предприятий в период с конца 1960-х до середины 1990-х годов резко сократился.

См. также ЭКОНОМИКА; ФИРМА; ТРАНСНАЦИОНАЛЬНАЯ КОРПОРАЦИЯ, ТНК.

как Западная Европа стала экономическим лидером мира в XVIII-XIX веках – Экономика – Коммерсантъ

8 сентября в рамках лектория Российской экономической школы (РЭШ) прошла лекция профессора Северо-западного университета Джоэля Мокира. Он рассказал о том, как свободный рынок идей и политическая раздробленность привели Европу к богатству и какой была роль культуры, квалифицированных рабочих и прикладной науки в этом процессе. Модератором выступил профессор РЭШ Андрей Маркевич. Лекция доступна в YouTube-канале “Ъ”.

Подробнее о гостевом цикле лекций РЭШ на “Ъ” — в расписании Лектория.

Стенограмма лекции

В настоящее время мы переживаем протесты против расовой несправедливости и дискриминации. Существует движение «Black Lives Matter», и все ведут дискуссии о расе и различиях. Но почему не наоборот? Почему мы не видели, как африканские и азиатские колониальные империи эксплуатировали европейцев?

За последние 400–500 лет европейцы доминировали, покоряли, порабощали и эксплуатировали большую часть остального человечества различными способами. Остатки этих асимметричных отношений лежат в основе современных расовых отношений. Это происходит не только в США, но и почти повсюду в Западном полушарии. Когда вы смотрите в Бразилии на афробразильцев или афрокарибцев, вы видите это несоответствие между белыми и небелыми. Даже в Европе, где черное рабство никогда не присутствовало в широких масштабах, мы наблюдаем то же самое, например, во Франции и Великобритании, где лица африканского и азиатского происхождения подвергаются дискриминации со стороны белых людей в самых разных ситуациях: от ипотечных банков до полицейской жестокости. Это не расизм, под которым я подразумеваю, что людям не нравятся те, кто выглядит или звучит по-другому. Я говорю о чем-то большем, чем расизм: это расизм, связанный с неравенством или асимметрией. И они связаны с расизмом, как правило, подразумевающим неравенство, но это не одно и то же. Тогда вопрос в том, что является источником этого неравенства?

Очевидного ответа нет; нет ничего, присущего белизне, в европейской неизменной культуре, в христианстве или географии, что бы не объясняло ее в гораздо меньшей степени. Или фальшивых теорий, основанных на генетике, которые я даже не буду удостаивать вниманием. Но Восток не всегда был таким. Если вернуться на 1000 лет назад, то христианская Европа была невежественным, бедным, жестоким захолустьем. Напротив, если вы посмотрите на нехристианский или не белый мир, например, на Ближний Восток, или в Северную Африку, или на империю Сун в Китае, вы увидите сложные маленькие общества, которые добились значительных успехов в медицине, математике, инженерном деле, философии, литературе.

Надо думать об этом как о великом реванше, так как раньше европейцы были позади, а потом каким-то образом умудрились оказаться в выигрышном положении. Я думаю, что это были не биология, не география и даже не какие-то культурные изменения. Это должна быть история. Белые люди, или европейцы, получили какое-то загадочное преимущество над небелыми и позволили этому неравенству появиться. Оно породило ранний колониализм в XVI и XVII веках, вторую волну колониализма в XIX веке, огромный разрыв между доходами белых и небелых народов как внутри, так и между разными экономиками. Есть невероятная ирония в том, что европейцы смогли колонизировать, подчинять, порабощать и эксплуатировать людей по всему миру. Однако потомки этих покоренных и эксплуатируемых людей сегодня богаче, чем их предки, во многом благодаря тому, что сделали европейцы. Это исторический водораздел, который Дейдра Макклоски назвала «Великим обогащением», имея в виду не только разрыв между Западом и Востоком, но и повышение уровня жизни во всем мире.

Мы все еще сталкиваемся с наследием и остатками этой асимметрии. Если вы хотите объяснить происхождение Великого различия одним словом, то моим ответом будет «знание». Европейцы не имели никакого преимущества около 1250 г. н. э., в то время как другие цивилизации были более продвинутыми в науке и технологии, имели лучшую образовательную структуру, более высокую грамотность и больший человеческий капитал. Но к XVIII веку современники поняли, что разрыв есть. Вот знаменитая цитата из книги доктора Самуэля Джонсона. Вымышленный абиссинский принц спросил своего друга-философа Раселаса: «Почему так могущественны европейцы; или почему, раз уж они так легко могут плавать в Азию и Африку для торговли или завоеваний, азиаты и африканцы не могут вторгаться на их побережья, устанавливать колонии в их портах… те же самые ветры, которые переносят их обратно, приведут нас к тому же». Ответ был таким: «Они более могущественны, чем мы, сэр, потому что они мудрее; знание всегда будет преобладать над невежеством. Но почему их знания обширнее, чем наши, я не знаю». И это вопрос, который я буду обсуждать.

Знали ли европейцы больше других народов накануне промышленной революции? Важно было не только количество знаний, но и вид возникающих знаний: какие вопросы интересовали интеллектуалов, и какое влияние они оказывают на мир производства и торговли. Ответ на вопрос принца можно резюмировать двумя словами: мировоззрения и компетенции. Это результат изменений, произошедших в Европе за три столетия до того, как доктор Джонсон написал эти слова. Если вернуться к середине XV века, во времена изобретения печатного станка, и довести это до промышленной революции, то у вас есть 300 лет, которые иногда называют ранней современной Европой.

Я хочу определить, что значит для общества знать что-то. Социальное знание — это объединение знаний всех его членов. Таким образом, если хотя бы один человек знает факт, то общество его знает. Другой вопрос: может ли знание быть эффективным и изменить поведение людей? Эффективность знания зависит от нескольких вещей: какая часть людей знает определенную часть знания (плотность), как дорого человеку обходится приобретение знания (доступ), в какой степени люди его знают и верят в него (напряженность).

За три столетия до промышленной революции изменились факторы, влияющие на рост знаний. В течение этих веков европейцы развивали как мировоззрения, так и компетенции, которые побуждали их приобретать знания, дающие им преимущество в определенных возможностях. Это закончилось «господством белых», повлекшим за собой рабство, колониализм и этот огромный экономический разрыв в доходах и уровне жизни между Западом и остальным миром.

Давайте начнем с мировоззрений. Я думаю, что культура имеет значение, потому что мировоззрения — это своего рода сила того, что такое культура. Но это не неизменный и незыблемый фактор, как иногда думали некоторые люди. Между 1450 и 1700 годами культурная среда в Европе изменилась. Я остановлюсь на трех измерениях, которые меня больше всего интересуют. Первое — скептицизм. К 1450 году, в эпоху Возрождения, Европа находилась в процессе открытия науки Древней Греции и Рима заново. Они понимали, что там было много мудрости и многому можно научиться, но они начали понимать, что там было много ошибок. В Средние века, когда эти материалы еще открывались, большинство людей все еще верило, что знания великих греческих и римских философов и врачей по существу были священными. Тогда люди стали сомневаться в этом, и уже к 1500 году отношение постепенно начало меняться на скептическое. 200 лет спустя такие люди, как Коперник, Галилей, Декарт, Ньютон и многие другие, создали новую науку, которая с презрением отвергала классический «канон».

В середине XVI века французский философ Пьер де ла Раме уже писал диссертацию об ошибках Аристотеля, а 550 лет спустя Фрэнсис Бэкон писал: «(греческие ученые), безусловно, похожи на детей: своей готовностью говорить и неспособностью что-либо производить; ибо их мудрость кажется многословной и бесплодной в плане произведений». Уильям Гилберт написал книгу De Magnete, в которой объявил, что не будет тратить время на «цитирование древних и греков», так как они ничего не знают, а мы знаем все лучше. Я бы утверждал, что если вы хотите прогресса в знаниях, то вам нужен скептицизм. Все знания, как новые, так и старые, можно было оспорить. Это был лозунг Королевской академии в Лондоне.

Даже Библия не смогла избежать беспристрастного текстового анализа с помощью, по общему признанию, гетеродоксальных интеллектуалов, таких как Гоббс и Спиноза. Традиционалисты сражались отчаянно, а в конце XVII века и Франция, и Англия стали свидетелями битвы между древними, которые защищали греческое и римское наследие, и современниками, которые отказывались от него. Правда в том, что к 1700 году современники победили. Галилео, а затем Ньютон забили последние гвозди в гроб древней физики. Пострадала не только физика. Например, Уильям Харви показал, что модель человеческого тела Галена — циркуляция крови — была совершенно неправильной, и прославился открытием модели кровообращения. Франческо Реди показал, что аристотелевская вера в самозарождение растений и насекомых была ошибочной. Есть множество других примеров того, как классическая наука доказала свою ошибочность.

Посмотрите на Китай, на мусульманский мир, на Индию, даже на еврейскую цивилизацию в Европе до 1750 года; в основном это очень традиционные общества. У них есть труды предков, которым они поклоняются, и мнение, что люди, которые пришли до нас, были умнее нас. Если вы хотите чему-то научиться, вы должны посмотреть на их труды и попытаться понять, что они имели в виду, и тогда вы будете мудры и сможете найти все ответы в старых книгах. Такова точка зрения, от которой европейцы избавились в этот период. Возможно, они были менее привержены поклонению предкам, потому что жили в маленьких нуклеарных семьях, а не в крупных кланах или расширенных семьях. Возможно также, что одна из причин, по которой европейцы были более скептичны, заключается в полицентричном характере Европы или политической фрагментации. К 1500 году мировые путешествия начали заставлять людей осознать, что мир был не таким, как его описывали греками, и это, конечно, помогло разрушить их веру.

Второе измерение — открытость. Это исторический факт, что европейцы с самых ранних времен или даже в Средние века были готовы учиться у других цивилизаций, которых они недолюбливали, и с готовностью принимали их идеи. А затем они начали путешествовать. После 1500 года и великих путешествий они научились делать индийские пуговицы, китайский шелк, фарфор. Они вырастили много новых культур в Западном полушарии. Глупо спорить, что был «обмен, последовавший за открытиями Колумба», потом европейцы без всяких причин грабили золото и серебро, а некоторые люди хотели обратить США в христианство. Но в процессе они также много узнали об этих народах и техниках, и они принесли эти техники с собой в Европу. Это довольно удивительно. Если посмотреть на отношения между просто Европой и исламскими странами, то поразительно, как даже в эпоху высокого Средневековья европейцы перенимают то, чему они учатся у мусульман, например, бумагу, десятичные цифры, которые известны как арабские цифры, ветряные мельницы и т. д. В медицинской школе они преподавали по книгам, написанным мусульманскими врачами; они пили алкоголь, а это арабское слово. Они учили своих детей алгебре. Поражает то, что это очень асимметрично: европейцы были готовы учиться у других цивилизаций гораздо больше, чем другие цивилизации — у них. Это относится к Китаю и Японии после 1600 года; это относится к исламской цивилизации, которая сотни лет даже не хотела перенимать печатный станок. В Европе есть что-то странное: лучший пример, который у нас есть,— хлопок. Европейцы научились этой технологии у неевропейских обществ. Результатом стала промышленная революция, в которой хлопок сыграл такую важную роль. Есть пример, который мне очень нравится: в 1613 году Лейденский университет основал одну из первых в Европе кафедр арабского языка и культуры. Его первый обитатель Томас Эрпениус в своей вступительной лекции сказал: «В арабской культуре тьма мудрости, которой можно учить».

Фрагментация Европы может быть как-то связана с этим. Конкуренция с другими европейцами всегда означала, что вам нужно бежать, чтобы оставаться на месте. Вы просто знаете, что если где-то есть какие-то знания, то вы не хотите, чтобы их получили ваши соседи, а если их не получите вы, то это поставит вас в невыгодное положение. Я думаю, что это по крайней мере одна причина, но могут быть и другие.

Наконец, я хочу поговорить о неофилии. Европейцам нравилось узнавать новое, и они создавали институты, которые награждали интеллектуалов-новаторов: люди придумывали новые идеи, и если они принимались, то создатель пользовался очень высоким статусом. Одним из ярких примеров является великий Исаак Ньютон, который в свое время стал чем-то вроде национального героя. Сотни тысяч людей пришли на его похороны в 1727 году. Это относится и ко многим другим людям, которых вы могли вспомнить, которые почти стали известными и которые часто занимали удобные посты под покровительством. Это подразумевало, что от интеллектуалов ждали пользы, потому что их содержали эти богатые и могущественные люди, короли и императоры. Они предоставляли знания, которые были интересны покровителям: о медицине, навигации, инженерном деле, а также астрологии.

Описанное — это несколько необычный пример преимуществ хорошо функционирующего рынка. Рынок, который я имею в виду, это рынок идей. Рынок, на который вы смотрите в то время и видите конкуренцию. Все конкурировали как со стороны спроса, так и со стороны предложения. Интеллектуалы конкурировали друг с другом за рабочие места покровителей. Но со стороны спроса — университеты и королевские дворы — хотели, чтобы все самые известные и выдающиеся ученые провозглашали их величие, но при этом и оказывали определенные услуги, такие как медицинская помощь и другие. То, что ценилось в этом мире,— репутация ученых среди коллег в академическом мире. Чтобы получить такую репутацию, нужно было быть новатором. В результате между 1500 и 1750 годами было предложено много радикально новых идей. Где-то разработки были сделаны самими европейцами, где-то — переняты у других. Очевидно, что не все эти новые идеи очень хороши. Я бы даже осмелился сказать, что, наверное, большинство из них были плохи. Мы не знаем о многих плохих идеях, но если вы начнете копаться в литературе, вы увидите, сколько было ерунды, и как все эти новые теории были фальшивыми или просто ошибочными. У фальшивых новостей и псевдонауки хотя бы есть что-то общее: их труднее опровергнуть. Были популярны такие вещи, как астрология и нумерология. И вы видите, что в конце концов есть прогресс на пути к идеям, которые по крайней мере работают. Везде, где это возможно, знания, которые работали, приносили пользу, и это, конечно, очень важно. Вот один пример: слева вы видите Эванджелиста Торричелли, ученика Галилея, который первым обнаружил вакуум, и то, что Земля покрыта атмосферой, и что есть атмосферное давление. Поэтому мы видим первый барометр в его руке. Рядом с ним вы видите вакуумный насос Роберта Бойла. Справа от него вы видите первое применение этого. Это первая модель, и мы должны отметить, что он не сработал, но его первый раз решили использовать как двигатель. Справа вы видите самый первый паровой двигатель, который когда-либо был построен,— новый двигатель Ньюкомена (1712). Что же объясняет эту европейскую неофилию?

Во всех обществах есть люди, которые мыслят нестандартно, являются нонконформистами и скептиками, но при этом их стимулы и риски разнятся. Это имеет большее значение в традиционных обществах, где новаторство или иконоборчество несет в себе риск. Люди не вознаграждают ересь, вероотступничество или богохульство. Сегодня мы едва ли используем это слово, если только вы не живете в Пакистане, где до сих пор есть законы о богохульстве. Если посмотреть на раннюю современную Европу, многих из этих новаторов преследовали по закону. Самый известный из казненных — Джордано Бруно, который был сожжен заживо в 1600 году в Риме. Но эта реакционная политика не работала, потому что она требовала координации со стороны субъектов, которые проводят в жизнь консервативную политику. Но из-за полицентричности Европы координация отсутствовала, и люди, которые были умны и были интеллектуальными новаторами, противопоставляли конкурирующие державы друг другу и перемещались между этими политическими силами, и многие из них это делали.

Есть два примера: один из них — монах-еретик Томмазо Кампанелла (1568–1639). Его посадили в тюрьму, где он написал семь книг. Из-за своего доброго нрава он был освобожден, и книги вышли, в том числе та, которая защищала Галилея. Последние годы он провел во Франции, где получал поддержку Людовика XIII. Вот еще один известный человек — Ян Амос Коменский — прогрессивный философ и последователь Фрэнсиса Бэкона. Он был очень свободолюбив и проводил время в Польше, Швеции, Голландии, Англии. Ему даже предложили председательскую должность в Гарварде в 1636 году, которую он мудро отклонил. Он умер в Амстердаме. Люди переезжали, и нельзя было подавить новые идеи в мире вольных интеллектуалов. В результате к концу XVII века, я бы сказал, мы видим нечто вроде интеллектуальной толерантности. Он был очень свободен и провел время в Польше, Швеции, Голландии, Англии. Преследования не уходят совсем, но гонения на этих новаторов постепенно сходят на нет. К середине XVIII века они были уже больше для показухи. Я думаю, что это произошло не потому, что правители стали более терпимыми и просвещенными. Скорее это было бессмысленно — если бы вы преследовали этих людей, они бы просто собрали вещи, пошли бы в другое место и перешли бы к вашим конкурентам; вы не хотели, чтобы это произошло.

Теперь позвольте мне немного поговорить о компетенциях. Вот новый вопрос: когда люди придумывали новые идеи, что-то ограничивало их эффективность. Так у нас появляется много новых идей, но они не всегда могут быть реализованы. Самый известный пример — Леонардо, который нарисовал сотни чертежей с технологическими идеями. Но эти идеи не могли быть коммерчески реализованы или даже масштабированы. Некоторые из них можно было бы построить, но нельзя было масштабировать. Вот два примера, которые были построены, но не масштабированы: это подводная лодка, построенная в 1620 году голландцем Корнелиусом Дреббелем. Она была в Англии, в Темзе. Второй — калькулятор, сконструированный Блезом Паскалем в 1642 году. Оба изобретения вполне прилично работали, но подводные лодки не используются активно в военных действиях еще 250 лет. Механические калькуляторы не используются до позднего XIX века. Ответ, конечно, очень прост: мастерство и материалы. Это форма знаний в первую очередь своего рода задача; это не то, что записано. Это то, что я называю компетенциями. Здесь я хотел бы утверждать, что Европа медленно получает преимущество. Даже если вернуться до 1400 года и сравнить Европу с Китаем или Индией, эти народы все равно обладают превосходными технологическими возможностями в судостроении, навигации, металлургии, гидравлике, инженерных науках. Но европейцы медленно догоняют их. Когда первые иезуиты прибыли в Китай в 1582 году, они указали, что Китай отстает в некоторых технологических областях, но не всех. Многие из навыков, которыми китайцы обладали в более ранние времена, были утрачены. Я думаю, что до сих пор не ясно, что в 1550 или даже в 1600 году у Европы не было преимущества; Азия до сих пор производит чрезвычайно изысканные товары, которые достаточно сильно нужны европейцам, чтобы ради них плавать вокруг Африки. К 1700 году европейские ремесленники быстро совершенствуются. Особенно это касается Британии, что, возможно, не случайно. Там все больше ремесленников, которые делают высококачественные часы, телескопы, микроскопы, насосы и после 1712 года паровые двигатели. Но это также верно и для континента, а не только для Британии. В 1731 году француз Жак де Лукас смастерил игрушечную «утку Вокансона». Она могла есть зерно и испражняться. Она также могла выполнять различные трюки, чтобы аристократы сидели, хлопали в ладоши и поднимали руки. Эти ремесленники становились все лучше в изготовлении точных инструментов и станков. Это, конечно, помогает объяснить время и место промышленной революции. Вот, я думаю, кое-что, что я готов защищать: почему ни одно из изобретений Леонардо никогда не стало реальностью, а изобретения Джеймса Уатта — да? Я написал стихотворение об этом.

Различие одно

Меж Леонардо и Уаттом

У Уатта был Уилкинсон

А у Леонардо — не было

Вот Джон Уилкинсон, он был металлургом. Он был парнем, который понимал ценность идей. Он обладал высокой степенью точности, которая была необходима, если вы собираетесь строить паровой двигатель. Людям это нравилось. Уилкинсон был просто одним из многих, и это сделало промышленную революцию возможной, потому что у них были эти компетенции. Если вы услышите о прогрессе в ремесленном мастерстве, есть статья Моргана Келли и Кормака О`Града, в которой отмечается, что между 1685 и 1810 годами, а также в течение XVIII века реальная цена на часы упала. Улучшение мастерства изготовления часов является результатом обучения на собственном опыте, микроинноваций и разделения труда. Они становились лучше в том, что делали: то же самое относится и к изготовлению оружия. У Хоффмана есть расчеты, в которых он показывает, что общая факторная производительность при изготовлении пистолетов возрастает примерно на 1,1%. Ремесленники становятся все лучше и лучше. Некоторые утверждают, что нам не нужны большие изобретения, нужно только оружие. Наверное, это неправильно. Что нам нужно вместо — глубокая взаимодополняемость между формальным знанием, как в примере о Торричелли ранее, и людьми, которые были мастерами и инженерами, создавшими эти вещи. Именно сотрудничество этих типов знаний делает каждого европейца исключительным. Это то, что я называю верхним хвостом человеческого капитала, о котором люди пишут уже давно. Это говорит о том, что технологическим прогрессом движет элита ремесленников и ученых. Адам Смит, который жил в начале промышленной революции, хотя и не знал этого, выразил это, когда отметил, что «думать или рассуждать — это, как и любая другая работа, конкретное занятие, которым занимаются очень немногие люди, снабжающие общественность всей полнотой мысли и разума, которой обладают огромные массы людей, которые трудятся». Преимущества «размышлений философа… могут, очевидно, дойти до самых подлых из людей, если они приведут к усовершенствованию механических искусств». Речь не только о компетенциях в механике, но и в материалах. Одним из примеров является совершенство так называемого тигельного процесса, который был сделан Бенджамином Хантсманом в Англии в 1740 году. Он произвел сталь, которая значительно превосходила другую и была очень высокого качества, но, к сожалению, была не очень дешевой. Даже Фридрих Энгельс в своем «Состоянии рабочего класса в Англии» (1844) приписывает большую часть промышленной мощи Англии открытию Хантсмана, которое сделало возможным использование высококачественных инструментов и машин. Я думаю, что успех Европы в накоплении этих знаний в значительной степени объясняется тем фундаментальным пониманием, что ремесленники и ученые должны разговаривать друг с другом.

Считалось, что наука и математика служат практическим целям. Сам Исаак Ньютон говорил, что геометрия «была придумана не для голых предположений, а для использования на рабочем месте», а это означало, что ее методы должны быть такими, «любой практик нашел их легко применимыми в своих измерениях». То же самое было верно и в отношении высшей математики, которую он помог изобрести и которая оказалась полезной во многих областях применения, например, в гидравлической инженерии. Феномен, который я описал здесь, это то, что я назвал промышленным просвещением. Многие ученые XVIII века сами глубоко интересовались практическими задачами и не боялись испачкать руки. Никаких «башен из слоновой кости», в которых они сидели и размышляли о природе Вселенной, для них не существовало! Вспомните химика Джозефа Пристли, который открыл кислород в 1774 году. Но он также изобрел газированную воду и ластик для карандашей. Это довольно прозаичные, бытовые изобретения, но сделанные ученым. Есть эта взаимодополняемость между савантами, как французы называли людей, которые знают вещи, и фабрикантами, людьми, которые делали эти вещи. Эти две характеристики давались одним и тем же людям. Одним из примеров этого типичного человека промышленного просветления является Рене Риумур (1683–1757). Он был математиком и всю жизнь был ведущим членом Французской академии наук. Но посмотрите на его труды: он работал над железом и сталью, занимался энтомологией, демонстрировал возможности использования стекловолокна, предлагал бумагу, сделанную из дерева и т. д. В Британии эта связь между наукой и промышленниками была глубоко укоренена в обществе. Современный экономический рост обусловлен таким сочетанием мировоззрений или культуры, и компетенций или навыков. Гений промышленного просвещения и его роль в подъеме Европы — это не просто вера в прогресс, а предположение о том, как его достичь, а затем конкретное решение, которое поможет его осуществить. Это две составляющие: одна, о которой я говорил, навыки и знания, а другая, о которой у меня не будет времени,— это совершенствование институтов, составляющих эту среду. Такими были все крупные изменения в период между 1760 и 1830 годами.

Теперь разберем актуальный вопрос: а как же будущее? Может ли прогресс продолжиться? Где-то говорится, что с тех пор, как наши храмы были разрушены, искусство пророчества было дано дураку, и каждый мой знакомый экономист нарушал эту мудрость. Сейчас я присоединюсь к этой толпе, но я не собираюсь делать никаких новых предсказаний, а просто выскажу два мнения.

Будет ли гарантирован непрерывный прогресс? Мировоззрение, о котором я говорил, скептицизм, открытость, неофилия все еще с нами, и сейчас они сильнее, чем когда-либо. Скептицизм — это хлеб и масло нашей науки. Каждая работа, которую вы когда-либо напишете, пойдет к рецензентам, и они найдут в ней что-то неверное. Даже после вашей публикации люди говорят: «Да, мы в это не верим, давайте проверим это на большем количестве данных». Так работает научный прогресс. С точки зрения нашей способности разрабатывать новые технологии, ответ — да. Нет ничего более ошибочного, чем убеждение моего многоуважаемого коллеги Роберта Гордона и других людей в том, что все плоды были собраны, и все, что можно было придумать, было придумано, вот и все. Но прогресс также зависит от правильной институциональной и политической обстановки. Нет никаких гарантий, что они будут продолжать развиваться, и они могут регрессировать. Эти институциональные особенности важны для продолжения экономического роста: экономическая свобода, верховенство закона, гражданское общество, низкий уровень коррупции, терпимость к инакомыслию, свободная пресса, права человека и др. В экономической истории нет ничего, что могло бы свидетельствовать о том, что эти концепции будут продолжать развиваться именно так, как развивается знание. Большую опасность я вижу в несбалансированном росте. Я имею в виду постоянное расширение полезных знаний в области биологии, физики, химии, нанотехнологий и т. д. Этот разрыв может создать беспрецедентные опасности для человечества, такие как ядерное оружие или даже хуже. Причина, по которой историки экономики говорят о технологическом прогрессе, но об институциональных изменениях. Прогресс предполагает некую тенденцию, некое продвижение к еще более высоким уровням, в то время как изменения просто могут быть стационарным процессом, в котором нет тенденции. Я думаю, что есть некоторые основания полагать, что так оно и есть. Итак, у нас есть институциональный прогресс по сравнению с технологическим прогрессом. На этом я хочу закончить цитатой из заключительного абзаца книги Зигмунда Фрейда «Будущее иллюзии»: «В то время как человечество достигло постоянного прогресса в своем контроле над природой, и от него ожидают еще большего, невозможно с уверенностью утверждать, что подобный прогресс был достигнут в управлении человеческими делами».

Вопросы и ответы

Каково ваше мнение об альтернативных объяснениях европейского роста, включая географические, биологические и другие факторы? В частности, насколько важен доступ к колониальным ресурсам для развития Европы? Был ли бы такой рост возможен без колоний?

Чтобы ответить на этот вопрос, я хочу вернуться к вопросу, который я поднял в самом начале. У европейцев были колонии, но эти колонии были обусловлены тем, что они уже обладали превосходящими знаниями с самого начала, что и послужило причиной того, что они колонизировали часть Азии, американский континент, а затем и Африку. Я думаю, что колонизация — это следствие, а не причина. Но есть и обратная связь: лучше иметь колонии, чем не иметь их. Но я очень сомневаюсь, что даже без колоний у Европы не было бы подобной истории, потому что ничего из того, о чем я говорил сегодня, сильно не зависело от колоний. То, что они получали из колоний, по крайней мере до 1787 года (начало революции хлопка), были в первую очередь такие предметы, как сахар, специи, фарфор и т. д. Но трудно утверждать, что сахар и другие вещи были необходимы для экономического развития, за исключением, возможно, того, что он заставлял зубы людей гнить быстрее и, возможно, вызывал у них диабет, если они ели слишком много сахара. Кроме того, мне было трудно понять, почему сахар был так важен. Большая часть рабства в Новом Свете была создана поначалу для производства сахара и других вещей, но в основном сахара. Другой товар, который пришел из колоний,— это табак, и это говорит о том, какое большое экономическое воздействие это имело, кроме того, что вызывало у людей рак легких. Правда, как только начинаешь говорить о хлопке, все по-другому: хлопок нигде в Европе не растет, и это очень важная часть промышленной революции. Вот интересный исторический феномен: импорт хлопка из Северной Америки начался именно тогда, когда североамериканские колонии перестали быть колонией и стали независимым государством. Урок из этого заключается в том, что для получения ресурсов не нужно колонизировать неевропейский регион, их можно купить: так и поступала Великобритания и другие страны. Эти вещи в какой-то степени способствовали промышленному росту, но трудно сказать, почему именно это стимулировало бы те вещи, о которых я говорил. Вы смотрите на этих гигантов научной и промышленной революции; вы можете составить их список и спросить себя, сколько из них не сделали бы того, что они делали, если бы не имели колоний. Наверное, можно найти одно или два, но по большому счету, там были инженеры, химики и всевозможные высококвалифицированные или умные люди, которые просто смотрели на рынок вокруг них, пытаясь продать вещи, которые были проще, дешевле, лучше. Я не думаю, что колонии так уж сильно отличались друг от друга. Кеннет Померанц в своей книге «Великая дивергенция» рассказывает об этом призрачном участке земли, который поставляет ресурсы в Европу. Он не играет никакой роли, так как был важен в основном после того, как игра уже закончилась, после 1850 года с расцветом железных кораблей. Внезапно Европа получает доступ к этим фантастическим ресурсам из других мест, но к 1850 году ее превосходство уже было установлено. Поэтому я не из тех, кто ведется на аргумент о том, что колонии были причиной тех явлений, о которых я говорю. Я думаю о них гораздо больше как о последствии, даже если есть некая положительная обратная связь.

Насколько религия, география, право и культура способствуют экономическому развитию?

Я хочу сказать кое-что об институтах — речь пойдет о войне. Я думаю, что люди кое-что упускают: некоторые исследователи склонны ассоциировать институты с политикой, властью, государством. Это целый подраздел литературы о возможностях государства, фискальных возможностях, о том, как правители и различные другие субъекты, которые имели власть, начинали предоставлять общественные блага. На мой взгляд, институт, который, вероятно, играл по крайней мере большую роль, является своего рода транснациональным институтом, о котором я провожу длинную главу в своей книге под названием «Республика писем». Республика писем — виртуальная институция, это сеть интеллектуалов, которая у нас до сих пор есть, но у нее нет ни короля, ни правителя. Это совершенно новая сущность, никем не организованная и никем не спроектированная. Она устанавливает правила для интеллектуальных инноваций, и самое главное, когда вы открываете что-то или имеете новую идею, вы помещаете ее в общественное пользование. Вы не держите это в секрете, как что-то, чему только вы можете научить своих учеников; вы публикуете это. Открытая наука была движущей силой, но она не была законодательно закреплена ни французским королем, ни английским королем, ни немецким императором, ни папой римским. Это новое свойство; оно возникает в позднем Средневековье или в начале Нового времени. Существовали и другие принципы, например, спорность: другие люди могут проверить вас и выяснить, правы ли вы, или нет. Я думаю, что это учреждение гораздо важнее, чем то, что делали Людовик XIV или императора Рудольф. Роль правителей и роль государства в подъеме европейской науки и техники довольно ограничена. В Европе прогресс в области знаний в значительной степени осуществляется частным сектором: это частные лица, интеллигенция и предприниматели, которые в высшей степени конкурентоспособны, пытаясь продать свои идеи своим коллегам. Сами правительства, за некоторыми исключениями, играли довольно скромную роль в продвижении знаний вплоть до XIX века, затем это становится более сложной историей. Это очень отличается от ситуации в Китае, где при династии Сун, в частности, мы видим много изобретений, но они были сделаны бюрократами, людьми на государственной службе. В основном открытия в области распространения знаний лучше осуществлялись правительством. Это неплохая система, она работала некоторое время. На самом деле к 1200 году Китай был далеко впереди Европы, но проблема в том, что если оставить продвижение знаний государственному сектору, если оставить их императору, то в какой-то момент император может решить, что мы больше не заинтересованы, мы хотим мира и стабильности без всего этого нового. Вот что происходит в Китае при династиях Мин и Цин. Это одна из причин, почему Китай не мог идти в ногу с Европой.

В Европе некоторые правительства не любили новых вещей, но если их не любят, то новаторы просто уходят куда-нибудь еще. В Европе есть места, где реакционное правительство критично. Но что будет, если люди просто уйдут куда-то еще, и прогресс будет продолжаться в другом месте? В этом смысле, думаю, роль государства, наверное, довольно скромная, и это действительно имеет большое значение: вы же не хотите, чтобы правительство тоже вмешивалось. Брак между технологией и государством — это как плохой брак: они не могут жить друг с другом, и они не могут жить друг без друга. Я думаю, что институты имеют большое значение, они сделали гораздо больше, чем просто государство, возможности, налоги, общественные блага и т. д. Я думаю, что война была главным стимулятором экономического развития.

Могли бы вы прокомментировать опыт имперской России и Советского Союза? Как они вписываются в приведенные вами аргументы?

Наверное, я один из немногих, кто связан с этим разговором и кто помнит запуск спутника, и каким огромным событием это было. Мы не просто первый раз посылали спутник в космос, это плановая экономика, в которой наука и технологии контролировались правительством, превзошла экономику свободного предпринимательства. Таким был вывод газет и радио в то время — плановая система работает лучше, чем наша. Внутри Соединенных Штатов существует целая группа экономистов, которые считают, что именно так должна быть организована экономика, потому что технологически это более совершенная система. Теоретически, я думаю, что это оправдано, потому что все мы знаем, что у рынка, насыщенного технологиями и наукой, случаются серьезные провалы с точки зрения уместности фиксированных затрат. Это базовая экономика науки и технологий: свободный рынок, который с трудом организуется, и нам действительно нужны планы и правительство, чтобы вмешиваться и делать это за нас. Априори это не то, что может быть решено теорией. Только опыт может научить нас этому. Я думаю, что это не стакан, который пуст или полон, нет никаких сомнений, что с технологической точки зрения советская система была полным провалом. Однако в 1980-х годах стало совершенно ясно, что плановая экономика не так инновационна, как экономика свободного рынка. Я думаю, что к настоящему времени вы найдете очень мало экономистов, которые утверждали бы, что без серьезного государственного вмешательства мы не сможем продолжать инновации. Но я думаю, что, по сути, это то, от чего именно зависят инновации. Что всегда делала Европа? Конкуренция, свободный доступ, терпимость к нонконформизму. Что вы видите в Европе? Вам нужны общества, в которых люди готовы быть нонконформистами или интеллектуальными девиантами — людьми, которые идут против устоявшегося порядка. Дело в том, что если посмотреть на людей, которые являются нонконформистами, которые, возможно, эксцентричны или необычны, то 99 из 100 из них будут сумасшедшими, придумывающими неработающие теории, которые закончат на свалке истории. Но кто-то придумает что-то блестящее, и вы никогда не узнаете кто именно. Вы должны быть терпимы ко всем. В свободной экономике одной из свобод, которая у вас есть,— это свобода быть сумасшедшим, чтобы по крайней мере придумать какую-нибудь безумную идею. Время от времени кто-то с сумасшедшей идеей приходит к гениальному решению, которое изменит мир. Это, я думаю, очень важно. Теперь я скажу кое-что еще, если ты спросишь меня о России. Я использовал пример России как один из ярких примеров того, как хорошо работала европейская система, потому что ты смотришь на историю России до 1917 года и понимаешь одно: то, что почти все их институциональные и технологические усовершенствования являются частью конкурентной государственной системы, которая возникает в Европе. Вплоть до Петра I, который уехал на Запад, в Голландию и Англию учиться, потому что ему пришлось бороться со шведами. И это происходит в России снова и снова. У вас есть консервативные правительства, которые не хотят иметь ничего общего с инновациями, но потом понимают, что отстают. Они проигрывают Крымскую войну, и понимают, что нужно поменять систему. Конкуренция России с европейскими соседями — это очень хороший пример того, как устроена Европа, потому что у Китая нет соседей, которые угрожали бы ему так, как угрожали бы России немцы, или австрийцы, или турки, или шведы. Им не нужно было так сильно беспокоиться о том, чтобы постоянно быть на одном уровне. В этом смысле я думаю, что опыт России — очень хороший пример того, как работает европейская система, и то, что было верно для России, было верно и для всех остальных, потому что у всех были соседи, и они беспокоились о них, поэтому это позволило этой конкурентной системе добиться хороших результатов в очень долгосрочной перспективе, а также нескольких очень плохих результатов, таких как война.

Какие области остались неисследованными в контексте проблемы Великой дивергенции? Где граница?

Это часть моего совместного труда, который до сих пор не опубликован. Мы работаем над короткой книгой, в которой пытаемся рассмотреть различия в социальной организации. Дело в том, что один из принципов, по которому Европа отличается от Китая, и это, возможно, лежит в основе Великой дивергенции, заключается в том, что в Европе в Средние века нуклеарная семья стала фундаментальной ячейкой организации общества. Есть много работ, выпущенных разными людьми, которые рассматривают важность семейной структуры, где семьи живут в небольших ячейках или в расширенных ячейках/частях кланов,— оказывается, что это сильно коррелирует. Мы смотрели на общую нравственность, а не на ограниченную. Общая нравственность — это мир, в котором вы не относитесь к членам своей семьи иначе, чем к другим людям; вы уважаете и подчиняетесь правилам большого общества, потому что чувствуете, что это правильный способ вести себя. В этом большое отличие от государственной системы или конкуренции между нациями, о которых я говорил. Она отличается от колониализма. Она восходит к фундаментальным основам общества и к тому, что они означают для культуры. Это один из рубежей, к которому мы движемся. Другая проблема, к которой мы вернемся,— это важность религии. Я имею в виду не стандартный веберианский спор католиков против протестантов, а скорее то, что религия предписывает по поводу того, насколько вы готовы к инновациям, насколько вы готовы бросить вызов природе, нанести вред окружающей среде. Если вы думаете, что Бог создал эту среду для вас, чтобы вы могли делать все, что хотите, в отличие от религий, которые видят в вас скорее хранителя, который отвечает за поддержание окружающей среды такой, какая она есть. Эти различия важны. Я утверждал, что один из способов, которым религия имела значение в европейском прошлом, это то, что европейские верования антропоцентричны; они ставят человека в центр творения, Бог создал эту вселенную для нас. Если мы пользуемся ею, мы показываем, насколько он велик. Это то, что достойно дальнейшего изучения. Итак, это два рубежа, о которых я сейчас думаю.

Пять лучших мест в Европе для создания нового бизнеса

Перенесите свой новый стартап в любую из этих процветающих экономик.

2016 год был неспокойным для политической среды США и Великобритании. После шокирующего решения Великобритании покинуть ЕС фунт спотыкался и шатался, и многие предсказывают, что экономика Великобритании замедлится в преддверии вступления в силу статьи 50.

Такая неопределенность не создает идеальных условий для начала нового бизнеса, поэтому предпринимателям будет прощено искать дом для своего нового предприятия в другом месте.Имея это в виду, Ренни Попула рассказывает о лучших местах для начала бизнеса по версии Forbes и о том, что следует учитывать, когда вы туда доберетесь.

1. Дания

Второй год подряд Дания возглавляет рейтинг лучших стран для ведения бизнеса по версии Forbes. Благодаря низкому уровню коррупции, прозрачному нормативно-правовому климату и сильной рыночной экономике Дания заняла высокие места по всем 11 показателям, которые Forbes использует для определения своего рейтинга. Процессы и затраты на открытие бизнеса также минимальны: создание компании в Интернете занимает всего 24 часа.

Дания является одной из наиболее эффективных экономик ЕС, характеризующейся сильным ростом, низким уровнем безработицы и сильным ВВП на душу населения. Владельцы бизнеса также обнаружат, что необходимая инфраструктура уже существует, а с зажиточным и хорошо образованным населением найти потребителей в Дании значительно проще, чем во многих других странах.

Поскольку вы являетесь частью ЕС, вы можете начать бизнес в Дании как идеальных воротах для доступа к скандинавскому или более широкому европейскому рынку из-за его гибких языковых требований и географической близости к Швеции, Норвегии и Западной Европе.

2. Новая Зеландия

За последние несколько десятилетий Новая Зеландия преобразилась, уменьшив свою зависимость от сельского хозяйства и создав свою промышленность, которая повысила реальные доходы и ВВП. Страна может похвастаться открытой экономикой с высоким уровнем экономической свободы. Кроме того, после финансового кризиса Новая Зеландия пережила устойчивый экономический рост.

Создать бизнес в Новой Зеландии относительно просто. Индивидуальные предприниматели могут работать без каких-либо формальных или юридических процедур, тогда как компании могут быть зарегистрированы онлайн в течение нескольких часов с очень небольшой комиссией (около 150 новозеландских долларов).

Регуляторные барьеры также минимальны, и, поскольку правительство делает все возможное для поощрения иностранных инвестиций, система налогообложения остается благоприятной для бизнеса. Если вы хотите открыть бизнес в Новой Зеландии, в строительном секторе есть много возможностей, особенно для дизайнеров и инженеров. А благодаря одному из самых финансируемых секторов общественного здравоохранения в мире Новая Зеландия является отличной отправной точкой, если вы хотите продвигать бизнес в сфере здравоохранения или медицинских технологий за рубежом.

3.Норвегия

Благодаря одному из самых высоких показателей ВВП на душу населения в мире, безработице ниже 4 % и инфляции, колеблющейся около отметки 2 %, экономика Норвегии оставалась сильной на протяжении всего мирового финансового кризиса. В то время как в его экономике преобладает нефтегазовый сектор, на долю которого приходится 65% всего экспорта страны, существуют возможности для иностранных компаний, предлагающих качественные товары населению с высокими доходами.

Бизнес-среда привлекательна для иностранных инвесторов, поскольку создание бизнеса требует небольших затрат, а отличная инфраструктура означает, что вести бизнес может быть просто.Норвегия не является членом ЕС, но как член Европейской экономической зоны (ЕЭП), придерживается той же торговой практики и пользуется свободной торговлей с остальной частью ЕС.

4. Ирландия

Несмотря на то, что экономика Ирландии столкнулась с трудностями во время финансового кризиса, за последние несколько лет Ирландия пришла в норму благодаря сильному росту ВВП в 2015 году (5,2%). Для этого правительство ввело ряд благоприятных для бизнеса мер для поощрения внутренних инвестиций, в том числе низкий налог на прибыль всего в 12.5 % и упрощение процесса открытия бизнеса в стране.

Ирландия привлекла ряд крупных технологических компаний, включая Facebook, Google, LinkedIn и Twitter, штаб-квартиры которых находятся в столице региона EMEA. Это способствовало развитию динамичной технологической сцены и привлечению в регион большого количества талантов и инвестиций.

Если вы представляете международную компанию с новаторской идеей, которая хочет реализоваться в Ирландии, Enterprise Ireland предлагает практическую поддержку, советы, а иногда даже инвестиции предпринимателям, у которых есть инновационный продукт и технология.Другие схемы, такие как MicroFinance Ireland и Jobplus, также предлагают финансовую поддержку стартапам в стране.

5. Швеция

Швеция характеризуется одним из самых высоких стандартов жизни, чему способствует либеральное правительство и смешанная экономика со значительной поддержкой социального обеспечения в сочетании с открытым рынком. Несмотря на то, что экономика замедлилась во время финансового кризиса, Швеция продолжает демонстрировать умеренный экономический рост и считается одним из самых стабильных регионов для ведения бизнеса.

Открытие бизнеса в Швеции — довольно простой процесс, и для компаний, принадлежащих иностранным акционерам, не возникает дополнительных препятствий. Регистрация компании занимает около двух недель и стоит от 1900 до 2200 шведских крон, в зависимости от того, делается ли это онлайн или по почте.

Ведение бизнеса в Швеции может быть дорогостоящим из-за значительного налогового бремени, включая 25% НДС. Однако зрелость рынка с устоявшейся потребительской базой среднего класса, надежной инфраструктурой и прозрачностью регулирования означает, что компании, предлагающие высококачественные продукты или услуги, скорее всего, сочтут Швецию подходящей для бизнеса.

Вы планируете начать новый бизнес за границей? Позвоните нашей опытной команде по телефону +44 207 801 1065, чтобы обсудить ваши требования и узнать, как World First может сделать ваши международные переводы быстрее и проще. Или узнайте больше здесь.

Europe — ProfitableVenture

Вы хотите начать прибыльный бизнес в Португалии как иностранец? Если да, вот 50 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в Португалии. Португалия, официально известная как Португальская Республика, является страной, расположенной в основном на Пиренейском полуострове в юго-западной Европе, с населением 10 291 027 человек, как…

Вы хотите начать бизнес в Нидерландах как иностранец? Если да, вот 50 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в Нидерландах.Нидерланды — страна на северо-западной оси Европы. Обычно ее называют Голландией, что в принципе неверно, так как Голландия — это просто название…

Хотите начать бизнес в Италии как иностранец? Если да, вот 50 лучших прибыльных идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в Италии. Италия, которая официально известна как Итальянская Республика, является европейской страной, а также одним из основателей и ведущим членом Европейского Союза и стран Шенгенского соглашения. The…

Хотите начать бизнес во Франции? Если ДА, вот полное руководство, а также юридические требования для начала прибыльного бизнеса во Франции в качестве иностранца.Франция не является страной, известной своей экономикой свободного предпринимательства или страной с высоким уровнем предпринимательского духа. Правительство играет активную роль…

Вы хотите начать бизнес в Испании, но у вас нет идей? Если да, вот 50 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в Испании на 2022 год. Испания — страна на Пиренейском полуострове в Европе. Он включает в себя 17 автономных областей с разнообразной географией и культурой. Климат в Испании преимущественно средиземноморский. Для…

Хотите начать бизнес в Грузии как иностранец? Если ДА, вот полное руководство, а также юридические требования для начала прибыльного бизнеса в Грузии без денег.Грузия является формирующимся свободным рынком. Его валовой внутренний продукт резко упал после распада Советского Союза, но восстановился в…

Вы хотите начать бизнес в Италии как иностранец? Если ДА, вот полное руководство, а также юридические требования для открытия прибыльного бизнеса без денег в Италии. В течение долгого времени Италия была очень популярным местом для туристов, однако в последние годы эта страна стала еще более…

Хотите начать бизнес в Испании как иностранец? Если ДА, вот полное руководство, а также юридические требования для начала прибыльного бизнеса в Испании без денег.Испания со столицей в Мадриде является европейской страной и членом Европейского Союза, Организации экономического сотрудничества и развития,…

Вы хотите начать бизнес в Нидерландах как иностранец? Если ДА, вот полное руководство, а также юридические требования для открытия прибыльного бизнеса в Нидерландах. Недавний отчет, опубликованный Всемирным банком и Международным валютным фондом, показывает, что Нидерланды были 18-й по величине экономикой мира в…

Вы хотите начать бизнес в Швейцарии как иностранец? Если да, вот 50 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в Швейцарии.Швейцария официально известна как Швейцарская Конфедерация, и страна расположена в Западной, Центральной и Южной Европе. Швейцария состоит из 26 кантонов, включая город Берн…

Вы заинтересованы в открытии бизнеса в Грузии? Если да, вот 10 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в Грузии. Грузия — европейская страна, расположенная между Западной Азией и Восточной Европой, но считается восточноевропейской страной; она граничит с Россией, Турцией, Арменией, Азербайджаном и Черным…

Вы заинтересованы в открытии бизнеса во Франции? Если да, вот 10 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей во Франции.Франция, также известная как Французская Республика, расположена в Западной Европе. Французская Республика является членом Европейского Союза, а также стран Шенгенского соглашения. Столица…

Вы заинтересованы в открытии бизнеса в Германии? Если да, вот 10 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в Германии. Германия, официально признанная Федеративной Республикой Германия, расположена в западно-центральной Европе и входит в страны Шенгенского соглашения. Столица и…

Вы заинтересованы в открытии бизнеса в Эстонии? Если да, вот 10 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в Эстонии.Эстония по прозвищу Балтийский тигр — европейская страна, расположенная в северной части европейского континента; это часть Прибалтики….

Вы хотите начать прибыльный бизнес в Венгрии как иностранец? Если да, вот 50 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в Венгрии. Венгрия – европейская страна, расположенная в Центральной Европе. Столица и крупнейший город Венгрии – Будапешт. Венгрия граничит с 7 европейскими странами; Австрия,…

Вы заинтересованы в открытии бизнеса на Кипре? Если да, вот 10 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей на Кипре.Кипр – островное государство, расположенное в восточной части Средиземного моря. Его столица — Никосия. Кипр является членом Европейского…

Вы хотите начать прибыльный бизнес в Греции как иностранец? Если да, вот 50 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в Греции. Греция — передовая и развитая страна, расположенная в южной части Европы, ее столицей и центром власти являются Афины. Он имеет…

Вы хотите начать прибыльный бизнес в Дании как иностранец? Если да, вот 50 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в Дании.Северную европейскую часть мира составляют несколько стран, и одним из таких государств является Дания. Она известна как скандинавская страна и…

Вы хотите начать прибыльный бизнес в Норвегии как иностранец? Если да, вот 50 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в Норвегии. Норвегия или Королевство Норвегия, как его называют, является скандинавской страной и частью Европейского Союза. Норвегия граничит со Швецией, Финляндией, Россией и…

Хотите начать прибыльный бизнес в России как иностранец? Если да, вот 50 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в России.Россия, безусловно, является самой большой страной в мире по площади, которую она занимает. Последние статистические данные поставили Россию на 9-е место среди самых густонаселенных стран…

Вы хотите начать прибыльный бизнес в Швеции как иностранец? Если да, вот 50 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в Швеции. Швеция — скандинавская страна, расположенная в северной части Европы. Швеция граничит с Норвегией и Финляндией и связана с Данией мостом-туннелем…

Вы заинтересованы в ведении бизнеса в Дублине, Ирландия? Вам нужны идеи или информация о лучших возможностях для инвестиций в малый бизнес в Ирландии? Тогда советую читать дальше.Имея экономику, которая постоянно развивается более высокими темпами, чем в среднем по Европейскому союзу, Ирландия является одним из лучших мест для ведения бизнеса…

Вы хотите начать бизнес в Германии? Если ДА, вот 50 идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей в Германии, чтобы начать без денег. Хорошо, предоставив подробный анализ юридических требований, рыночной осуществимости и всего остального, что необходимо для начала бизнеса в Германии, и серию…

Вы хотите начать бизнес в Германии? Если ДА, вот полное руководство, а также юридические требования для открытия бизнеса в Германии в качестве иностранца и бизнес-идеи в Германии.Для тех, кто хочет начать бизнес в любой части мира, вы можете захотеть…

Вы хотите начать бизнес во Франции? Если ДА, вот 66 лучших идей для малого бизнеса и инвестиционных возможностей во Франции, чтобы начать без денег. Франция — страна, где узнаваемость бренда и фирменный стиль говорят о многом. Покупка франшизы гораздо более целесообразна, чем начинать с нуля. По этой причине…

263 Битва единорогов в Западной Европе 01 июля 2021

Добро пожаловать на онлайн-турнир Unicorn Battle Western Europe — часть крупнейшего в мире конкурса презентаций стартапов, где известные международные венчурные капиталисты и бизнес-ангелы встречаются с выдающимися стартапами со всего мира!

Лучшие презентации можно увидеть здесь:  https://www.youtube.com/c/UnicornEvents 

Победитель Битвы единорогов в Западной Европе будет представлять регион на финале Кубка единорогов 15 июля 2021 года .

Как показывает наша статистика:  $296 млн получили в качестве финансирования наши ПОБЕДИТЕЛИ.

Известные венчурные капиталисты и ангелы-инвесторы присоединятся к нам, чтобы найти лучшие предложения для своих портфелей, и вы тоже!

Независимо от того, являетесь ли вы инвестором, ищущим будущих единорогов для инвестиций, корпорацией, ищущей решение, которое обеспечит вам превосходство над конкурентами, или стартапом с выдающимися средствами для поиска решений для следующего раунда —  присоединяйтесь к UNICORN BATTLE !

Мероприятие широко транслируется по всему миру через каналы социальных сетей и сеть наших партнеров. Нас смотрит аудитория в 125 тысяч человек из 67 стран !

Наше сообщество венчурных капиталистов и ангелов, состоящее из более чем 1000 известных людей, с нетерпением ждет вашего выступления в прямом эфире!

Участие в Битве единорогов абсолютно БЕСПЛАТНО и дает вам прекрасную возможность:

— лично познакомиться с известными венчурными фондами, бизнес-ангелами и частными инвесторами;

— Получить практические советы от опытных профессионалов ВК;

— Расширьте свою сеть и покажите себя миру

— Представьте свой стартап инвестиционному сообществу.

Станьте лидером в своей отрасли — участвуйте в Unicorn Battles!

Чтобы подать заявку — зарегистрируйте свой стартап на странице мероприятия, и наша команда свяжется с вами с обратной связью по вашему запросу.

Обратите внимание, что для питчинга в прямом эфире будут отобраны только 10 стартапов!

*Крайний срок подачи заявок – 21 июня 2021 г.

По результатам онлайн-голосования судей стартап, набравший наибольшее количество баллов, будет выбран победителем Битвы единорогов и будет представлять регион на финале Кубка единорогов 15 июля 2021 года.

Чтобы присоединиться к нам в качестве гостя, пожалуйста, зарегистрируйтесь на странице Eventbrite.

Дата и время: 1 июля 2021 г., 15:00 CET (Берлин)

Увидимся на битве единорогов Западная Европа

По всем вопросам обращайтесь на [email protected]

Остановить утечку мозгов предпринимателей в Западную Европу

Остановить утечку мозгов предпринимателей в Западную Европу

Гетти

В 2017 году Европейская комиссия опубликовала отчет, в котором подчеркивается важность стимулирования инноваций в Европейском союзе после появления статистических данных, подчеркивающих явный разрыв между востоком и западом в предпринимательстве в Европе.

Этот региональный разрыв усугубляется огромным неравенством в поддержке исследований для Восточной Европы: всего 4,8% финансирования исследований Horizon2020 приходится на 13 стран, присоединившихся к ЕС в 2004 году, несмотря на то, что на эти страны приходится 17% населения ЕС.

Это ситуация, которую Европейский институт инноваций и технологий ЕС (EIT) надеется улучшить после того, как Европейская комиссия увеличила его бюджет на 25%, отчасти для решения проблемы предпринимательского разрыва между Востоком и Западом.

«В Европе так много потенциала, который ждет, чтобы его раскрыли, и мы регулярно общаемся с успешными предпринимателями, которые не осознавали свой потенциал, пока им не была предоставлена ​​возможность создать бизнес», — член правления EIT Ана. Трбович сказал мне недавно. «Мы хотим сделать больше, чтобы раскрыть потенциал всех 500 миллионов европейцев и поставить инновации в основу будущего Европы».

Плодородная земля

Тем не менее, предпринимательский индекс, подготовленный бизнес-школой Имперского колледжа, подчеркивает некоторые проблемы.Европейский индекс систем цифрового предпринимательства (EIDES) направлен на ранжирование каждого из 28 государств-членов ЕС по ряду показателей, чтобы оценить их способность поддерживать предпринимательство.

Индекс включает такие факторы, как образовательная инфраструктура в каждой стране, их способность предоставлять финансирование предпринимателям, правовая база для создания и развития бизнеса, а также общая легкость ведения бизнеса, характерная для обоих индексов.

Они также учитывают такие аспекты, как отношение к предпринимательству, уровень самозанятости и другие факторы, которые имеют решающее значение для создания среды, поддерживающей концепцию предпринимательства, а также акт предпринимательства.

Они также изучают силу инновационных экосистем в разных странах. Эта сила измеряется четырьмя показателями:

  • Плотность , которая исследует количество новых и молодых фирм, их долю в общей занятости и наличие высокотехнологичных кластеров.
  • Текучесть , который измеряет движение и перераспределение талантов, а также количество быстрорастущих фирм.
  • Connectivity , в котором исследуется количество дочерних компаний университетов и качество сетей венчурного капитала.
  • Разнообразие , в котором исследуются такие факторы, как уровень разнообразия в экономике, мобильность рабочей силы и иммиграционные потоки.

Все эти факторы были помещены в плавильный котел, чтобы получить индекс не только того, насколько каждая страна поддерживает предпринимательство, но и их оценки в определенных областях. Такие страны, как Швейцария и скандинавские страны, исторически сильны с точки зрения инноваций и предпринимательства, но индекс подчеркивает четкий разрыв между Восточной и Западной Европой, при этом каждое из восьми присоединившихся государств показывает низкие результаты по сравнению с исторически сложившимися западными державами.

Нет недостатка в талантах

В этих странах нет недостатка в технических возможностях, а Глобальный индекс навыков Coursera подчеркивает высокие технические навыки во многих странах Восточной Европы.

Индекс, который составляется из 39 миллионов или около того учащихся, зачисленных на несколько тысяч курсов, обеспечивает эталон таланта для стран. Чехия занимает второе место по техническим навыкам, а Польша и Беларусь также занимают высокие места.

Однако, несмотря на эту сильную базу технических навыков, Индекс выявил серьезную нехватку деловых навыков в Восточной Европе, что может подрывать любые попытки поощрения предпринимательства в более широких масштабах в ЕС.

Развитие деловых навыков

Это задача, которую EIT пытается решить. У них есть ряд образовательных программ, направленных на то, чтобы дать студентам навыки и опыт для превращения их идей в успешный бизнес. На сегодняшний день было выпущено более 2300 выпускников из 347 университетов-партнеров, хотя только 41 из этих университетов — из стран, присоединившихся к 8.

В знак уважения к образовательному стартапу Minerva они поощряют студентов проводить время в разных странах во время учебы.Студенты Минервы живут и учатся в семи городах по всему миру, каждый из которых предназначен для культурного погружения студентов наряду с учебой и стажировками. Хотя EIT не доходит до такой степени, они, тем не менее, стремятся обеспечить всестороннее образование, чтобы выпускники получали не только технические навыки, необходимые для создания бизнеса, но и деловые и культурные навыки, необходимые для этого в масштабах всей Европы.

«Мы планируем расширить нашу партнерскую сеть примерно до 750 университетов, чтобы расширить наши возможности по внедрению инноваций и выводу знаний на рынок», — говорит Трбович.«Эта сеть позволяет студентам пройти общеевропейскую программу и получить деловые и культурные навыки, необходимые для создания процветающего бизнеса».

Расстилание сети

Конечно, предоставление начинающим предпринимателям навыков, связанных с бизнесом, — это относительно небольшая часть создания успешного стартапа. Такие факторы, как простота привлечения капитала и правовая база для создания бизнеса и защиты интеллектуальной собственности, играют важную роль, как и наличие человеческого капитала для развития вашей команды.

Обычно инкубаторы, акселераторы и другие службы поддержки стартапов должны предоставлять такие сетевые возможности, но недавнее исследование Гарвардской школы бизнеса предполагает, что они могут недооценивать предпринимателей.

Ценность сетей заключается в том, что вы можете использовать знания и опыт, не являющиеся вашими собственными, но исследование показывает, что многие предприниматели, участвующие в инкубаторах и акселераторах, уже хорошо знакомы со своими коллегами по программе.

Исследование показывает, что предприниматели имеют явную тенденцию тяготеть к программам, в которых участвуют люди, которых они уже знают, и, оказавшись в этих программах, придерживаться этой группы знакомых лиц, а не расширять свою сеть. Это нежелание выйти за рамки привычного значительно подрывает их попытки учиться и совершенствовать свой бизнес.

Еще в 1977 году Томас Аллен предложил кривую Аллена, чтобы объяснить важность близости к сотрудничеству.Это предполагает, что сотрудничество уменьшается в зависимости от расстояния. Действительно, даже простые разговоры значительно реже происходят, когда люди находятся на расстоянии более 10 метров друг от друга.

Исследование

Массачусетского технологического института, проведенное несколько лет назад, показало, что кривая Аллена все еще распространена сегодня, даже несмотря на то, что появились цифровые инструменты, чтобы разрушить ее. В ходе исследования было изучено более 40 000 опубликованных статей и 2350 патентов исследователей Массачусетского технологического института за 10-летний период, а также была составлена ​​карта сети сотрудников по всему университету, а затем было изучено местонахождение каждого сотрудничества, особенно в отношении ведомственного и институционального членства в каждом из них. Исследователь.

Остановить волну

Учитывая нехватку таких сетей в небольших регионах, возможно, понятно, что многие предприниматели, которые существуют в этих странах, идут туда, где есть сети, а не ждут, пока они разовьются там, где они есть.

Недавний опрос Startup Heatmap показал, сколько предпринимателей из Центральной и Восточной Европы устремляются на запад в надежде на развитие своего бизнеса. В отчете говорится, что 16% учредителей из региона уже выбрали западный путь, причем многие предпочли отправиться в США.К. и Бенилюкс.

Это помогло создать европейский стартап-ландшафт, благодаря которому около 29% основателей начали свой бизнес не в стране своего рождения. Конечно, возможно, уместно сказать, что 40% этих основателей иностранного происхождения находятся за пределами самого ЕС, и мы живем в эпоху, когда GMAC недавно написал открытое письмо от примерно 40 бизнес-школ, призывающих Дональда Трампа расслабиться. иммиграционные правила, чтобы гарантировать, что предприятия получают нужные им таланты, поэтому есть веский аргумент в пользу поддержки талантов независимо от их паспорта.

Однако все редко бывает так просто, не в последнюю очередь из-за растущего беспокойства по поводу роста популизма в регионах, где экономический спад становится неизбежным. Хотя может быть много рекомендаций, позволяющих талантам собираться там, где сети наиболее сильны, это неизбежно приведет к тому, что крупные мегаполисы захватят большую часть талантов и оставят позади большие участки Европы.

Более того, с каждым новым технологическим изменением этот разрыв между богатыми и бедными увеличивается, что приводит к обострению геополитических сдвигов, которые мы уже переживаем.Поэтому, возможно, неудивительно, что ЕС так полон решимости проводить исследования и инновации во всех государствах-членах. Время покажет, смогут ли они этого добиться.

Data Scientist, Западная Европа BI & Analytics — Карьера

Хотели бы вы присоединиться к глобальной организации и общаться с коллегами по всему миру?

Вы решительны и любопытны? Хотите произвести впечатление, экспериментируя с приключениями LEGO®? Присоединяйтесь к нашей команде BI & Analytics! Вы можете раскрыть свой потенциал в амбициозной, веселой и разнообразной организации.

Основные обязанности

Мы ищем целеустремленного специалиста по обработке и анализу данных с практическим отношением к делу. Как наш специалист по данным, вы будете определять возможности для бизнеса и прогнозировать будущие тенденции. Вы откроете для себя неожиданные идеи, которые помогут LEGO Group охватить больше детей. Вы будете поддерживать лидеров BI в Западной Европе и помогать им вести бизнес.

В ваши обязанности будет входить:
• Разработка аналитических методов и моделей машинного обучения для прогностического анализа.
• Запустите корреляционный анализ для определения опережающих индикаторов.
• Создавать ценность из внутренних и внешних источников данных, лучше оценивая продажи и поведение покупателей.
• Выступайте в роли командного игрока и помогайте своим коллегам с визуализацией данных (Power BI) и инженерными задачами.
• Понимать потребности бизнеса и постоянно искать возможности для роста.
• Развитие навыков команды в области методов обработки данных, построение кейсов на основе анализа.

Сыграйте свою роль в нашей команде, преуспев в

. В качестве Data Scientist вы станете частью западноевропейской команды BI and Analytics (BI&A), состоящей из руководителей и профессионалов BI из стран Западной Европы.Миссия WE BI&A состоит из двух частей: (i) составлять отчеты и анализировать эффективность компании и (ii) ускорять рост за счет глубокого понимания покупателей, способности предсказывать будущее и влиять на деловые решения.

У вас есть все необходимое?

Вы получили степень бакалавра или магистра в области компьютерных наук, статистики, математики, экономики или бизнес-операций. У вас есть соответствующий опыт 3-5 лет работы специалистом по данным в компании, занимающейся производством и продажами.Вы любопытны, инициативны и любите экспериментировать с новыми решениями. Кроме того, у вас есть:
• Опыт работы с R/Python, включая такие библиотеки, как Pandas, Numpy, Scikit Learn, TensorFlow.
• Опыт работы с инструментами визуализации данных.
• Знание НЛП, SAS
• Глубокое понимание бизнеса.
• Сильные навыки совместной работы и владение английским языком.
• Опыт работы на аналогичных аналитических должностях в сфере розничной торговли.

Присоединяйтесь к глобальной команде LEGO®

Что это для вас? Вот некоторые из возможных вариантов:
• Отпуск по уходу за ребенком — мы предлагаем расширенные варианты оплачиваемого отпуска для тех важных моментов.
• Страхование. Все сотрудники застрахованы нашей системой страхования жизни и инвалидности, которая обеспечивает защиту и душевное спокойствие.
• Оздоровление — мы хотим, чтобы вы проявляли себя с лучшей стороны, поэтому у вас будет доступ к приложению Headspace и множеству инициатив и программ по оздоровлению, проводимых местными командами в вашем регионе.
• Скидка для коллег — мы знаем, что вам понравится создайте так, чтобы с первого дня вы могли претендовать на нашу щедрую скидку для коллег.
• Бонус – Мы делаем все возможное, чтобы добиться успеха вместе. Когда цели будут достигнуты, вы будете вознаграждены через нашу глобальную схему бонусов.
• Ваше рабочее место. Наши офисы станут вашим основным рабочим местом с возможностью работать из дома в течение рабочей недели. Ваш руководитель обсудит с вами принципы нашей гибридной модели работы, соответствие требованиям и периодичность.
Дети — наш образец для подражания. Их любопытство, креативность и воображение вдохновляют нас на все, что мы делаем. Мы стремимся создать разнообразную, динамичную и инклюзивную игровую культуру в LEGO Group, где каждый чувствует себя в безопасности, ценится и принадлежит.
Компания LEGO Group гордится тем, что является работодателем с равными возможностями.Мы стремимся к равным возможностям трудоустройства и равной оплате труда независимо от, например. расы, цвета кожи, религии, пола, национального происхождения, сексуальной ориентации, инвалидности или гендерной идентичности.
Группа LEGO полностью привержена защите прав детей и их благополучию во всем мире. Кандидаты, которым предлагаются должности, связанные с активным взаимодействием с детьми, должны принять участие в проверке биографических данных по защите детей в качестве условия предложения.
Спасибо, что поделились нашей глобальной приверженностью правам детей.
Стройте свою карьеру по кирпичикам в LEGO Group.

#LI-BL1

Что ждет потребителей, работников и компании в процессе восстановления после COVID-19

Специальный отчет
Что ждет потребителей, работников и компании в процессе восстановления после COVID-19

COVID-19 изменил то, как мы живем и работаем таким образом, что это изменит наше поведение еще долго после того, как пандемия утихнет.Компании быстро перешли к внедрению цифровых технологий и технологий автоматизации, резко ускорив тенденции, которые до кризиса развивались гораздо медленнее. Работа стала удаленной, магазины, развлечения и даже медицина перешли в онлайн, а предприятия повсюду боролись за развертывание цифровых систем, чтобы приспособиться к сменам.

Эти изменения в поведении потребителей и бизнес-моделях сохранятся в странах с развитой экономикой после того, как пандемия отступит, хотя, возможно, не с такой интенсивностью, как во время кризиса.Они обещают большие выгоды с точки зрения более высокой производительности, эффективности и инноваций, но также могут привести к неравномерному восстановлению экономики, с ростом неравенства среди работников, контрастными результатами для потребителей в зависимости от их возраста и уровня доходов, а также с увеличивающимся разрывом между успешными компаниями. и все остальное — если бизнес-лидеры и политики не примут меры для смягчения этих нежелательных последствий.

Здесь мы опираемся на выводы из трех недавних отчетов Глобального института McKinsey, чтобы предложить взгляд на то, как пандемия может изменить будущее работы, поведение потребителей, а также производительность и рост в течение следующих нескольких лет.Основное внимание в исследовании уделяется изменениям, которые мы наблюдали в странах с развитой экономикой в ​​Европе и Северной Америке. В Азии, где страны контролировали COVID-19 быстрее и эффективнее, поведенческие изменения менее выражены.

Наши коллективные действия сегодня — от инвестиций в человеческий капитал до обеспечения роста предпринимательства и распространения технологий среди компаний любого размера — могут создать благотворный цикл роста рабочих мест, роста потребления и роста производительности. Уроки прошлых рецессий показывают, что это не только возможно, но и регулярно происходило во время многих послевоенных рецессий.Бездействие, скорее всего, приведет к медленному восстановлению с двухкратной скоростью, как мы наблюдали после финансового кризиса 2008 года.

Пандемия ускорила изменения в поведении потребителей и бизнеса, которые, вероятно, сохранятся


Вирус прервал, ускорил или полностью изменил давние потребительские и деловые привычки.

Все виды деятельности и функции, которые могли быть перенесены в онлайн, переместились, что привело к массовой цифровой миграции.Компании отправили своих сотрудников домой и отказались от командировок, и многие теперь планируют продолжить использование некоторой гибридной формы удаленной работы и виртуальных встреч. Потребители вышли в интернет, чтобы удовлетворить свои потребности, начиная от покупки продуктов и посещения школьных занятий и заканчивая физическими упражнениями и визитами к врачу. Компании также по-новому обратились к цифровым инструментам. Например, автосалоны использовали электронную почту, текстовые сообщения, Zoom и Facetime для продажи автомобилей без какого-либо контакта с клиентами. Рестораны быстрого питания создали «кухни-призраки», предназначенные исключительно для выполнения онлайн-заказов на доставку.Компании обратились к автоматизации и искусственному интеллекту, чтобы справиться с всплеском спроса и необходимостью уменьшить плотность рабочих мест. Некоторые из этих изменений обеспечили большее удобство и большую эффективность, поэтому они, вероятно, сохранятся и после того, как пандемия отступит.

Потребители перешли на цифровые каналы

Розничная торговля всколыхнулась.Электронная коммерция резко выросла во время пандемии, увеличив свою долю в общем объеме розничных продаж в два-пять раз по сравнению с допандемическим уровнем в восьми странах, представляющих 45 процентов населения мира и более 60 процентов мирового ВВП — Китай, Франция, Германия, Индия, Япония, Испания, Великобритания и США.

Многие потребители, обеспечившие этот рост, были новичками в онлайн-транзакциях.Например, мы обнаружили, что от 30 до 50 процентов от общего числа потребителей, совершающих покупки в Интернете в США, в июле 2020 года составляли от 30 до 50 процентов покупателей, совершающих первые покупки продуктов в Интернете. делать. «Домашнее гнездование» стало популярным, и многие потребители вложили средства, чтобы улучшить свой новый домашний образ жизни (см. врезку «Потребители сосредотачиваются на «домашнем гнездовании»). Популярны и другие виртуальные транзакции. Телемедицина, например, чахла, пока не появился COVID-19.В период с апреля 2020 г. по ноябрь 2020 г. количество медицинских онлайн-консультаций через индийскую телемедицинскую компанию Practo выросло более чем в десять раз. Государственная система здравоохранения Франции сообщила о 1,2 миллиона виртуальных консультаций в сентябре 2020 г. по сравнению с 40 000 в феврале 2020 г.

Хотя любопытство к поведению потребителей после COVID-19 велико, мы обнаружили, что действия компаний и правительств имеют не меньшее значение для определения вероятности сохранения нового поведения, включая признаки перехода к более устойчивому потреблению в некоторых местах.Например, опросы показывают, что от 30 до 50 процентов потребителей выражают намерение покупать устойчивые продукты, хотя на такие продукты приходится менее 5 процентов рынка продаж отчасти потому, что компании берут за них больше, а правительства не предлагают никаких стимулов для их покупки. . Компании принимали решения, которые определяли выбор, который потребители могли сделать во время пандемии, а правительства устанавливали барьеры своей политикой стимулирования. Чтобы определить, насколько устойчивым может быть переход к новым цифровым каналам, мы изучили потребление с помощью разработанного нами теста «прилипчивости», который учитывает действия компаний и правительств, а также потребителей.

География имеет значение для определения поведения после пандемии

Для потребителей мы изучили, насколько они ценят новое поведение, какой опыт у них есть и насколько большие инвестиции они в него вложили.Для компаний мы оценили, как отрасль отреагировала на новое поведение и в результате изменила структуру. Киностудии, например, могли бы быстро перейти к прямому распространению через потоковые сервисы, в то время как авиакомпании мало что могли бы сделать для адаптации. Что касается правительств, мы рассмотрели, как экономическая и регуляторная политика повлияла на поведение потребителей. Правительство США, например, разрешило компенсацию за телемедицину и использование онлайн-платежей продовольственной помощи, два небольших изменения, которые повысили удобство и смягчили опасения по поводу безопасности.Для каждого из них мы оценили степень, в которой фактор увеличивает вероятность устойчивых изменений, снижает вероятность устойчивых изменений или оказывает нейтральное воздействие.

Предприятия перешли на удаленную работу и виртуальные встречи

Сотрудники, которые могли работать удаленно, организовали офисы у себя дома, стимулируя продажи письменных столов, офисных стульев и другого оборудования и инструментов для оснащения домашних офисов.Чтобы оценить будущее удаленной работы, мы проанализировали более 2000 видов деятельности по 800 профессиям, чтобы выяснить, какие из них можно выполнять дома без потери производительности. Мы обнаружили, что от 20 до 25 процентов рабочей силы в странах с развитой экономикой могли бы работать удаленно без потери эффективности. Это в четыре-пять раз больше, чем до пандемии. Компании уже разрабатывают гибридные планы удаленной работы, которые дают им возможность сократить офисные площади. Это, в свою очередь, может изменить географию работы и городских центров, а также сократить деловые поездки.По нашим оценкам, 20% деловых поездок могут никогда не восстановиться, поскольку виртуальные встречи заменят личные встречи.

Компании ускорили внедрение цифровых технологий, технологий автоматизации и других технологий

Чтобы справиться с ограничениями физической близости, резкими скачками спроса и другими внезапными изменениями, вызванными COVID-19, предприятия активизировали использование цифровых инструментов, автоматизации и искусственного интеллекта.Ритейлеры, такие как Amazon, Walmart и Target, привлекли промышленных роботов для подбора, сортировки и отслеживания товаров на складах, чтобы справиться с растущим спросом в электронной коммерции. Чат-боты с искусственным интеллектом использовались для сокращения контактов с клиентами. Роботизированная автоматизация процессов помогла компаниям, предоставляющим финансовые услуги, справиться с резким ростом заявок на получение кредита для малого бизнеса, а также помогла авиакомпаниям возместить расходы на поездки.

Предприятий, вовлеченных в взрыв смелых инноваций и быстрого принятия решений в ответ на самый глубокий экономический шок со времен Второй мировой войны.Согласно опросу McKinsey, компании оцифровали многие виды деятельности в 20–25 раз быстрее, чем они считали возможным ранее. Например, один крупный розничный торговец развил бизнес по доставке на улицу за два дня; его предпандемический план предусматривал развертывание в течение 18 месяцев. Там может быть больше, чтобы прийти. Три четверти руководителей в Северной Америке и Европе, опрошенных McKinsey в декабре 2020 года, заявили, что ожидают увеличения инвестиций в автоматизацию до 2024 года.

Шаги, предпринятые для поддержания работы бизнеса во время COVID-19, могут повысить производительность

Такие смелые действия компаний могут привести к увеличению ежегодного роста производительности на 1 процентный пункт к 2024 году, если эти инновации широко распространятся среди компаний всех размеров, а спрос восстановится и останется высоким.Это более чем вдвое превысит темпы роста производительности после мирового финансового кризиса 2008 года в семи странах — Франции, Германии, Италии, Испании, Швеции, Великобритании и США. Если это будет реализовано, по нашим оценкам, это добавит к ВВП в 2024 году около 1500 долларов на душу населения в Испании и 3500 долларов на душу населения в США. Наибольший потенциальный дополнительный прирост производительности в период с 2019 по 2024 год может произойти в здравоохранении, строительстве, информации и коммуникациях. технологий, розничной торговли и фармацевтики.Однако ускоренная автоматизация рискует ускорить необходимую переподготовку и смену кадров и может подорвать занятость, средний доход и, следовательно, спрос. Из выявленного нами потенциала производительности 60% исходит от компаний, стремящихся сократить расходы, включая количество рабочих мест, а не создавать максимальную ценность.

Ожидается ли двухскоростное восстановление для потребителей, работников и компаний?


Изменения в бизнес-операциях, вызванные пандемией, могут стимулировать более быстрый рост, но также могут создать проблемы для наиболее уязвимых работников.

Сбережения для одних, заботы о доходах для других

Улучшение качества обслуживания клиентов может быть связано с тем, что COVID-19 серьезно повлиял на потребление в 2020 году, поскольку в первые месяцы пандемии расходы в США, Западной Европе и Китае сократились на 11–26 процентов.Потребители резко сократили поездки, развлечения, питание в ресторанах и другие личные услуги. Многие работники сферы обслуживания с низким доходом были уволены или потеряли работу, и им были оказаны беспрецедентные правительственные пакеты стимулирующих мер, которые более чем покрыли их потерянные доходы и помогли смягчить последствия. Действительно, большой стимул сводился к отмене двух десятилетий институционального отката, возрождению общественного договора. Между тем, у домохозяйств с высоким доходом, члены которых могли работать удаленно, наблюдался рост их сбережений, поскольку возможности тратить на путешествия, развлечения, обеды и другие виды досуга иссякли.Нормы сбережений подскочили на 10-20 процентов в Соединенных Штатах и ​​Западной Европе, в результате чего многие домохозяйства имеют сильную возможность тратить средства, как только пандемия будет побеждена. В то время как потребительские расходы в целом должны восстановиться, восстановление, вероятно, будет неравномерным, особенно в Соединенных Штатах, поскольку домохозяйства с более высокими доходами остаются практически невредимыми в финансовом отношении, в то время как домохозяйства с более низкими доходами потеряли работу или сталкиваются с неопределенностью доходов.

Наибольший рост рабочих мест может происходить в высокооплачиваемых профессиях, в результате чего у низкооплачиваемых работников остается меньше возможностей

Наше исследование показывает, что рост рабочих мест, вероятно, будет сконцентрирован в высокооплачиваемых профессиях в результате влияния COVID-19 на тенденции.Мы ожидаем сильного роста рабочих мест в сфере здравоохранения и STEM-профессий, а также в зеленой экономике, например, техников ветряных турбин. Рабочие места в сфере транспорта, которые, как мы ожидали, сократятся до пандемии, теперь могут вместо этого расти благодаря росту «экономики доставки».

Спрос на многие другие профессии может снизиться до 2030 года, включая должности в сфере обслуживания клиентов и продаж, должности в сфере общественного питания и вспомогательные должности в офисе, такие как помощники по административным вопросам и бухгалтеры.Сбой, вероятно, окажет наибольшее влияние на низкооплачиваемые рабочие места, которые в прошлом служили страховкой для уволенных работников.

В результате к 2030 году более 100 миллионов работников в восьми исследованных нами странах, вероятно, должны будут сменить профессию. Это на 12 процентов больше, чем мы предполагали до пандемии, и на 25 процентов больше в странах с развитой экономикой. Получение рабочих мест в растущих профессиях потребует навыков, заметно отличающихся от многих низко- и среднеоплачиваемых рабочих мест, которые, вероятно, будут вытеснены.

Крупнейшие фирмы внедряют инновации таким образом, чтобы повысить рост производительности, но существует риск того, что более мелкие фирмы останутся позади еще больше

До сих пор ускоренное внедрение технологий и операционных инноваций было особенно заметно среди «суперзвездных» компаний, которые мы определяем как компании, входящие в 10 процентов компаний с наибольшим доходом и экономической прибылью в 2019 году.В период с третьего квартала 2019 по 2020 год капитальные затраты у крупных суперзвезд сократились гораздо меньше, чем у других групп компаний. Инвестиции в НИОКР крупных американских суперзвезд выросли примерно на 2,6 млрд долларов, или 66 процентов от общего роста инвестиций в НИОКР в третьем квартале 2020 года по сравнению с предыдущим годом, по сравнению с 1,4 млрд долларов, потраченными всеми другими типами фирм. Другое исследование McKinsey показало, что разрыв в экономической прибыли между этими суперзвездами и всеми остальными увеличился во время пандемии.Если эта концентрация сохранится, может повториться «большой разрыв», наблюдавшийся после мирового финансового кризиса, когда в лучшем случае лишь меньшинство компаний, домохозяйств и регионов добились роста производительности и доходов. Большему количеству предприятий необходимо будет разделить эти выгоды, чтобы изменения, вызванные COVID-19, оказали значительное влияние на рост производительности.

Компании и политики должны принять меры, чтобы обеспечить надежное и широкомасштабное восстановление экономики


Широкомасштабные действия по повышению производительности могут привести к устойчивому экономическому росту, подобному тому, что наблюдалось после Второй мировой войны.

История дает уроки о том, как экономика восстанавливается после кризисов

Ставки высоки. В Соединенных Штатах разница в темпах роста на душу населения в течение следующего десятилетия, которая отражает послевоенный рост (3.1 процент) или то, что после большого финансового кризиса (1,0 процента) составляет 27 процентных пунктов, или около 17 000 долларов на человека в годовом доходе. Достижение лучшего результата требует расширения предложения в экономике с точки зрения как человеческого капитала, так и физического капитала, а также обеспечения роста доходов значительной части населения, создавая устойчивый спрос.

Чтобы добиться повсеместного восстановления, компаниям и политикам необходимо действовать с той же скоростью, с которой они реагировали на ограничения, наложенные COVID-19, и тем самым обеспечивать более высокий рост производительности, лучшие рабочие места и расширение потребления.Ключевым моментом является обеспечение повсеместного внедрения цифровых и других технологий и соответствия роста производительности росту заработной платы. Также важно, чтобы бизнес-лидеры и лица, ответственные за разработку политики, сокращали потери рабочей силы и предлагали поддержку уязвимым работникам при переходе на новую работу с более высокой заработной платой, но требующую других навыков. Достижение лучшего результата возможно, но для этого потребуются более быстрые и смелые действия, чем мы видели во время восстановления после финансового кризиса 2008 года.

Во время пандемии многие крупные компании разработали стратегии поддержки своих малых и средних поставщиков.Продолжение этих действий жизненно важно для получения любого потенциального дивиденда производительности. Многие компании ускорили платежи некоторым поставщикам и помогли им интерпретировать изменяющиеся правительственные постановления. Другие компании помогают своим малым и средним поставщикам оцифровывать цепочку поставок, инвестировать в устойчивые операции и использовать автоматизацию и искусственный интеллект для повышения эффективности.

COVID-19 создал возможности для открытия нового бизнеса

Изменение структуры потребления, вызванное COVID-19, открыло новые возможности, что привело к сдвигам в доле рынка и возможностям для новых участников.В то время как многие малые предприятия не смогли пережить блокировки из-за пандемии, количество новых бизнес-стартапов в Соединенных Штатах во время пандемии почти удвоилось. Во время большинства рецессий число новых предприятий сокращается, поскольку предприниматели сталкиваются с неустойчивым спросом. Но во время COVID-19 многие работники в Соединенных Штатах, которые были уволены, уволены или выбыли из состава рабочей силы по другим причинам (например, по уходу за детьми), воспользовались возможностью создать стартап своей мечты. Всплеск создания нового бизнеса затронул не только работников, выбравших самозанятость, но и многие предприятия с «высокой предрасположенностью», которые с большей вероятностью будут нанимать сотрудников и создавать рабочие места с оплатой труда в будущем.

Дополнительные пособия по безработице и стимулирующие чеки, которые были частью масштабных правительственных пакетов стимулирующих мер, возможно, позволили этим новым предприятиям. Правительства могут поддержать дальнейший рост стартапов, расширив цифровую архитектуру, чтобы предоставить каждому доступ к недорогим широкополосным соединениям, и сделав постоянными некоторые временные изменения в регулировании, которые позволили процветать новым предприятиям во время пандемии, таким как телемедицина.

Чтобы обеспечить устойчивый рост потребительских расходов, потребуется расширить возможности переподготовки работников, уволенных из-за автоматизации, и обеспечить наличие у молодых людей, вступающих на рынок труда, востребованных на рынке навыков. В странах с развитой экономикой наличие какого-либо документа об образовании, профессиональных навыков или высшего образования может помочь в карьерном росте с восходящей мобильностью. Масштаб проблемы переподготовки выходит за рамки тех работников, которые были уволены из-за последствий COVID-19; даже работники, которые сохранят свои рабочие места, должны будут постоянно осваивать новые навыки, потому что задачи, требуемые от них, будут меняться.Для уволенных работников программы переподготовки могут быть реализованы в течение нескольких недель или месяцев; для многих работников среднего звена «всеобъемлющие» программы поддержки, которые обеспечивают доход, питание, транспорт и уход за детьми, могут иметь решающее значение для участия в программах переподготовки.

Достижение высоких темпов роста требует, чтобы фирмы сосредоточились на росте доходов в дополнение к экономической эффективности. Это могло бы способствовать более высокому росту производительности и увеличению занятости, а не росту производительности за счет занятости.Предыдущее исследование MGI показало, что в периоды, когда компании разрабатывают новые продукты и услуги, создающие спрос, высокий рост производительности может привести к росту занятости. Это может происходить сейчас: в последнем опросе McKinsey по ИИ гораздо большая доля компаний сообщила, что внедряет ИИ для создания новых возможностей для бизнеса, а не для экономии затрат на рабочую силу, чем три года назад.

Грамотно направленные частные и государственные инвестиции также могут заложить основу для устойчивого роста производительности.Например, сейчас можно закрыть несколько устойчивых пробелов в инвестициях, в том числе в инфраструктуру, доступное жилье и зеленые технологии. Человеческий капитал так же важен, как и физический капитал, и изменения в налоговом кодексе могут относиться к нему аналогичным образом. Дополнительные государственные инвестиции в фундаментальную науку и НИОКР, вернувшиеся к уровню прошлых десятилетий, также могли бы помочь.


Пандемия знаменует собой поворотный момент для экономики: новые модели потребительского и делового поведения появляются с необычайной скоростью, и многие из них сохранятся.Оцифровка ускорилась быстрее, чем многие считали возможным. Ближайшее выздоровление принесет облегчение. Тем не менее, неравномерное воздействие пандемии на работников, потребителей и компании угрожает вызвать двухступенчатое восстановление, которое увеличивает неравенство и обеспечивает вялый рост. Сбои, вызванные COVID-19, также открывают путь к повышению производительности и всестороннему росту, тем не менее, если компании и политики воспользуются возможностью устранить возникающие пробелы.

4 вещи, которые вам нужны, чтобы преуспеть в гиг-экономике

«Вы когда-нибудь были на трапеции?» Вот как ответила Марта, независимый консультант, когда мы попросили ее описать свою работу за пять лет, прошедших с тех пор, как она покинула глобальную консалтинговую фирму, чтобы заняться самостоятельной работой.Недавно она попробовала это искусство, которое она считала хорошей метафорой своей жизни: пустота, которую она чувствовала в перерывах между заданиями; радость от следующей встречи; дисциплина, сосредоточенность и изящество, которых требовало овладение ее профессией. Она объяснила, что воздушные гимнасты идут на огромный риск, но система безопасности, включая сетки, оборудование и других исполнителей, поддерживает их: «Кажется, они сами по себе, но это не так».

Марта (чье имя, как и другие в этой статье, было изменено) является частью растущего сегмента рабочей силы, широко известного как гиг-экономика.Приблизительно 150 миллионов рабочих в Северной Америке и Западной Европе покинули относительно стабильные рамки организационной жизни — иногда по собственному желанию, иногда нет — и стали работать независимыми подрядчиками. Частично этот рост отражает появление сервисных платформ, ориентированных на выполнение конкретных задач, но недавний отчет McKinsey показал, что наукоемкие отрасли и творческие профессии являются крупнейшими и наиболее быстрорастущими сегментами экономики фрилансеров.

Чтобы узнать, что нужно для успеха в независимой работе, мы недавно завершили углубленное исследование 65 гиг-работников.Мы обнаружили поразительно схожие настроения у представителей разных поколений и профессий: все, кого мы изучали, признавали, что они испытывали множество личных, социальных и экономических тревог без прикрытия и поддержки традиционного работодателя, но они также утверждали, что их независимость была их выбором и что они не отказались бы от преимуществ, связанных с этим. Хотя они беспокоились о непредсказуемых графиках и финансах, они также чувствовали, что набрались больше смелости и живут более богатой жизнью, чем их корпоративные коллеги.

Мы обнаружили, что наиболее эффективные независимые работники справляются с этим напряжением с помощью общих стратегий. Они культивируют четыре типа связи — с местом, рутиной, целью, и людьми — которые помогают им переносить эмоциональные взлеты и падения на работе и черпать энергию и вдохновение от свободы. По мере роста гиг-экономики во всем мире эти стратегии становятся все более актуальными. На самом деле, мы считаем, что они также могут быть полезны для любых корпоративных сотрудников, которые работают более автономно, из дома или удаленного офиса, или которые чувствуют, что однажды они могут захотеть — или им нужно — заняться карьерой фрилансера.

Независимые работники создают «удерживающую среду» для своей работы.

Произвести или погибнуть

Первое, что мы поняли, когда начали брать интервью у независимых консультантов и художников, это то, что ставки независимой работы чрезвычайно высоки — не только в финансовом, но и в экзистенциальном плане. Освобожденные от менеджеров и корпоративных норм, люди могут выбирать задания, максимально раскрывающие их таланты и отражающие их истинные интересы. Они чувствуют ответственность за то, что они производят, и за всю свою профессиональную жизнь.Один из участников исследования сказал нам: «Я могу быть самым лучшим из всех, кем я когда-либо был, на любой работе».

Однако цена такой свободы — ненадежность, которая, кажется, не проходит со временем. Даже самые успешные, хорошо зарекомендовавшие себя люди, с которыми мы беседовали, по-прежнему беспокоятся о деньгах и репутации и иногда чувствуют, что на карту поставлена ​​их личность. Вы не можете продолжать называть себя консультантом, например, если клиенты перестанут обращаться к вам за услугами. Известный писатель сказал нам: «Вы становитесь своей работой.Если вы напишете хорошую книгу… это действительно здорово, и когда вы этого не добьетесь, вы должны смириться… эта неудача может определить, кто вы для себя». Артист согласился: «Приезда нет. Это миф».

По этой причине производительность сильно беспокоит всех, с кем мы беседовали. Он обеспечивает самовыражение и противоядие от ненадежности. Интересно, однако, что люди, с которыми мы разговаривали, сосредоточены не только на том, чтобы что-то сделать и продать. Они заботятся как о том, чтобы быть на работе — иметь дисциплину, чтобы регулярно создавать продукты или услуги, которые находят рынок, — так и о том, чтобы быть в своей работе: иметь смелость полностью вкладываться в процесс и результаты этого труда.

Поддержание производительности — это постоянная борьба. Стресс и отвлекающие факторы могут разрушить его, и оба препятствия изобилуют в трудовой жизни людей. Один бизнес-тренер дал острое описание непродуктивного дня: «Это когда так много дел, что я дезорганизован и не могу собраться. [Вечером] те же электронные письма, которые я открыл утром, все еще открыты. Документы, которые я хотел сделать, не сделаны. Я отвлекся и чувствую, что зря потратил время». По его словам, такой день оставляет его полным неуверенности в себе.

Когда мы спросили респондентов, в чем секрет того, как пережить такие дни и в конечном счете сохранить продуктивность, как они это определяли, мы обнаружили парадокс, лежащий в основе их ответов. Все они хотят сохранить свою независимость и, во многих случаях, даже свою неустроенность (которую один консультант назвал ключом к постоянному обучению и «сохранению своего преимущества»), но они также тратят много времени на создание «удерживающей среды». — физическое, социальное и психологическое пространство для их работы.

Это понятие, впервые использованное британским психоаналитиком Дональдом Винникоттом для описания того, как внимательные воспитатели способствуют развитию детей, защищая их от стресса и создавая пространство для экспериментов, с тех пор используется в области развития взрослых для обозначения условий, в которых люди могут находиться. их лучшее и расти. Корпоративные сотрудники, конечно, могут найти их с хорошим начальником в солидной организации. Но для независимых работников холдинговая среда является не столько подарком, сколько достижением; его нужно взращивать, и его можно потерять.

Таким образом, они создают эту среду для себя, устанавливая и поддерживая то, что мы называем «освобождающими связями», потому что они одновременно освобождают людей от индивидуального творчества и привязывают их к работе, чтобы их результат не уменьшался.

Четыре связи

Место.

Лишенные связи с корпоративным офисом, люди, с которыми мы беседовали, находят место для работы, которое защищает их от внешних отвлекающих факторов и давления и помогает им не чувствовать себя одинокими.Хотя многие заявляли, что их работа переносима, казалось, всем им было куда отступить. Один писатель сказал нам: «Люди терпят неудачу, потому что они не создают пространство и время, чтобы делать то, что им нужно».

Мы лично побывали во многих из этих мест и заметили между ними некоторые сходства. Они чувствуют себя скованно — почти некомфортно в случае некоторых художников. Они последовательно используются для всей основной работы. Они позволяют легко получить доступ к инструментам торговли владельца и немного больше.И они посвящены работе; люди обычно покидают их после выполнения своих повседневных задач. Один инженер-программист, чей домашний офис имеет все эти функции, описал его как «кабину летчика-истребителя», где все, что ему нужно, находится на расстоянии вытянутой руки. «Иногда это вызывает клаустрофобию, — объяснил он, — но когда я там, в моей голове возникает открытое пространство».

Несмотря на эти общие черты, каждое рабочее место также уникально, с расположением, мебелью, расходными материалами и украшениями, отражающими своеобразие работы его владельца.Эти места являются не только защитными коконами для работающего «я», но и пробуждают его. Карла, независимый консультант, которая сначала сказала нам, что может работать «где бы я ни появлялась и занималась чем-то, что оказывает положительное влияние на мир», в конце концов призналась, что ее домашний офис — это то место, куда она ходит, чтобы не отвлекаться и находить вдохновение, буквально окруженное ее текущими и потенциальными проектами, сложенными в видимые и доступные стопки. «Когда я прохожу через эту дверь, я вступаю в пространство, которое охватывает все разные аспекты меня», — сказала она нам.«Я чувствую себя там как дома». Карла объяснила, что без этого места и пространства, которое оно ей дает, она, вероятно, была бы слишком чувствительна к внешним требованиям и, следовательно, менее сосредоточена и свободна.

Подпрограммы.

В организациях рутина часто ассоциируется с безопасностью или скучной бюрократией. Тем не менее, все больше исследований показывают, что элитные спортсмены, гении науки, популярные артисты и даже обычные работники используют рутину для повышения концентрации внимания и производительности. Профессионалы, с которыми мы говорили, склонны полагаться на них таким же образом.

Некоторые рутины улучшают рабочий процесс людей: ведение графика; следование списку дел; начинать день с самой сложной работы или со звонка клиенту; оставлять незаконченное предложение в незаконченной рукописи, чтобы облегчить начало следующего дня; подметая пол в студии, размышляя над новым произведением. Другие рутины, обычно связанные со сном, медитацией, питанием или физическими упражнениями, включают личную заботу в трудовую жизнь людей. Оба вида часто имеют ритуальный элемент, который усиливает у людей чувство порядка и контроля в неопределенных обстоятельствах.

Один из опрошенных нами консультантов каждое утро принимает ванну и визуализирует, чего она хочет достичь, пока принимает ванну. Другой консультант, Мэтью, который помогает советам директоров сосредоточиться на инновациях, соблюдает строгий распорядок дня: «Я встаю в 6:00 и делаю зарядку. Я упаковываю обед моей жены. Мы молимся. Она выходит за дверь около 8:00. Я в своем офисе к 8:30, а утром работаю там, где требуется более глубокое обдумывание — дизайн или писательство. Это когда я в лучшей форме. Затем во второй половине дня я планирую телефонные звонки, другие деловые или финансовые дела, которые нужно сделать.Эта дисциплина распространяется даже на его гардероб: «Я всегда одеваюсь в офис. Летом я чаще всего ношу шорты, когда не в дороге, но все равно принимаю душ и бреюсь, как будто иду на работу отдельно от дома».

Это может показаться жестким, но это помогает Мэтью полностью погрузиться в работу. Он и другие успешные независимые работники, похоже, следуют совету французского романиста Гюстава Флобера: «Будьте размеренными и упорядоченными в своей жизни… чтобы вы могли быть жестокими и оригинальными в своей работе.

Цель.

Для большинства людей, участвовавших в нашем исследовании, самостоятельная забастовка изначально означала выполнение любой работы, которая позволила бы им закрепиться на рынке. Но они были непреклонны в том, что добиться успеха означает брать только ту работу, которая явно связана с более широкой целью. Все могли сформулировать, почему их работа или, по крайней мере, их лучшая работа — будь то расширение прав и возможностей женщин с помощью фильмов, разоблачение вредной маркетинговой практики, сохранение традиций американской народной музыки или помощь корпоративным лидерам в честном достижении успеха — это больше, чем средство заработать жизнь.Цель создает мост между их личными интересами и мотивами и потребностью в мире. Мэтью, например, сказал, что, хотя поначалу он чувствовал «определенное отчаяние по поводу клиентов и получения дохода», со временем его представление об успехе изменилось «к тому, что во многом заключается в том, чтобы жить жизнью служения другим и зарабатывать деньги». планета лучше».

Тренер-руководитель, с которым мы беседовали, рассказала нам, что цель делает ее стабильной, вдохновленной и вдохновляющей. «Большое различие между успешными независимыми и теми, кто ими не является или возвращается [на корпоративную работу], заключается в том, чтобы понять, что вы должны делать.Это дает мне устойчивость к взлетам и падениям. Это дает мне силы отказаться от работы, которая не соответствует действительности. Это дает мне качество подлинности и уверенности, которые привлекают клиентов. Это полезно для создания или поддержания бизнеса и служения людям, которым я здесь призван служить».

Мы обнаружили, что цель, как и другие связи, одновременно связывает и освобождает людей, ориентируя и возвышая их работу.

человек.

Люди — социальные существа. Исследования в корпоративной среде давно показали, насколько важны другие люди для нашей карьеры — как образцы для подражания, которые показывают нам, кем мы можем стать, и как коллеги, которые помогают нам развиваться, разделяя наш путь.Исследователи также предупреждают об «эпидемии одиночества», поражающей рабочие места, от которой независимые работники, безусловно, могут подвергаться еще большему риску.

Но те, с кем мы беседовали, прекрасно осознают опасность социальной изоляции и стараются ее избегать. Хотя многие неоднозначно относятся к формальным группам сверстников, которые они часто рассматривают как безвкусные заменители коллегиальности, все сообщили, что у них есть люди, к которым они обращаются за утешением и поддержкой. Иногда это прямые образцы для подражания или поддерживающие сотрудники; в других случаях это члены семьи, друзья или знакомые в аналогичных областях, которые не всегда могут дать конкретный совет по работе, но, тем не менее, помогают участникам нашего исследования пережить трудные времена и побуждают их идти на риск, который влечет за собой их работа.

Успех в гиг-экономике зависит от баланса между жизнеспособностью и жизненной силой.

Мэтью, например, отметил, что обращение к людям из его ближайшего окружения помогает успокоить его тревогу: «Если бы я остался один, я мог бы сидеть здесь, в офисе, и лезть в крысиную нору. Вы предоставлены своему внутреннему голосу, и он скатывается в размышления». Карла рассказала нам, что она тоже регулярно обращается к нескольким сверстникам, с которыми она близка. «Вся моя работа в независимой экономике связана с этими связями», — сказала она.Но их помощь выходит далеко за рамки рекомендаций. «Моя способность обрабатывать, развиваться и расти как человек и понимать, кто я в работе, которую я делаю, исходит из разговоров, которые я веду с этими людьми», — объяснила она. «Эти люди — то, как я знаю, что я должен делать».

Новое определение успеха

В популярных рассказах о менеджерах успех в карьере обычно связан с безопасностью и невозмутимостью. Однако для независимых работников и то, и другое в конечном счете неуловимы. И все же большинство из тех, кого мы изучали, сказали нам, что чувствуют себя успешными.

Наш вывод состоит в том, что люди в гиг-экономике должны стремиться к успеху другого рода — к успеху, который приходит от нахождения баланса между предсказуемостью и возможностью, между жизнеспособностью (обещанием продолжения работы) и жизненной силой (ощущением присутствия, подлинности и жизни в жизни). свою работу). Те, с кем мы беседовали, добиваются этого, выстраивая удерживающую среду вокруг места, рутины, цели и людей, которые помогают им поддерживать продуктивность, справляться со своими тревогами и даже превращать эти чувства в источники творчества и роста.«Работа в качестве индивидуального предпринимателя дает чувство уверенности», — сказал нам один консультант. «Вы можете почувствовать, что, как бы плохо ни было, я могу это преодолеть. Я могу это изменить. Я могу действовать больше из места по выбору, а не из места необходимости».

Многие из тех, с кем мы разговаривали, считают, что они не смогут найти такое же душевное пространство или силу на традиционном рабочем месте. Марта, консультант, которая сравнила себя с гимнасткой на воздушном шаре, вспоминала, что она стала «гораздо более успешной в профессиональном плане» и «намного более уверенно чувствовала себя лично», когда доверенный консультант помог ей переосмыслить — и признать — ее борьбу, а не искать пути. уклониться от него.«Она помогла мне понять, что я могу считать себя пионером, что я и делаю сейчас. Я не вписываюсь ни в какие категории, существующие в организациях, и для меня эффективнее быть независимым». С этой точки зрения дискомфорт и неуверенность были не просто терпимыми, но и подтверждающими — знаками того, что она именно там, где ей нужно быть.

Когда мы разговаривали, она изображала занятость не как якорь, который она упустила, а как кандалы, которые ей посчастливилось разорвать. «Я не знаю, буду ли я больше рассматривать [мою новую жизнь] как ненадежную», — заключила она.«Я бы представил это как действительно живое».

Версия этой статьи появилась в выпуске Harvard Business Review за март – апрель 2018 г.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.